обсуждали условия предстоящей схватки, я уже начал забывать, зачем мы вообще затеяли всё это. Такое впечатление, что мы с Коршуновым просто решили прогуляться до набережной Невы.
Мне Владимир Алексеевич абсолютно безразличен. Но он регулярно пытается меня оскорбить, и я привык относиться к нему, как к назойливой мухе.
Но сам Коршунов видит проблему иначе. Сам факт моего существования для него — одно сплошное оскорбление!
— На магии, Павел Андреевич, — вернулся к прежней теме Коршунов. — Предлагаю бороться без оружия. Только на магии. Я знаю, что вы умеете использовать лекарскую магию в боевом режиме. Значит, сможете за себя постоять.
— Тогда будет честно, если и вы расскажете о своих способностях, — ответил я.
— Боевая магия. Никаких огненных или электрических снарядов. Я буду биться голыми руками. Просто удары будут сильнее, чем вы думаете, — пояснил он.
О-о, а я сталкивался с этой разновидностью колдовства. Обычно дворяне с такими способностями всегда подаются в военную сферу. Они могут в совершенстве овладеть любым оружием.
Более того, даже своё собственное тело используют как оружие. И дело вовсе не в боевых искусствах. Скорее, в интуитивном умении правильно двигаться, читать противника и вовремя наносить сокрушительные удары.
Когда мы с Кириллом жили в трущобах, в одном из соседних домов поселился такой же изгнанник, как и мы. Тоже дворянин, как раз с боевой магией.
Помню, как однажды его окружили бандиты. Человек пять или шесть. Если память мне не изменяет, он их всех уложил голыми руками. При этом сами бандиты были вооружены не только ножами, но и огнестрельным оружием.
Так, возвращаясь к условиям дуэли… А как, интересно, мы будем расценивать победу? Драться до первой крови? Глупо. Я лекарской магией за секунду могу пустить Коршунову кровь. Да и он одним хорошим ударом запросто может рассечь мне лицо или повредить нос.
Это даже дуэлью не назовёшь.
Но не насмерть же мы будем биться?
— У вас уже есть идея, по каким параметрам будет определяться победа? Могу предложить свой вариант, — я остановился у набережной. Уже начало темнеть. Мы нашли абсолютно безлюдное место под мостом. Над нашими головами шумели автомобили. С другой стороны слышался шум реки и завывания ветра. Тут при желании можно и стреляться! Никто не услышит.
— Пока один не сдастся, — разминая кулаки, произнёс Коршунов.
— Глупый вариант, — прямо сказал я.
— Глупый? Это ещё почему⁈
— Это уже не благородная дуэль. Получится неостановимый мордобой. Мы так друг друга до смерти забьём.
— Ваш вариант? — насупился Коршунов.
— Падение. Как только один из нас потеряет равновесие или сознание — на том и закончим, — предложил я.
— П-ха! — не удержался Коршунов. — Вы сами себе усложнили задачу, Булгаков. С моим условием у вас был хоть какой-то шанс. Я же вас одним ударом уложу на спину.
— Посмотрим, — хитро улыбнулся я. — Значит, по рукам?
— Идёт, — Коршунова аж передёрнуло от нетерпения. — Госпожа Зорина, мы готовы объявить условия.
Сначала мы озвучили свои намерения, условия дуэли, имена сражающихся и секунданта, а затем разошлись в разные стороны друг от друга.
Отдаляться на пятнадцать-двадцать метров не имело смысла. Всё-таки мы не стреляться планируем. Я бы даже сказал, что это сражение — битва интеллектов. Испытание внимания.
Победит тот, кто хитрее.
— Готовимся! — крикнула нам Зорина. — Ох, поверить не могу, что мы это действительно делаем… — она вздохнула, подняла телефон, а затем включила запись. — Начинайте!
Нас с Коршуновым разделяло метров шесть-семь. Но он сократил расстояние вдвое всего за полсекунды. Владимир совсем не молод, но его тело работает безупречно. Мышцы натренированы, связки и сухожилья в идеальном тонусе. Плюс ко всему по нервной и опорно-двигательной системе циркулируют потоки боевой магии.
Колдовство Коршунова я увидеть не могу, зато прекрасно вижу, какой она оказывает эффект. Как только мы оказались на расстоянии двух метров друг от друга, мой «анализ» уловил ненормальные с медицинской точки зрения изменения в мышцах моего противника.
Кровеносные сосуды расширялись и сужались, кровь прокачивалась в конечности так, будто в тело Владимира Алексеевича был встроен мощный мотор.
Очевидно, это и есть эффект боевой магии. Коршунов знает, как уложить меня на лопатки. Быстро и чётко. Без лишних движений.
Вот только мой противник не догадывается, что у меня есть несколько козырей в рукавах. Эта дуэль — не выяснение отношений. Я просто хочу показать ему, что ко мне лезть не стоит. Мы на совершенных разных уровнях.
А потому я позволил ему ударить первым. Сделал вид, что пропустил его атаку. Прикинулся, что не смог прочитать его движения.
Однако читать я их мог. «Анализ» работает вовсю. Каждое сокращение мышцы, каждый поворот сустава — я вижу всё. И могу предсказать заранее каждое последующее движение Коршунова.
Ох, с каким же удовольствием он шарахнул по моему солнечному сплетению. У него чуть рот от улыбки не порвался. Поражаюсь, как же давно он хотел это сделать.
Вот только…
На меня это не произвело никакого впечатления.
Я принял удар, широко расставив руки. Коршунов замер, потерял драгоценные секунды. За это время любой другой противник уже совершил бы контратаку. Но я не спешил. Раз уж он вытащил меня на эту дуэль, я буду наслаждаться каждым моментом.
— Как это возможно? — едва слышно пробурчал Владимир Алексеевич.
Он ожидал, что одного удара хватит, чтобы повалить меня на землю. Вот только мой противник не учёл главного.
Я вызвал титаническое сокращение почти всех своих мышц. Грудные мышцы, пресс, бёдра, голени, стопы — всё превратилось в «камень».
А сдвинуть каменную статую не так-то просто.
Импульс, переданный его кулаком, до солнечного сплетения так и не дошёл. Его погасил пресс. Коршунов хотел, чтобы сражение завершилось одним ударом.
Так и оно будет. Только последний удар будет моим.
Все эти мысли пронеслись в моей голове за долю секунды. Владимир уже приготовился к повторной атаке, но было слишком поздно. Его правая кисть не двигалась. Скорее всего, он вывихнул её об меня.
И тогда я просто подтолкнул его. Даже бить не стал. Выпустил разряд лекарской магии, вызвал раздражение вестибулярного центра. Коршунов окосел. Закрутился вокруг своей оси, споткнулся и рухнул лицом на землю.
— Остановились! — скомандовала Зорина. — Дуэль окончена.
— Да как это «окончена»? Нет! — возмущался Владимир Алексеевич. Он попытался подняться, но его замутило. Командиру пришлось прижать ладонь к губам, чтобы
