не обольщалась. Раньше он тоже неплохо скрывался. Настолько неплохо, что мы все обманулись, решив, будто он обо мне позабыл. Чем это закончилось, лучше не вспоминать. Для меня до сих пор было загадкой, как он столько лет прожил с Аней, завел с ней двоих детей, прикидываясь хорошим семьянином, а потом профукал все это, погнавшись за несбыточной мечтой из прошлого, хотя никаких поводов ему никто не давал. Мне, наверное, никогда не понять, что в головах у некоторых мужчин. Хотя, нет. Не у некоторых. У всех!!
Руслан тоже был за гранью моего понимания. Спустя столько лет, его предательство снова полоснуло по нервам, вскрывая едва затянувшиеся раны. Перед глазами так и стоял образ мужчины с мальчиком, так похожим на него самого. Единокровный брат моей Даринки, плод измены, вечное напоминание о том, чего мы лишились из-за похоти и мужской уверенности, что «все можно».
Усилием воли отогнала от себя волнующую картинку. Не до этого сейчас. Уж чего, чего, а отодвигать сердечные переживания на задний план и делать вид, что всё хорошо, я за эти годы научилась. Тем более сейчас есть более важные дела, чем любовные переживания по бывшему мужу.
— Всё хорошо, насколько это вообще возможно в такой ситуации, — я повесила сумку на спинку стула и села напротив моего делового партнера, — рассказывай.
— Так сразу? — ухмыльнулся я, — даже не расскажешь о своей жизни?
— Кир, — строго произнесла я, — пожалуйста. Не нагнетай. Я примчалась сюда из другого города, побросав все свои дела, сдернув дочь с детского сада, и напридумывав себе самого что ни на есть хренового. И последнее, что сейчас мне нужно – это натянутые разговоры по душам. Так что давай ближе к делу. Кто, как, чего, куда. В чём суть проблемы, и какие варианты решений есть.
Кирилл помрачнел:
— В том-то и дело, дорогая Мелания Анатольевна, что вариантов решений у меня нет. Если бы они были, я бы не стал настаивать на твоем приезде. Признаю, меня вполне устраивало единоличное управление компанией.
Ну хоть не стал скрывать своего тщеславия и амбиций, и на том спасибо.
— Понимаю, — я кивнула, — меня тоже все устраивало. Но теперь очень волнует вопрос, почему мы провалились.
— Думаешь, из-за меня?
— Я такого не говорила.
— Но подозреваешь?
— Слишком рано для подозрений, мне бы сначала получить хоть какие-то факты. Начинай уже, не тяни.
Кирилл недовольно крякнул и выдвинул верхний ящик. Достал оттуда серую папку, положил на стол и пальцами толкнул в моем направлении:
— Ознакомься, а я пока кратко обрисую, как обстоят наши дела.
В папке оказалась сводка по текущим сделкам, а также по движению денежных средств по счетам.
Ничего нового для меня там не было, каждая из сделок проходила через меня. Кир всегда присылал на утверждение макеты договоров, акты, дополнительные соглашения. Все было в порядке.
Может, и мухлевал что-то за моей спиной, но я периодически устраивала внеплановые проверки, запрашивая документы, и ни разу не выявила никаких расхождений.
Так что пока отодвигаем вариант с тем, что Кир чего-то задумал против меня. Отодвигаем, но не забываем….
— За последние два года у нас было несколько больших долгосрочных проектов, обязательства по которым ещё не закончились. Графики по расчетам ты видела.
— Да.
— Начиная с весны, новых сделок нет. Срываются одна за другой. Из-под носа увели три тендера, потому что внезапно изменились условия. Конкуренты об этом знали. Мы — нет.
— Кто наши конкуренты?
— “Стеллар-Строй”. Неместные. Но об этом позже, — сказал Кир. — Пока слушай общую ситуацию. Наряду с отсутствием новых сделок, появились простои по текущим. Конкретные сбои в поставке сырья, оборудования, строительных материалов. В этот момент, фирмы с которыми у нас были заключены договора, начали одна за другой требовать погашения обязательств. А нам нечем их гасить. Вложенные деньги зависли на неопределенный срок по независящим от нас обстоятельствам, и вернуть хотя бы малую их часть не представляется возможным. Кредитные лимиты тоже выбраны под чистую.
— Будто сговорились, — сказала я, рассеянно постукивая пальцами по столу.
— Я тоже так подумал и начал наводить справки. И знаешь, что выяснилось? Все ниточки тянутся к одному единственному-конкуренту.
— Дай угадаю — “Стеллар-Строй”!
— Он самый. Я понятия не имею кто они такие и откуда взялись, но одно могу сказать наверняка: хх цель – захватить нашу фирму, и они уже давно плетут вокруг нас паутину. Так ловко, что я до последнего этого не замечал и не понимал. А теперь, откровенно говоря, не понимаю, что делать дальше.
Он говорил, а я скользила взглядом по строчкам в отчете. Свободных денег для маневра и правда не было. Все они были в долгосрочных активах, из которых так просто их не извлечь.
Кто-то и правда очень хорошо постарался, чтобы загнать нас в финансовую ловушку.
62.
— Почему же ты раньше не обратил на это внимание? — спросила я, отодвигая от себя папку, в которой так отчаянно пыталась найти ответы на вопросы и выход из положения. Впрочем, следует взять её с собой, изучить ещё раз, возможно, всё-таки что-то я найду, за что зацепиться можно было.
— А ты — обратила? Ты видела все отчеты. Абсолютно все, Лана.
— Хочешь сказать, что это я виновата, потому что невнимательная?
— Нет, — встал на ноги Кирилл и нервно стал мерить шагами большой кабинет. — Я хочу сказать, что нас грамотно обработали. Тот, кто хочет обмануть, и знает слабые места и куда бить, сделает это. Мы просто поздно связали всё в одно. Теперь стало ясно, что против нас играет эта фирма. Но сделать что-то уже весьма трудно. Потому я и вызвал тебя — может, мы вдвоем что-то придумаем? Как там говорят: одна голова — хорошо, а две — лучше. Честно сказать, я прямо не знаю, как тут быть.… Мы уже на грани банкротства.
— Какой ужас, — схватилась я за голову. — Неужели мы потерям то, что строили годами из-за чьих-то грязных игр на рынке?
— И такое не исключено, — тяжко вздохнул Кирилл. — Надо быть готовыми ко всякому.
— А ты не пробовал поговорить с этими конкурентами? — спросила я, чувствуя, как закипаю. Мне бы очень хотелось посмотреть в глаза тому, кто это всё
