class="p1">Выходит, человек, который следил за порядком на турнире и боролся за искоренение всех интриг — это один из братьев императора. Любопытно получается!
Михаил Романов выступает на моей стороне, Константин Романов, заказавший мою семью, выступает против меня. Император Александр Четвёртый, скорее всего, почти ничего обо мне не знает.
А какие взаимоотношения между тремя братьями — вопрос. Но рано или поздно я и туда залезу! Действия Константина безнаказанными не останутся. А с Михаилом познакомлюсь уже на днях. Посмотрим, кого он из себя представляет.
— Павел! — помахала мне Зорина. Дарья вышла из магазина, передала мне ещё один пакет с продуктами. Когда наши пальцы соприкоснулись, я в очередной раз почувствовал магический разряд. — Всё, теперь у нас точно есть всё, что нужно. Можем приступать к готовке!
Мы поднялись в нашу с Киммо квартиру. Я думал, что финский лекарь и его телохранитель уже вернулись. Однако они, похоже, так с утра и не появлялись. Кайнелайнен упоминал, что он собирается задержаться на работе. Да и в целом выглядел немного встревоженным.
Думаю, дело и не в работе вовсе. Никто не станет лишний раз нагружать иностранного специалиста, особенно в преддверии приезда делегации. Скорее всего, у него что-то случилось. Но я уже понял, что они вместе с Тапио умеют за себя постоять. Беспокоиться не о чем, скоро вернутся. А мы как раз успеем за это время приготовить ужин!
— Хм… — первой нарушила тишину Зорина. До начала готовки мы оба молчали. Видимо, она ждала, что я заведу с ней беседу, но я тем временем был занят своими мыслями. — Не думала, что ты умеешь готовить, Павел.
— Не думал, что мы уже перешли на «ты», — я улыбнулся ей и продолжил нарезать свёклу. — Но меня это устраивает.
— Было бы странно общаться как-то иначе после того, как мы поучаствовали в дуэли, а затем принялись за совместную готовку борща! — засмеялась Дарья. — Нет, правда. Я никогда не видела, чтобы дворянин сам себе что-то готовил.
— А ты видишь здесь слуг? — усмехнулся я. — Может, в твоих покоях такие имеются, но я решил никого не нанимать.
Управление императорского двора вообще-то предоставляет помощь в виде слуг. Много платить за них не надо. Я вполне мог бы заказывать еду или уборку в своей квартире, но это решение было бы слишком опрометчивым.
Врагов у меня много. Могут подкупить слуг или даже прикинуться ими.
Почему-то в голове сразу всплыл образ Шёпота, который пытается косить под служанку. Стоит такой в форме горничной! Хорошо, чёрт возьми, что до этого не дошло!
— Павел, ты не подумай. Мне это нравится, — бросила Зорина. — Я помощью слуг всё же пользуюсь, но при этом мне очень приятно видеть, что есть дворяне, которые умеют заниматься бытом. Просто представь! Вдруг в стране начнётся кризис. Допустим, мы проиграем войну или переживём раскол. Дворяне обеднеют, слуги разбегутся. Что дальше? Половина знати себе даже куриной бульон сварить не сможет!
— Первый раз слышу, чтобы так рассуждал кто-то из нашего сословия, — подметил я. — Но я с тобой согласен. Чем больше у человека навыков, тем больше шанс выжить.
Этот принцип я хорошо усвоил в трущобах. В тот период я вовсю использовать свои знания из прошлого мира и параллельно наращивал новые умения. Старался закрыть все пробелы. К примеру, в прошлой жизни я не был бойцом. Всегда работал только мозгом. Но здесь этого мало: крепким должно быть всё — и дух, и ум, и тело, и магия.
Время летело незаметно. Мы с Зориной разговорились, и я даже не обратил внимания, как наступил поздний вечер. Ужин уже почти готов, но моих соседей по квартире всё нет и нет.
Правда, скучать мне не приходилось. Зорина оказалась интересной собеседницей. Но больше всего в данный момент меня волновала проявившаяся между нами связь.
Пока мы занимались готовкой, я провёл несколько экспериментов. Пара случайных касаний, непреднамеренный близкий контакт при передаче кухонных инструментов. И каждый раз — всплеск магии.
На её теле это никак не проявлялось. Зато мои магические каналы поднимали бунт. Мне даже захотелось пойти дальше и проверить что будет, если сближение станет долгим.
Но от этого любопытства пришлось избавиться. Лучше сначала проконсультироваться с Бражниковым.
Ужин готов. Финны так и не вернулись. Поэтому мы решили начать без них. Не будем же мы голодать из-за их опоздания! Они могут и не прийти. Ничего страшного, сами потом разогреют.
— А что с твоими глазами? — к середине ужина поинтересовалась Дарья.
Я ждал подобного вопроса. Она уже полчаса осматривает мою голову «анализом». Всё никак не мог понять: она мне глазки строит или рассматривает мой орган зрения. Такое впечатление, что Зорина делала и то и то одновременно.
— Да я на зрение вроде не жалуюсь. А что тебя смущает? — уклончиво ответил я.
И вправду — что она там увидела? На зрение я никогда не жаловался, даже до своего перерождения. Но Дарья явно что-то там нашла.
— Свечение странное, — ответила Зорина, задумчиво прикусила щёку. — Оно у всех лекарей странное. Но у тебя с ним явно что-то не так. Ты ведь знаешь, как работает «анализ»?
— Знаю, — кивнул я. — Магический центр посылает сигнал через зрительный нерв в сетчатку. Затем полученная информация возвращается назад — в головной мозг. Это и есть суть «анализа».
— Ого! А я уже приготовилась объяснять, — вскинула брови Дарья. — Не думала, что это знает кто-то, кроме оптилекарей. Мы-то с этим каждый день сталкиваемся. А ты, как я посмотрю, вообще во всём разбираешься?
— Конечно. Я же лекарь общего профиля, — пожал плечами я. — Только не уходи от темы. Что не так с глазами? Давайте, Дарья Валерьевна! — я отложил тарелку и откинулся на спинку стула. — Я у вас на приёме. На что мне стоит обратить внимание?
— Зачем паясничать? — усмехнулась она, но всё же сделала, как я велел. Ещё раз посмотрела на мои глаза, а затем произнесла: — Ощущение, что сетчатка не справляется с магическим потоком. Ты ведь так и ослепнуть можешь.
О как! А мой «анализ» этого не улавливает. Но догадываюсь, с чем связана все эта картина. Должно быть, организм ещё не привык к новым способностям.
— И… Всё! Готово, — Зорина потёрла ладонями и отключила свой «анализ». — Извини, что
