папа. Может быть, мне хочется чего-то другого.
Мистер Пеннитистл как будто собирался сказать что-то еще, но быстро вмешалась миссис Хастингс.
– Ладно, ладно, давайте не будем ссориться! – Она подтолкнула к Заку блюдо с кальмарами, словно утешительный приз. – Мы все так хорошо проводим время в Нью-Йорке. Давайте не портить впечатление.
Раздался звуковой сигнал телефона мистера Пеннитистла.
– Ага, – сказал он, изучая экран. – Дуглас может встретиться с тобой завтра в 10 утра. Проблема решена.
Подошел официант, чтобы принять заказ. Спенсер повернулась к Заку:
– Ты в порядке?
Мышца дергалась на скуле Зака. На шее и щеках расцвели красные пятна.
– Все, что я говорю, у него в одно ухо влетает, а в другое вылетает.
– Мне жаль.
Зак пожал плечами и тайком подлил водки в их бокалы с водой.
– Такова уж моя судьба. Но, послушай, нам нужно кое-что наверстать. Мой отец сегодня превосходит самого себя в надувании щек.
– По моим подсчетам, мы пропустили пять оказий, – шепнула Спенсер.
Да и после этого поводов выпить хватало. Как только они сделали заказ, разговор зашел о мистере Пеннитистле, о том, какой он преданный клиент «Смит и Волленски», так что его имя даже увековечили на медной табличке на стене – бульк-бульк-бульк. Когда подали еду, миссис Хастингс озаботилась тем, чтобы мистеру Пеннитистлу принесли соус для «тибона», майонез для жареной картошки и винную карту, чтобы он мог заказать другую бутылку – бульк-бульк-бульк. Спенсер так опьянела от водки, что едва ощущала вкус филе – и вообще не понимала, зачем его заказала. Зак периодически хохотал как подорванный. Амелия подозрительно косилась на них, но помалкивала. Спенсер никогда еще так не напивалась… во всяком случае, с прошлого лета. Но она закрыла дверцу памяти, прежде чем оттуда хлынул поток воспоминаний.
Ужин продолжался, и расстояние между отцом Зака и матерью Спенсер постепенно сокращалось, пока они не оказались практически друг у друга на коленях. Мистер Пеннитистл кормил миссис Хастингс шпинатом в сливочном соусе. Миссис Хастингс стирала соус со щеки мистера Пеннитистла. Признаться, Спенсер давно не видела свою маму такой счастливой – они с отцом Спенсер были не очень щедры на ласки и всякие там сюси-пуси. Спенсер и Зак тоже придвинулись друг к другу, сталкиваясь ногами под столом, соприкасаясь руками, когда подливали водку из фляжки Зака.
Как только официантка принесла на десерт гигантские порции чизкейка, мистер Пеннитистл постучал вилкой по бокалу.
– Дети, я должен сделать заявление. – Он оглядел стол. – Мы хотели сохранить это в секрете до завтра, но подумали, что лучше сказать вам сейчас. – Он взял мать Спенсер за руку. – Я сделал Веронике предложение выйти за меня замуж. И она ответила согласием.
Спенсер посмотрела на маму – та уже доставала из сумочки легко узнаваемую коробочку от Tiffany. Крышка тихо скрипнула, и их взорам открылось кольцо с огромным бриллиантом.
– Вау, – не удержалась Спенсер, привычно впадая в ступор при виде бриллиантов. – Поздравляю, мам.
– Спасибо! – Миссис Хастингс надела кольцо на палец. – Мы уже сообщили новость Мелиссе, до того как вы пришли. Она хочет, чтобы мы устроили свадебную церемонию в таунхаусе, но я подумываю о чем-то более фееричном.
– И когда вы поженитесь? – осторожно спросил Зак.
– Думаем, свадьба состоится через несколько месяцев, – сказал мистер Пеннитистл, и его щеки порозовели от гордости.
– Возможно, в каком-нибудь экзотическом месте, мы еще не решили, – добавила миссис Хастингс. – Но пока я предложила Николасу переселиться в наш дом, Спенсер. Амелия и Зак довольно скоро станут твоими родственниками, так что вы пока могли бы привыкнуть друг к другу.
Амелия фыркнула от ужаса, но Спенсер и Зак переглянулись и обменялись пьяными ухмылками.
– Привет, бро! – Спенсер шутливо похлопала Зака по плечу.
– Рад познакомиться, сестренка, – произнес Зак совсем небратским голосом. Он убрал руку под стол, отыскал ладонь Спенсер и крепко ее сжал.
– Это, безусловно, повод для тоста. – Миссис Хастингс сделала знак официанту. – Полагаю, дети могут выпить по бокалу шампанского, не так ли, Николас?
– Только по одному, – уступил мистер Пеннитистл.
– Всем шампанского за этот стол! – радостно воскликнула миссис Хастингс. Тотчас принесли наполненные бокалы.
Спенсер и Зак снова переглянулись, еле сдерживая смех.
– Ура! – хором крикнули они, чокнулись и выпили до дна.
После ужина мать Спенсер и отец Зака собирались в Метрополитен-оперу, так что они пожелали своим деткам спокойной ночи и распрощались с ними у лифтов отеля Hudson. Амелия тотчас убежала к себе в номер, а Спенсер и Зак задержались в лобби, наслаждаясь свободой. Изрядно подвыпившие, они отрывались на полную катушку, потешаясь над лжеминималистским декором и музыкой «техно», которая сочилась из всех щелей.
Их комнаты находились по соседству, и они в унисон открыли свои двери ключ-картами.
– Ни фига себе! – воскликнула Спенсер, переступая порог. – Это же японская капсула! – Носильщик отнес багаж в номер еще по приезде, но Спенсер до сих пор так и не поднималась к себе в комнату, где ее ожидал такой сюрприз. Номер не превышал размеры ванной в доме Хастингсов.
– Вылитая нора для хоббита, – донесся из-за двери по соседству голос Зака. – Отец и впрямь выложился по полной, ничего для нас не пожалел.
Спенсер заглянула к нему в номер. Он оказался точно таким же, как у нее – кровать едва умещалась в крошечном закутке, гордо именуемом спальней.
– А ты на ванную посмотри! – воскликнула она, бочком протискиваясь в узкую щель двери. – Неужели кто-то уместится на таком унитазе?
– По крайней мере, кровать удобная, – отозвался Зак с расстояния пяти шагов. Он скинул обувь и запрыгнул на матрас. – Иди, попрыгай со мной, сестренка.
Спенсер сняла туфли на шпильке и залезла на кровать. Манхэттен за окном подмигивал им яркими огнями.
– Если ты еще раз назовешь меня сестренкой, я надеру тебе задницу.
Зак продолжал прыгать.
– Глядя на тебя, не скажешь, что ты способна что-то кому-то надрать.
– Ах, так? – Спенсер обрушилась на него, повалила на кровать, прижимая к матрасу и обхватывая его голову руками. Зак легко оттолкнул ее, перевернул и оказался сверху. На мгновение он завис над ней – длинные волосы упали ему на лицо, губы скривились в порочной улыбке, а потом он пощекотал ей живот.
– Нет! – завопила Спенсер. – Прекрати! Пожалуйста!
– Вот что делают братья! – пригрозил Зак. – Привыкай!
– Я убью тебя! – Спенсер истошно хохотала.
– Ага, ты смеешься! – проворковал Зак. – Значит, тебе нравится!
Но потом он остановился, перевернулся на бок и подпер голову рукой.
– Ты злой бро, – прошептала Спенсер, тяжело дыша. – Но все равно ты мне нравишься.
– А я буду тебе нравиться, если не поступлю в Гарвард? – спросил Зак.
Спенсер шумно выдохнула.
– Эта школа –
