Уверена, у него для каждой нашлась бы такая крутая отговорка. Но я-то, блин, взрослая девочка уже, а растеклась перед ним, как последняя озабоченная дура.
Может, у меня тоже какой-нибудь откат был? Да вот от той же синей бутылочки с дурным запахом? Это сильно бы упростило мне моральные терзания.
Во дворе я внезапно налетела на что-то, отшатнулась назад от сильного удара, но почему-то никого не увидела. Хотя готова поклясться, что кто-то вместе со мной охнул. Да уж, Рита, вот это ты задумалась, скоро с воздухом начнешь разговаривать…
– Можно было и извиниться.
Я завертела головой, но двор по-прежнему был пуст.
– Это стресс, – уверенно сказала я себе и поспешила дальше. На крыльце нашего общежития меня встретила смущенная Кирра, ушки прижаты к голове, хвост подметает пыль. Просто воплощенное раскаяние и робкое любопытство.
– Рит… Мы извиняемся. Нехорошо как-то получилось?
– Мы? – я поравнялась с ней. – Что-то я тут больше никого не вижу.
Кирра вспыхнула, хвост заходил ходуном, и лисичка приподняла одно треугольное ушко.
– Я подумала, что Морису тут делать нечего, и… Как он?
– Кто? – не поняла я. – Морис?
– Нет! Лайз Амилота.
Я так сильно закатила глаза, что почти увидела, как носятся бешеные мысли в моей голове.
– Скоро же вся общага будет в курсе, да?
– Ну, все возможно. Ты же знаешь Мориса.
– В этом вся проблема.
Мало мне было неприятностей, еще и сплетни придется терпеть. Или затыкать особо заинтересованных, что больше похоже на правду.
– Ладно, – махнула я рукой, – я хочу принять ванну.
Я пошла в комнату, Кирра весело поскакала за мной. Женская компания мне не помешает, потому что кто еще поможет проклясть мужика лучше, чем подруга? Я сразу скрылась в ванной, сунула мятые, еще влажные после фонтана шмотки в корзину для грязного белья и наполнила ванну горячей водой. То ли у меня кожа стала толще, то ли змея во мне требовала тепла, но мне стало нравиться купаться едва ли не в кипятке. Когда от ванны повалил пар, я щедрой рукой сыпанула туда соли со смутно знакомым запахом валерианы, налила геля и занырнула.
Как же хорошо! И никаких мужиков, которые то ножом в тебя тычут, то чем другим. Если очень хорошо постараться, можно представить, что ничего особенного не произошло. Ну, обычный перепихон на фоне накрученных нервов и эликсиров сомнительного качества и неизвестного назначения. Мне же даже понравилось.
Я опустилась в воду по самые глаза, и змеи поднялись повыше, сплетаясь в подобие модного небрежного узла на макушке. И тут запястье дернуло от легкой вибрации. Я достала руку из воды и над браслетом возникло сообщение от Рэнди.
«Все в порядке? Морис вернулся в общежитие странно довольный. Это не к добру».
Ох, Рэнди! Он же там не присутствовал. Лучше он узнает все от меня или подождать, пока его кто-то просветит на мой счет? Подумала минут пять и вместо сообщения над водой появилось полупрозрачное изображение Рэнди. Видеозвонок? А что, так можно было? Инструкции не прилагалось (как и ко всему в этом дурном мире), поэтому я просто помахала в воздухе свободной рукой.
– Рэнди? Прием-прием! Змейка вызывает Обжорку.
Изображение подернулось рябью, а потом взгляд Рэнди сфокусировался на мне.
– Ма… рго, – он моментально покраснел и посмотрел куда-то в сторону. – Прости! Я не знал, что ты купаешься. Поговорим по…
– Нет уж, давай сейчас. Я же все равно вся в пене, да и чего ты там не видел.
Судя по дернувшему глазу, если и видел, то давно.
– Ладно, тогда давай по-быстрому, – сжалилась я.
– Ты так долго не возвращалась от Амилоты, – сказал Рэнди, забавно хмуря рыжие брови. – Морис вызвался пойти проверить, но вернулся тоже не сразу и с таким лицом, что я заподозрил неладное. Он опять что-то выкинул?
– Ну, как сказать, – протянула я. – Слушай, ты все равно узнаешь, так что…
Дверь ванной открылась, и Кирра ввалилась внутрь и уперла руки в бока.
– Ты с кем разговариваешь?
Я упоминала, что она у меня склонна к нудизму? Так вот, когда я повернулась на голос вместе с браслетом с видеосвязью, Рэнди был вознагражден видом гордо выпрямившейся абсолютно голой лисы. Я мгновенно перегнулась через бортик, схватила полотенце и зашвырнула в Кирру, поскользнулась на дне ванны и полетела вперед, повисла за бортике попой кверху, чудом не ударившись головой о кафель. Вода ливанула через край, Кирра взвизгнула, и на этом эпическом моменте браслет догадался уже наконец разъединить нас с Рэнди.
– Твою мать! – с чувством прокомментировала я и прижала ладонь к животу. – Больно! Извращенка ты лохматая! Ты нас напугала! Рэнди теперь заикой останется.
– К черту Рэнди, – отмахнулась она. – Я думала, ты решила утопиться с горя.
– Да я скорее Лайза утоплю, – возмутилась я и вылезла из ванны. Настроение отмокать помахало ручкой. – И вообще лучше всего мне сейчас поможет еда. Есть тут буфет круглосуточный или что-то такое?
Кирра призадумалась.
– Где-то на территории есть магазинчик со всяким-разным. Он не закрывается на ночь, но я не знаю точно, где он. Но, – она хитро улыбнулась, – мы же все равно пойдем, да?
И мы пошли. Есть что-то такое в ночных прогулках под фонарями, ни тебе людей, ни машин, тишина такая, что слышно, как кузнечики стрекочут в траве на обочине. Мы с Киррой вышли из общаги и свернули вдоль учебного корпуса. Я уже привыкла к непроглядной тьме и странному туману, который всегда выползал под вечер, как щупальца Ктулху, и чем дальше от зданий, тем выше он поднимался, иногда даже фонарей становилось не видно. Было немного прохладно, плохо просушенные змеи раздраженно шевелились, и я непроизвольно ускоряла и ускоряла шаг.
– А он точно существует? – не выдержала я. Кирра закивала, но уже не с той уверенностью, что в уюте и тепле нашей комнаты. Я не против приключений, но в дозированных количествах.
– Слушай, – вдруг подумалось мне, – где же мы все-таки находимся? Это не ад и не рай, тогда что это? Если честно, я ни черта не поняла. Вот если идти-идти-идти по прямой, куда мы придем?
Кирра пожала плечами.
– Мне кажется, мы просто вернемся обратно, – сказала она. – Или потеряемся в темноте и нас кто-нибудь сожрет.
Нечего сказать, успокоила.
– Ну хотя бы пределы у академии должны быть? Забор там или ров с пираньями.
– Лучше спроси у Мориса, он наверняка знает.
И ведь не поспоришь, он точно в курсе. А меня не вовремя на философию потянуло, не иначе стресс. Один сплошной и беспросветный стресс.
– Жаль, те сволочи в белом
