– Гм… да, – сказала Эллен. – Почему ты спрашиваешь, Саймон?
Он послал портрету насмешливый воздушный поцелуй и сказал:
– Можете смотреть на нас свысока сколько вам хочется, но этой ночью она моя. Принеси нам полотенце, малыш.
Эллен бросила на него смущенный взгляд.
– Полотенце?
– На диван, – терпеливо пояснил Саймон. – Я хочу трогать тебя губами прямо здесь, на этом чудесном диване твоей святой прабабушки. Ты станешь мокрой, Эл. Нужно подстелить полотенце, чтобы не попортить обивку.
Она сбегала в ванную комнату и вернулась с пышным банным полотенцем, прижимая его к своему раскрасневшемуся лицу.
Саймон выхватил у нее полотенце и взмахнул им над выцветшей от времени тканью обивки.
– Ну, вот теперь все под контролем. – Он мягко прижал Эллен к дивану, когда она села на край, и опустился перед ней на колени.
– Почему бы тебе тоже не снять свою одежду? – сказала она.
Он стащил с себя тенниску и отшвырнул ее прочь.
– Так лучше?
Эллен издала непроизвольный звук, восхищаясь шириной плеч и груди, силой и грацией рук – всем этим конгломератом великолепных мышц, двигающихся под блестящей золотисто-коричневой кожей. Поразительно. И чтобы никому не нужно было смотреть на такое добро? Не может быть! Это невероятно!
Она с жадностью пробежала руками по его плечам, готовая исследовать все до мелочей. Но Саймон был сосредоточен на своих собственных планах. Он подался вперед, целуя ей бедра. Эллен потянула за эластичный шнурок, державший сзади его волосы. Она распределила их по его мускулистой спине и ласково погладила.
Саймон посмотрел через спутанную темную вуаль и нетерпеливо заправил волосы за уши.
– Эл, зачем ты отвязала мою тесемку? – пожаловался он. – Верни ее мне. Трудно заниматься оральным сексом, когда твои собственные волосы все тебе загораживают.
– Ничего, приладишься. – Эллен пробросила шнурок через всю комнату. – Ты мне нравишься с распущенными волосами. Это меня возбуждает.
– О, это прекрасно! В таком случае я как-нибудь справлюсь. – Саймон смотрел на ее нагое тело, пробегая руками поверх ее бедер. В ту ночь, в потемках, я толком так и не видел тебя обнаженной. Потом я всегда жалел об этом.
– Я тоже, – призналась Эллен. – Я всегда мечтала, чтобы у нас было больше времени.
– Откройся, Эл, – попросил Саймон. – Позволь мне смотреть на тебя сейчас. Раздвинь ноги.
Напряжение, до сих пор ей неведомое, какого она даже предположить в себе не могла, разрешилось в длинном прерывистом вздохе, когда она вняла этой просьбе.
– О Боже! – прошептал Саймон. – Нет, ты только посмотри! – Он скользнул руками меж ее бедер, разводя их шире и лаская влажные шелковистые складки. – Я воображал тебя бледно-розовой, – мечтательно продолжал он. – Судя по твоим светлым волосам и веснушкам. Я рисовал себе твои светло-розовые соски и того же цвета кожицу там, внизу, с золотистыми завитками вокруг. Но посмотри, здесь ты перламутрово-розовая… – Погладив снаружи нежные складки, Саймон осторожно раздвинул их пальцами. – А там, когда ты сейчас возбуждена, ты алая, как клубника. Сладкая и прелестная. О, этот тайный скрытый огонь! Ты так прекрасна, малышка!
Саймон наклонился и принялся ласкать ее алчными движениями языка. Он согнул ее ноги в коленях и удерживал ее за бедра, втягивая губами чувствительный узелок, трогая каждую складочку, каждую впадинку. Его язык вбрасывался в ее женскую сущность как в ножны, истязая ее своими грабительскими налетами.
Вал нарастающих ощущений маячил такой огромный, что у нее не было уверенности, хватит ли ей сил выдержать его. Но Саймон не реагировал на ее протестующие стенания. Он следил за стремительным приближением ее оргазма, всецело сосредоточив на этом свое внимание, удерживая ее в последний момент и по-прежнему не отнимая рта, пока ее сотрясали конвульсии.
Как только затрепетали ее ресницы и приоткрылись глаза, он подхватил ее на руки, перенося в ее затененный альков. Там он положил ее на кровать, на сиреневое покрывало и наклонился расшнуровать свою обувь. Темный силуэт его мощного тела рельефно выступал в свете, падавшем из комнаты. Сбросив ботинки, Саймон выудил из кармана джинсов пару презервативов и сунул между подушками.
– Купил их в баре, – сказал он, растягиваясь на постели рядом с Эллен.
Она притронулась к его лицу, скрытому полумраком, изумившись, как лихорадочно горяча его кожа.
– Спасибо за напоминание. Я совсем об этом не подумала.
Саймон поцеловал ей пальцы и опрокинул на спину, мягко побуждая раздвинуть ноги. Его длинный палец проник внутрь, выводя чувственные круги, массируя и раскрывая ее, в то время как она совершала вокруг него непроизвольные отрывистые движения. Она была влажная, скользкая, податливая, отчаявшаяся.
– Саймон, прошу тебя, возьми меня. – Эллен обхватила руками его голову. – Я хочу ощущать тебя внутри. Я мечтала об этом уже…
Его мягкий голос был неумолим.
– Не сейчас.
– Почему? – Она почти застонала от разочарования. – Не мучь меня, Саймон! Я не могу выносить этих терзаний. Я чувствую…
– Подожди. – Он двинулся назад и начал снова дразнить ее ртом.
Напряжение сгустилось до такой степени, что ныло в груди. Эллен выгнулась в постели, рыдания экстаза толчками прорывались сквозь ее горло.
Пружины скрипнули, когда Саймон забрал ее в свои объятия. Он вылил на нее целый дождь ласк, покрывая ее губы, щеки, подбородок нежными поцелуями. Она узнавала в них свой собственный запах, результат ее возбуждения.
– Тебе хорошо? – спросил Саймон.
Эллен закивала и прижалась лицом к его твердой груди. Его шелковистые волоски щекотали ей нос. Она вдыхала этот уникальный, острый мужской запах, стараясь втянуть его как можно глубже в легкие. Саймон вплел пальцы в ее волосы, целуя и прижимая ее к себе, пока не унялась ее дрожь.
– Хорошо, ну а теперь давай, – сказала Эллен. – Давай же, Саймон. Я ждала достаточно долго.
– Подожди еще чуть-чуть. – Он снова скользнул пальцем внутрь ее, и ее чуткая плоть тотчас плотно сомкнулась вокруг него. – Ты еще не готова.
– Ну почему? – взмолилась она. – Ты в своем уме? Я за всю жизнь не была так готова, как сейчас! Почему ты тянешь?
Саймон погрузил два пальца. Она оцепенела и судорожно всхлипнула.
– Потому что ты такая маленькая, – решительно сказал он. – А я – нет.
– Большое спасибо. – Эллен сделала усилие и протянула руку к пряжке его ремня. – Пусть я буду арбитром в этом вопросе. Позволь мне осмотреть тебя. Сними джинсы.
Саймон схватил ее за руки, отводя их от себя.
– Ты уже видела меня нагим, раньше, – с мягким смехом сказал он.
