Она была так прекрасна сейчас, загоревшаяся гневом, что Саймон был ослеплен ею.
– Ты даже не понимаешь, что ты говоришь, – сказал он. – Ты выстроила некую романтическую модель. Но я не вписываюсь в твою фантастическую идею. Я…
– Великий и ужасный Саймон! – закончила Эллен. – Пришел, включил рубильник и выбил все мои предохранители! Ты думаешь, мне не справиться с тобой? Ха! Самонадеянный глупец! Подумай получше.
Он взглянул на ее лицо – и кровь вскипела в его жилах. Его мужская плоть была тверда как камень, будто самого бурного за всю жизнь оргазма, который он только что имел, вовсе не было.
– Ты провоцируешь меня, Эл. Это что, тебя возбуждает?
Ее подбородок вскинулся вверх.
– Меня все в тебе возбуждает.
– Хорошо. Если ты хочешь все, ты это получишь.
Он повернул ее кругом и притянул к постели, лицом вниз.
Она боялась взглянуть ему в лицо.
– Саймон?
– Дай мне другой пакет, – сказал он.
Эллен порылась под подушкой и передала ему презерватив.
– Раздвинь ноги как можно шире, – сказал Саймон, хватая ее запястья и заводя их ей за спину.
Было бы глупо колебаться, после того как она сама на это напросилась. Но она не сознавала, каково чувствовать себя беспомощной и незащищенной при этом порочном способе секса. Она медленно раздвинула ноги. Саймон прополз по матрасу и, встав на колени сзади нее, оттолкнул ее ноги еще шире.
– Ты дрожишь, – сказал он.
Она кивнула, уткнувшись в простыни.
– Ты меня боишься? Если ты не хочешь, чтобы я продолжал, я остановлюсь.
Эллен покачала головой. Она не могла говорить.
– Значит, это тебя возбуждает. – Саймон с нежностью погладил ее кончиками пальцев по ягодицам и осторожно проследовал вниз между ними, дразня ее легкими, как перышко, прикосновениями.
Эллен подрагивала при каждом его движении.
– А твоя попка ведет себя вызывающе, – продолжал Саймон. – У тебя такая гладкая кожа и такие сексуальные округлые бедра, с сильными мышцами под ними. Совершенное женское тело. В мире нет ничего прекраснее.
– Саймон, прошу тебя! – Эллен была готова взорваться от его чувственных пыток. Или сойти с ума, если он продолжит это неуемное исследование самых сокровенных уголков ее тела, которое он сделал собственной территорией. – Ну, сделай же что-нибудь!
– Все, что хочешь, малыш, – проворковал он. – Руками, языком или?.. Скажи мне, как ты хочешь?
– Я снова хочу тебя внутри меня, – сказала она. – Ну пожалуйста.
Саймон схватил ее бедра и подтянул вверх, заставив ее опустить лицо и опереться на локти. Ее упавшие волосы легли лужицей на скомканных простынях. Стоя на коленях, головой вниз, она была полностью открыта для него. Сделав пробное движение, он жестко толкнулся внутрь. Набухший кончик фаллоса, преодолев сопротивление, продвигался легкими толчками дальше.
– О, это так хорошо! – простонал Саймон. – То, что я делаю, отличается от твоих фантазий?
Она мечтала об этом, изнывала, жаждала этого. Но в действительности ощущения оказались куда интенсивнее, нежели ей представлялось. Вынести это было почти невозможно.
– Да, очень отличается, – прошептала она, чувствуя, как огромный фаллос плавно движется внутри ее.
– Как? – спросил Саймон. У него перехватило дыхание от удовольствия, когда он медленно выдвинулся и снова стремительно вошел внутрь.
– В… в большую сторону, – неровным голосом ответила Эллен.
– Ты имеешь в виду мой член?
– Я имею в виду все. Всего тебя. Поверх моего тела и всей меня. Ты заполонил собой все, что есть в моей жизни.
– Это хорошо или плохо? – спросил Саймон.
– Это и не хорошо, и не плохо, – прошептала она. – Это просто есть – и все.
Саймон крепче обхватил ее бедра и, медленно покачиваясь, то погружался, то выходил наружу.
– Чем еще я отличаюсь от того, кого ты воображала в своих фантазиях?
– Разговорчивостью, – выпалила Эллен. – Ты дьявольски болтлив.
Он засмеялся с чистым, радостным звуком, без горечи.
– Мне приятно, что ты думала обо мне. Меня это заводит.
– Только таким образом я могла заставить себя кончить, – призналась Эллен.
Саймон внезапно напрягся. Она совершила промашку. Ей казалось, что признание должно понравиться ему, но он мгновенно ретировался и стал далеким и холодным. Даже несмотря на то, что его плоть проникала и овладевала ее телом.
– О Боже, – пробормотал он. – Не говори мне этого, Эл. Я не могу ничего поделать с собой, – сказала она. – Просто я говорю тебе правду. Я люблю тебя, Саймон. Я люблю…
– Не надо. Я даю тебе все, что могу. Но не проси от меня большего.
– Я ничего не прошу, – сказала Эллен. – Но я не властна над тем, что я чувствую…
– Тсс. Я не хочу это слушать. – Саймон склонился над ее телом и прижал свой горячий рот к ее спине. Его темные волосы щекотали ее влажную кожу. Его длинные пальцы держали ее за бедра крепкой хваткой, на грани боли. Его мужская плоть пульсировала внутри ее. – Я собираюсь взять тебя жестко, Эл, – сказал он.
Суровые интонации в его голосе, казалось, говорили, что ее согласие не спрашивается, и все же он ждал от нее ответа. Его большое тело буквально гудело горячей, взрывоопасной энергией.
Эллен сделала длинный прерывистый выдох.
– Я могу развалиться на куски, – сказала она.
– Я удержу их вместе, – ответил ей Саймон. – Можешь на меня положиться.
И она положилась.
Саймон взял, что хотел. Без слов любви, без ласк. Просто держа на ней руки, чтобы тело ее оставалось на месте, пока он безжалостно достигнет конечного пункта.
Вначале, встречая его мощные толчки, Эллен сдерживалась. Но вскоре она начала отвечать ему тем же, рыдая и судорожно глотая, требуя отдать ей все, что у него есть. Навалившись на нее сверху, Саймон задвигал бедрами. После серии коротких пронзительных бросков он издал сдавленный звук и на миг сделался неподвижным. Мощный заряд, извергшийся в момент наивысшего удовольствия, все еще бился внутри ее. Она лежала на животе, пытаясь отдышаться.
Когда Саймон поднялся, она повернулась к нему спиной, плотно свернувшись клубочком, с руками вокруг коленей и волосами поверх мокрого лица.
Он своего добился и дал это ясно понять со всеми вытекающими отсюда выводами.
Эллен не могла ни смотреть на него, ни разговаривать с ним, не выказывая, как сильно она его любит. Но ее любовь была наказуема. Она не могла этого перенести, даже если ее наказывали удовольствием. Это было слишком обидно. И слишком стыдно сознавать, что твоя любовь отвергнута.
Саймон пошел в ванную. Было слышно, как бежит вода.
Вернувшись, он постоял возле кровати несколько минут, глядя на Эллен. Потом натянул свою одежду и вышел.
