рожать детей – «как можно больше», призывал в 1937 г. дуче – и воспитывать их как будущих защитников империи [20]. Низводя ее роль исключительно до жены и матери, фашистское государство отказывало женщине в праве голосовать, работать директором школы и даже преподавать определенные предметы. К 1938 г. количество работниц в государственном и частном секторе ограничивалось 10 % от всей рабочей силы: многих выгнали со службы из-за якобы физического несоответствия или неподходящего вида деятельности.
Героический вклад участниц итальянского Сопротивления отражен в цифрах: больше 1000 погибли в бою, почти 5000 были арестованы и еще 2812 женщин казнены нацистами и итальянскими фашистами [21]. Многие из выживших добьются выдающихся карьерных высот в интеллектуальной и социальной сферах, а также – когда итальянские дамы в 1946 г. получат наконец право голоса – и в политике.
Бойцы итальянского Сопротивления из 52-й бригады Гарибальди захватили Муссолини 27 апреля 1945 г. Прятавшийся в грузовике отступающего отряда люфтваффе, в шлеме и шинели немецкого рядового, он пытался уйти на север вместе с конвоем, направлявшимся вдоль озера Комо в сторону Швейцарии. Партизаны узнали его, несмотря на немецкую форму. «Gh’é che el crapun!»[38] – воскликнул один из них, по иронии судьбы, на местном диалекте [22]. Муссолини и его любовницу, 33-летнюю Кларетту Петаччи, поместили в крестьянский дом на окраине Джулино ди Меццегра, а на следующий день поставили к стенке и расстреляли. Назавтра, 29 апреля, их тела перевезли на площадь Лорето в Милане, где в прошлом августе нацисты публично казнили 15 партизан (кстати, сам Муссолини осудил этот спектакль) [23]. Обезображенные толпой трупы Муссолини и Кларетты подвесили за ноги к балкам автозаправки Esso вместе с другими казненными фашистами. Это последнее публичное выступление дуче, тщательно продуманное и поставленное партизанами, стало по-настоящему мрачным финалом эры итальянского фашизма.
12
«Все будет хорошо»: Италия после войны
Король Виктор Эммануил III, взошедший на престол после убийства его отца в 1900 г., стал одним из самых долго правивших монархов Европы. А также одним из наименее эффективных и, во многом, из наиболее невезучих. Сын родителей-кузенов, с водянисто-голубыми глазами, усами щеточкой и тонкими ножками – результат перенесенного в детстве рахита – он был застенчив и замкнут. Ростом всего 1,61 м, он пускался на любые ухищрения, чтобы скрыть этот свой недостаток: высокие шляпы, длинный плащ, чтобы прикрыть короткие ножки, и даже высокое сиденье в лимузине. Еще бóльшим коротышкой он казался рядом со своей величественной, ростом более 1,8 м, женой – королевой Еленой, черногорской принцессой, обладательницей густой черной шевелюры и не менее густого голоса. Снова и снова он уступал требованиям Муссолини: касалось ли это вторжения в Эфиопию, принятия антиеврейских законов или альянса с Адольфом Гитлером. Один американский журналист так говорил о короле в 1940 г.: «мелкая, жалкая марионетка, двигающаяся по щелчку пальцев великого Муссолини». В то же время он подчеркивал, что «итальянцы всего полуострова с почтением относятся к этому тщедушному пожилому человечку» [1].
Это почтение, однако, существенно потускнело к концу Второй мировой войны. Король проявлял выдающиеся лидерские качества и большую смелость во время Первой мировой, разъезжая на разбитом «фиате» по передовой, ночуя под брезентом и делясь с солдатами своими сигарами и сыром. Но его поведение во Второй мировой было не таким героическим и не вдохновляло. После объявления перемирия в сентябре 1943 г. он посреди ночи бежал из Рима в Бриндизи. После освобождения Рима в 1944 г. Виктор Эммануил лишь формально оставался королем, передав все полномочия своему 40-летнему сыну Умберто – весьма неохотно, так как считал его непригодным для управления страной – а сам уехал на виллу близ Неаполя. Кронпринц был высок и красив, но очень скоро показал себя никудышным лидером. Дипломат и политический деятель граф Карло Сфорца отзывался о нем как о «глупом молодом человеке, который ничего не знает о настоящей Италии». Граф Сфорца также обозвал его «дегенератом» – намек на слухи о гомосексуализме Умберто [2].
Судьба Савойского дома решалась на избирательных участках. 2 июня 1946 г. был проведен плебисцит на тему «оставаться ли Италии конституционной монархией под управлением Савойского дома или стать республикой». В надежде спасти ситуацию Виктор Эммануил 9 мая отрекся от престола в пользу своего сына, который в итоге правил всего несколько недель под именем Умберто II – последний король Италии, вошедший в историю как Il Re di Maggio («Майский король»). Результаты голосования были относительно близкими: за республику – 12,7 миллиона голосов, 10,7 миллиона – за монархию. Плебисцит выявил серьезный раскол между Севером и Югом: тогда как на Севере подавляющее большинство было за республику (более 80 % в Эмилии-Романье, регионе вокруг Болоньи), на Юге однозначно господствовали монархические настроения (около 80 % в Неаполе). Отец и сын добровольно уехали в изгнание: Виктор Эммануил – в Александрию, Египет (где и умер в следующем году), а Умберто – в Кашкайш, португальский морской курорт рядом с Лиссабоном. Он проживет до 1983 г.
В день плебисцита также выбирали – впервые в Италии всеобщим голосованием – 556 депутатов Учредительного собрания. Результаты оказались подобны тем, что будут определять итальянскую политическую жизнь следующие несколько десятилетий. Страна раскололась надвое: центристские христианские демократы получили 207 мест, а две левые партии – Итальянская социалистическая и Итальянская коммунистическая – разделили между собой 219 мест. Полдюжины остальных партий (включая монархистов) довольствовались оставшимися 130 креслами. Христианские демократы в дальнейшем проявили себя как самая успешная электоральная машина второй половины XX века, регулярно оказываясь крупнейшей фракцией в итальянском парламенте на протяжении бо́льшей части последующих 50 лет. Иногда называемые «партией Бога», они поддерживались католической церковью – но оставались от нее независимыми. Держась традиционных духовных и семейных ценностей, они всегда при этом проводили абсолютно светскую политику. Христианские демократы пользовались поддержкой самых широких масс, и, что не менее важно, во время холодной войны они выглядели настоящим бастионом в глазах тех, кто боялся левацких идей, пышно цветущих в городах Севера.
Несмотря на свое доминирование, ХДП только раз получила явное большинство. Это случилось на выборах 1948 г., проходивших в разгар холодной войны, когда партии противостояла коалиция социалистов и коммунистов, отбросивших на время свои доктринальные разногласия и выступивших единым Народно-демократическим фронтом. Однако победа оказалась с душком. Опросы общественного мнения в начале 1948 г. прогнозировали успех левой коалиции на выборах в апреле, что, учитывая ее просоветскую позицию, спровоцировало правительство США под руководством Гарри Трумэна начать тайные операции по вливанию миллионов в кампании христианских демократов и других антикоммунистических партий. Американская пропаганда включала в себя проникновенные выступления по радио
