торжественно подано на стол. Оценили все, и даже леди Грейс положила себе вторую ложку салата (очень сильно заботимся о талии, поэтому все понемногу, а уж на ночь тем более!). Мужчин талия не остановила, и они употребили весь салат. Хотя сегодня Чарли вернулся с плато в странной задумчивости. Я сразу расспрашивать не стала, надо дать человеку помыться, согреться, поесть. А уж потом пытать. Впрочем, последнее и не понадобилось, он сам рассказал, когда мы ушли в свои комнаты.
Сев в кресло перед камином, Чарли неуверенно начал:
- Знаешь, Дженни, я понимаю, что этого не может быть, это все только сказки, но рабочие уже не первый раз говорят, что один из горячих гейзеров у нас с живой водой! И теперь они после работы именно к этому источнику спешат. Даже очередь установили. Я не верил в эти сказки, но вот вчера буквально ушиб спину, помогал рабочим опоры под крышу навеса ставить. Да ты сама вчера видела, что я за поясницу держался. А сегодня сам полез в этот источник. Думаю, проверю, что там говорят. Ты не поверишь, прошла боль! Даже следа не осталось!
Я задумалась. Лично же проверила все источники. Никакого следа сульфидов, хлоридов или солей меди, железа не почувствовала на языке. А сернистые источники и так на расстоянии угадаешь по запаху. Надо завтра поехать и попытаться разобраться, что там за чудеса.
К местным, в поселок, я все-таки съездила. И хорошо, что с Чарльзом. Мы подъехали к дому старейшины, здесь не было старост, их функции выполняли старейшины клана по очереди. Следом за нами начали подтягиваться и местные жители - мужчины, женщины с кучей мелкой ребятни, робко выглядывавшей из-за мамкиной юбки. Я потихоньку оглядывала поселок. Не сказать, что бедствующее население. Не сироты, явно не сироты. Дома, хотя и из вечного здесь песчаника, но отесанного, везде печные трубы видны, значит, по-черному никто не топит. Добротные ограды из этого же камня. При каждом доме сад, видны уже побеленные стволы от солнечных ожогов фруктовых деревьев. За домами прячутся хлева и прочие хозяйственные постройки. Но при этом совершенно раздолбанная дорога вдоль улицы. Почему не отсыплют гравием? Мы ведь деньги за него не берём, поезжай, загружаю на телеги и вози!
Об этом я и спросила у старейшины. Тот просто пожал плечами, но кто-то смелый (или наглый, что вернее) из толпы крикнул:
- А оно мне надо? И кто мне заплатит за мою лошадь и телегу, да и я сам работать буду? Я вот поеду, а Гэвин, он не поедет, а ходить по хорошей дороге будет!
Но я не сдавалась:
- Тогда пусть старейшина очередность установит, кто и когда отработает.
Но и это местных не устроило, они бухтели, что скоро все и так высохнет, зачем ломаться. Тогда я, махнув рукой, предложила работу местным на плато, сказала, что и желающие пусть записываются у старейшины. Тот, кстати, по-прежнему угрюмо молчал. После слов о работе некоторое количество мужиков исчезло. Оставшиеся шептались. Затем опять тот же смелый голос из толпы крикнул:
- А что там делать хотите? Али нашли чего в энтих дырах в земле? Говорят же, вы там все облазили!
Я чуть было не брякнула про кирпичный завод и добычу угля, но само провидение отвело меня от такой глупости. И я спокойно ответила:
- Дом там строить будем. Жить там намерены.
Но все тот же голос крикнул:
- Темнишь чей- та, дамочка! А если мы узнаем? Нашли, небось, нужное, а доходами делиться с нами не хошь! А это все наше, на нашей землице!
Я пока думала, что ответить, муж сам решил вмешаться. Он направил коня прямо в толпу и сказал:
- И кто это у нас тут самый умный? А, это ты, Колин. Почему я должен делиться с тобой или кем другим доходами с моей земли?
Слово "моей" Чарли выделил голосом.
- То, что вы ее продали, это не значит, что заберёте, когда захотите. Сделка отмене не подлежит, это подтвердили все законники. Вот ваш старейшина об этом знает. А если я найду того, кто вас тут подзуживает и мутит воду - лично того сдам страже в Миджаэе.
Старейшина угрюмо кивнул головой, признавая правоту Чарльза. Все разошлись, на площади осталась только одна женщина неопределенного возраста между тридцатью и пятьюдесятью. Из- за низко повязанного платка было непонятно. Она была высокой, сухопарой и какой-то нескладной. И за ее юбку никто не держался. Она подошла к нам, неловко поклонилась:
- Леди, лорд! Я согласна работать у вас. Могу готовить, постирать там или ещё какая женская работа. Только мне надо где-то жить.
- Дети есть у тебя?
- Нет, вдовая я. Мужа по осени лесиной придавило.
- Я возьму тебя, как только найму работников в городе или на ярмарке. Обязательно заедем и скажем, когда надо приступать к работе.
Женщина коротко кивнула и ушла. Старейшина вздохнул:
- Рогнеда хорошая женщина, но не из наших мест. Муж ее привез откуда-то. И сам помер. Дом ихний отошёл, стал быть, брату мужа, а он, точнее, жена его, гонит ее со двора. Вот беда. Это хорошо, коль вы ее берете.
Ну да, главное, вам никаких забот! Вот так я и съездила к местным. Теперь понятно, почему я так спешу в город.
Приехали на плато, там работа шла вовсю - полностью расчистили весь приусадебный участок, прорыли траншеи, надо будет только трубы потом проложить. Сейчас пока воду удерживает только земляная перемычка. В том месте, где запланирован кирпичный завод, уже стоят навесы- сушильни, построены мостки, все-таки решила я использовать силу бегущей воды. Теперь вот надо колесо, типа мельничного, и ременной шкив. Ну жалко мне лошадок, жалко! Сейчас рабочие строят высокую площадку, где будут стоять бочки с готовой смесью. Большую решетку-форму, кстати, сейчас и сколачивают рабочие.
Ладно, идем с супругом осматривать источник с "живой водой". Что сказать? Источник, как источник. Опять понюхала, попробовала на язык, глотнула. Вода да вода. Ну, чуть сластит, возможно, селена многовато. Эх, спектральный анализ бы! И тут до меня дошло. Я даже хлопнула себя по лбу!! Ну, геолог, мать твою! Пора вновь за парту! Радон же! Он не придает никакого вкуса, запаха и определяется только по анализам. Но в бальнеологических целях он и впрямь чудодейственен.
Надо срочно пробежаться по округе, посмотреть, не выходит ли газ наружу из разломов. В смеси с водой радон безвреден для
