числа бродячих заклинателей. Однако, она говорила лишь об одном принце. Она не говорила, что знаменитый первый принц Веймин тоже здесь.
Он перевел взгляд на Дана.
— Хотелось бы услышать стоящую за этим историю. Хотелось бы знать, как третий принц мог попасть в неприятности из-за каких-то бродячих заклинателей.
Даниил понял, что ситуация опасна. Зная о порядке приоритетов среди представителей кланов, а также изучив историю предыдущих назначений наследных принцев, он мог поручиться, что принц, проигравший заклинателю на пять рангов ниже, проживет совсем недолго.
В клане Шэнь не терпели слабаков.
— Всему виной моя гордыня и самоуверенность, — склонил голову он, — Я узнал о том, что бродячий заклинатель Миншенг похитил наследницу клана Фен Сюин, подло отравив её каким-то усыпляющим зельем. Поэтому, чтобы проникнуть в убежище, куда он доставил её, я позволил ему победить и похитить меня. Затем мы должны были обезвредить его вместе с Веймином и городской стражей. Однако в своих расчетах я не учел, что у него может оказаться демонской клинок. Это моя вина. Прости меня, брат.
Он поклонился Веймину, надеясь, что тот не станет оспаривать его версию. А также что никто не заметит, что их с Сюин доставили вместе, а значит, вся интрига не имеет смысла.
— Это правда, — подала голос Сюин, — Их Высочества спасли меня из плена, где под угрозой была не только моя жизнь, но и честь. Клан Фен в долгу перед кланом Шэнь.
К счастью, Танзина, похоже, больше интересовали не показания участников, а собственные наблюдения. Подойдя к обезглавленному телу Миншенга, заклинатель Лунь с интересом пощупал ледяной шип и задумчиво кивнул каким-то своим мыслям. Демонской клинок, напротив, трогать не стал, лишь прочитал надпись на лезвии и коротко спросил:
— Что за злой дух в нем заключен?
— Миншенг называл его «Шехунгуай, Паук Отчаяния», — припомнил Веймин.
Танзин поглядел на него, как будто в первый раз увидел:
— Вас ранило его паутиной? Тогда вам нужно сегодня же посетить лекаря. Внутренние повреждения могут быть очень серьезны.
— Да, дядя, — склонил голову первый принц, — Я обязательно сделаю это.
«А меня ты не послушал, когда я говорил тебе ровно то же самое», — с легкой обидой подумал Дан.
— …однако мне интересно другое, — продолжил Танзин, — Того, кто видит силу Паука Отчаяния, охватывает столь острое чувство безнадежности и неизбежной смерти, что оно лишает всякой воли к борьбе. Именно в этом его главная опасность. Так как же вам удалось убить его?
— Это не моя заслуга, — неохотно ответил Веймин, — Я был готов сражаться до конца, но этого было мало. Решающий удар нанес Лиминь.
Под взглядом заклинателя Лунь Даниил почувствовал себя крайне неуютно и не успел толком обдумать ответ:
— Наверное, я просто слишком привык сражаться в безнадежных боях, — предположил он.
И тут же понял, что ляпнул лишнее, но было уже поздно.
— Интересно, — отметил Танзин, — И где же вы могли к этому привыкнуть, Ваше Высочество третий принц?
Мысленно проклянув свой длинный язык, Дан ответил гораздо осторожнее, тщательно подбирая слова и надеясь, что такой ответ прокатит:
— Как вы знаете, заклинатель Лунь, я претендую на статус наследного принца. В этой борьбе мне приходится состязаться с первым принцем Веймином, моим старшим братом.
Короткий поклон в сторону раненного воина.
— Вы знаете его и мою репутацию, вы знаете, что наши таланты и заслуги несравнимы. Практически невозможно вырвать победу из рук моего брата. Но я упрямо продолжаю свои попытки. Потому что я принц Шэнь, и я не могу сдаться.
Говоря это, он отметил про себя какой-то заинтересованно-изучающий взгляд со стороны Фен Сюин. Танзин же невозмутимо кивнул:
— Вы правы. Вы не можете сдаться. Его Величество приказал всем трем принцам бороться до конца, и Клятва Заклинателя, что вы принесли, не позволит вам ослушаться.
Кажется, после этих слов он утратил интерес к разговору.
— Я не дотронусь до этого клинка, — сказал он, — Взять демонской клинок можно лишь в бою с его хозяином. Владельца, которого не признает достойным, клинок рано или поздно предаст.
Принц Веймин, уже начинавший немного «плыть» от обильной кровопотери, на этих словах встрепенулся:
— Будет лучше, если этот клинок возьму я, дядя. Я гораздо опытнее младшего брата как заклинатель, и уже прости, Лиминь, но моя воля сильнее твоей.
Даниил был, в общем-то, согласен с этим: сойти с ума ему совсем не улыбалось, а каких-либо оснований для уверенности в своем мастерстве заклинателя у него не было. Точнее, были основания для уверенности в его отсутствии. Вот только мог ли Лиминь согласиться отдать брату столь весомое преимущество, да еще и признав себя при этом слабее?
Мог, если дать ему достаточную причину.
— Полагаю, это будет только справедливо, — тонко и, как он надеялся, изысканно улыбнулся Дан, — Ведь я в этом бою завоевал не менее драгоценный трофей.
Обернувшись к Сюин, он чуть поклонился ей:
— Что скажете, заклинательница Фен? Защитив вашу свободу, жизнь и честь, я продемонстрировал то самое мастерство клана Шэнь, что вы так жаждали увидеть?
Судя по растерянному взгляду девушки, в первый момент она даже не сообразила, о чем он говорит. Секунду спустя, однако, на ее лице отразилось понимание. Наследница Фен потупила глазки и даже, кажется, слегка покраснела.
— Вы продемонстрировали даже больше, чем я могла ожидать, мой принц, — пропела она, — Клан Фен всегда скрупулезно исполняет взятые обязательства, и для меня будет удовольствием посетить сегодня дворец Чиньчжу.
Даниил лишь хмыкнул, постаравшись не выдать двойного дна своих слов. Что до Веймина, то кажется, его такой поворот не слишком удивил. Отвернувшись, первый принц что-то пробурчал себе под нос; Дан не был уверен до конца, но кажется, это было что-то в духе «Младший брат в своем репертуаре».
Хотя вечер был ясный, и последние лучи заходящего солнца окрашивали стены в нежно-розовый цвет, атмосфера во дворце Хуаджу царила откровенно предгрозовая. Казалось, еще немного, и прямо в покоях второго принца разразится буря.
Бэй начинал подозревать, что прийти сюда было не самой лучшей идеей.
— Итак, — спокойно и невозмутимо заметил принц Сяолун, — Подведем итоги. Оба плана провалились. Мои братья выступили единым фронтом и стяжали славу героев и спасителей девиц. Миншенг погиб, причем особенно неудачно — успев продемонстрировать всем, включая дядю Танзина, силы реликвария Шехунгуая, но не сумев уничтожить ни одну из целей. Ты же даже не попытался помешать подобному раскладу и трусливо сбежал, спасая свою жизнь и бросив товарищей умирать. После чего не придумал ничего лучше, чем явиться во дворец Хуаджу, причем открыто и даже не подумав о том, что если
