оплакивало потерю ребенка или, возможно, загадочное превращение маленькой девочки во взрослого противоположного пола, не умеющего разговаривать на их языке. Джефф чувствовал себя потерянным и одиноким. Мало-помалу в душу начало закрадываться отчаяние.
Он внушал себе, что от него не будет никакой пользы. Потом попытался придумать новую версию своей литании в честь дня летнего солнцестояния.
«Я жив. Я постараюсь расслабиться и позволю своему телу вылечиться. И буду радоваться тому, что я — человеческое существо, часть земной жизни на прекрасной живой планете, в необъятной Вселенной. Я постараюсь быть достойным…»
Джефф заснул.
Глава девятая
ОПАСНОСТЬ В ПЛЕМЕНИ
Утро выдалось безоблачным. Степь нежилась под теплыми лучами летнего солнца, редко проявлявшего подобную щедрость в эту суровую ледниковую эпоху. Адмирал приподнял изголовье постели, устроенное на черепе мамонта, так чтобы раненый мог сидеть и смотреть через вход в хижину на центральную площадку деревни и плавный изгиб холма, спускавшийся к реке.
Джефф чувствовал себя почти как наследный принц. Почти все члены племени навещали его и приносили с собой что-нибудь вкусное. Поскольку первобытные люди выглядели здоровыми и мускулистыми, юноша надеялся, что их пища скоро сделает его таким же. Кроме того, он нагулял аппетит.
— Я проголодался так, что готов съесть мамонта. Впрочем, не исключено, что часть этого мяса и есть мамонтятина.
— Сегодня утром охотники принесли оленя и несколько кроликов, — отозвался Йоно, задумчиво обгладывая кость. — Но, по правде сказать, я не знаю, что сейчас ем. Попробуй эти яйца — совсем неплохи на вкус. Я сам приготовил их в бурдюке с горячей водой. А попозже у нас будет рыба: молодежь отправилась на реку с костяными удочками. В сущности, человечество не так уж сильно изменилось.
Юноша улыбнулся и обрадовался тому, что он находится в относительной безопасности, а его рана болит уже не так сильно. Но его не оставляла тревога за Норби. Жив ли робот?
— Твоя одежда выстирана и сушится на солнышке. Надеюсь, тебе придется по душе местный кожаный наряд. Девушка, которая принесла его мне, очень смущалась и хихикала. Кстати говоря, она сейчас заглядывает в хижину.
Джефф поманил девушку к себе. Когда она вошла, застенчиво прикрывая лицо рукавом, он указал на себя и произнес: «Джефф». Затем он указал на нее и вопросительно приподнял брови.
— Джефф? — спросила она.
Когда он кивнул, девушка недоверчиво покачала головой. Джефф решил, что его неправильно поняли, и попробовал повторить еще раз, но она продолжала смущаться. Наконец прикоснулась к своему лбу и произнесла нечто вроде «Мейла».
— Ага. — Йоно указал на нее. — Мейла?
Она хихикнула, кивнула и выбежала наружу.
— Мое имя почему-то ей не понравилось, — сказал Джефф. — Но мне нравится, как ее зовут.
— Может быть, это слово означает «служанка» или «девушка», — добавил Йоно. — Кстати, я заметил, что сегодня утром она приукрасилась: костяные ожерелья на запястьях и лодыжках, ожерелье из ракушек с янтарным кулоном… Янтарь и морские раковины здесь не водятся — значит, эти люди торгуют с другими племенами.
— Она хорошенькая, — со вздохом прошептал Джефф.
— Следи за тем, чтобы она не влюбилась в тебя. Она вырядилась как на свидание, даже чем-то подкрасила ресницы, чтобы с самым невинным видом кокетничать с тобой.
— Так же, как делает госпожа премьер-министр Вина Грачева?
— Довольно, кадет!
— Да, сэр.
— Кроме того, после знакомства с Евтерпой ни одна женщина не может стать для мужчины эталоном красоты.
— Не хотите ли вы сделаться главным советником предводительницы этого племени? Она еще вполне красива…
— Кадет! У меня достаточно неприятностей со старшими женщинами… Эй!
— В чем дело, адмирал?
— Над твоей головой свисает какая-то статуэтка. Должно быть, ее повесили, пока мы спали.
Джефф поднял голову и увидел свисавшую с крыши маленькую костяную статуэтку, изображавшую беременную женщину.
— Неплохо бы научиться языку этого племени, — произнес Йоно, задумчиво разглядывая статуэтку. — Современные археологи так и не выяснили, какой цели служили подобные талисманы. Может быть, ее повесили для защиты от злых духов или как напоминание, что после выздоровления тебе придется выполнять свои мужские обязанности…
— Адмирал, мне всего лишь пятнадцать лет!
— Насколько я могу представить, для их народа это возраст зрелости. Мне также хочется расспросить их насчет этих просверленных кусков оленьего рога, которые наши археологи называют «жезлами». Сегодня утром я уже видел, как их используют в качестве многоцелевых орудий: молотков, размягчителей кожи и выпрямителей копий. Но тот, который носит предводительница, украшен сложной резьбой и разноцветными кожаными ремешками. Не знаю, каково предназначение этих орудий, но горячо приветствую, как эти древние люди находят творческое приложение для всего, что предлагает природа, не пытаясь единовластно править своим миром. Они просто счастливо живут с окружающей их средой.
— Вы хотели обрести надежду, адмирал. Может быть, эти люди находят ее в повседневной жизни.
— Мне уже почти хочется, чтобы Норби так и не вернулся и мы остались здесь… но зима уже не за горами. Боюсь, меня ждут неприятности. Единственное преимущество светлой кожи проявляется в тех местах, где мало солнечного света зимой. Слишком большое количество меланина мешает поглощению ультрафиолетовых лучей и выработке витамина D.
— Раз уж вы не можете принимать витамины, вам придется есть много рыбы и печени животных, как это делают эскимосы…
— Кадет, я не эскимос и не люблю печень. Мне придется перекочевать к северу, и уже довольно скоро. Здесь сейчас конец лета.
— Как только моя нога поправится, я уйду с вами. Если Норби вернется, он сможет настроиться на мое присутствие, где бы я ни находился.
— Нам придется тайком уйти из деревни, особенно если жители считают меня каким-то экзотическим божком, а тебя — новым воплощением пропавшего ребенка. Великие звезды, лучше бы я никогда не покупал эту дурацкую голографическую камеру и не поддался нелепым предрассудкам насчет нашего родового слона. По моей вине ты оказался ранен, и мы застряли в далеком прошлом.
— Я хочу уйти с вами, адмирал. Не сомневайтесь, Норби отыщет меня. Я верю, что он сейчас где-то во Вселенной, в каком-то… времени. — Джефф подавил подступившие слезы. Чтобы отвлечь Йоно, он указал на кусок кости, прислоненный к ближайшей стене.
— Пока мы ждем, можно заняться этнографическими исследованиями. Например, я видел, как предводительница племени сегодня утром сделала
