платье и натянула его на себя. Побоялась, что долго Володя ждать не будет. Девушка слышала, как нетерпеливо, скорым шагом он расхаживал по коридору.
Рада заплела косы, плеснула в лицо воды и открыла дверь. Володя стоял ровно перед порогом. Она, не глядя ему в глаза, испуганно отступила назад, пропуская его внутрь. Дверь закрыла сама, чтобы оттянуть время перед объяснениями. Развернулась к Володе. Коснулась взглядом его лица и не увидела злости: всё же он был растерян, разочарован, но никак не рассержен.
– Я хочу понять, – голос его потерял строгость. – Что произошло? – Он принялся ходить по комнате, бросая вопросы больше в воздух, чем к Раде. – Что случилось? Почему ты с Русланом? Из-за чего поругалась с отцом?
Девушка поймала момент, чтобы остановить его и развернуть к себе. Володя был выше её ростом, приходилось поднимать голову, чтобы смотреть ему в глаза – голубые и притягательные, как у Руслана. Черты лица у братьев тоже были похожи, вот только Володя отличался светло-золотистыми, как солнце, волосами, мягкими на ощупь.
– А как Руслан объяснил тебе это? – осторожно уточнила девушка.
Володя потёр переносицу.
– Сказал, что «спас меня от тебя». В день знакомства с отцом Руслан утверждал, что ты с разбойниками напала на него в лесу, потом нас с отцом околдовала. Я ему не поверил. На следующий день поехал за тобой, чтоб в палаты отвести, а Руслан со мной навязался, извинялся всю дорогу, клялся, что ошибся с перепойки. Мы помирились. А потом… потом меня сморило, а очнулся я на следующий день, неженатый. – Володя вздохнул. – А теперь я хочу послушать тебя.
Рада прижалась щекой к его груди, выдавливая слёзы.
– Руслан обманул меня.
Она почувствовала, как рука Володи скользнула ей на талию и притянула чуть ближе.
– Он ведь с самого начала невзлюбил меня, – оправдывалась Рада. – Наверно, тогда и задумал этот план… Может, и он подпоил тебя настолько, что ты до палат сам не смог бы добраться… А там Руслан сказал, что нельзя, мол, тебе к приказчику в таком виде. Пообещал, что будет говорить от твоего имени, а я не знала, что делать, вот и поверила. Руслан первый зашёл к приказчику, попросил подождать. Я потом уже узнала, что они знакомы, оказывается. Наверняка сговорились. Приказчик как начала грамоту зачитывать, так и назвал имя Руслана, мол, он жених. Я растерялась. Побоялась спорить. А тебя рядом не было, чтоб помочь… – последнее девушка выделила специально, чтобы вызвать у Володи чувство вины. Хотя он из всей семейки оказался самым порядочным, добрым и участливым. Только не слишком ответственным.
– Прости, я виноват, – признал Володя.
Рада крепче обняла его. Она ожидала, что он-то будет возмущаться и прогонять её вместе со всеми, а вышло наоборот. Быть может, он специально втирается в доверие, может, Филипп его надоумил? Девушка чувствовала, как напряжено тело Володи, но голос его звучал мягко, и она не понимала, что думать. Быть может, приворотные травы до сих пор действуют? Тогда его можно использовать, попросить о помощи и защите.
– Я должен был остановить Руслана, – вздохнул Володя. – А получается, оставил тебя ему. Он тебя обидел? Приходил к тебе ночью?
Он сглотнул, и Рада ощутила неловкость.
– Приходил, но я его прогнала.
– А кровь на простыне?
– Порезала ладонь, – объяснила девушка, и Володя выдохнул. – Руслан меня не трогал. Он же меня ненавидит, как и я его. Так глупо, что мы женаты теперь, – она покачала головой.
– Если хочешь, я подумаю, что с этим можно сделать, как исправить. Объяснюсь перед приказчиком. Сожжём старые грамоты и напишем новые. Только мужем буду я, – Володя кивнул в такт своим словам.
Лучше бы именно он и вправду стал её мужем. С ним было легко, не приходилось бояться и защищаться. Но всё же что-то было не так, не откликалось на него сердце, несмотря на добрый нрав, приятное лицо и требовательные губы. Его прикосновения не вводили в истому, кожа не покрывалась мурашками, жар не наполнял тело, как с Русланом. Но того Рада ненавидела: он целовал её без дозволения, пытался избавиться. Напыщенный пендюх! Она подловила себя на том, что при мысли о Руслане облизывает губы, и тут же покраснела.
Да, Руслан отвратительный. А Володя – хорошая партия. И девушка вернулась бы к нему, если бы не липкое прикосновение совести: он заслуживает себе жену получше, а не обманщицу, воровку и почти убийцу. С другой стороны, он сам к ней тянется, зачем же отталкивать? Рада мысленно покачала головой. Не знала, как лучше поступить, что делать – потому решила пока не делать ничего, чтобы не испортить своё и без того шаткое положение.
Володя ждал ответа, и девушка вздохнула:
– Не надо. Приказчик – друг твоего отца, как я поняла. Мало ли что… Старые грамоты и вправду сожгут, а новые не выдадут. Тогда буду ничьей женой, и твой отец выгонит меня отсюда.
– Я… – с жаром начал было Володя, но Рада осторожно остановила его:
– Не надо. Пожалуйста.
Она сжала его руку. Он покачал головой:
– Хорошо.
Рада подняла на него взгляд. Глаза у Володи были грустные, в голубые радужки затесалась серость, а уголки губ опустились. Он не злился – печалился.
– А что произошло у вас с отцом? – вдруг перевёл он тему.
Здесь оправдаться было сложнее. Если Руслан изначально был против девушки, то Филипп менял гнев на милость, а после снова на гнев, и дать объяснения, не рассказывая про чары, Рада не могла. Потому сама изобразила непонимание. Округлила глаза, пожала плечами:
– Видимо, Руслан нашептал ему что-то обо мне, вот он и взъелся. Не знаю наверняка. Он начал меня выгонять, запугивать, ну, служанки всё видели, – девушка опустила голову. Голос у неё был жалобный, надломленный, и Володя принялся гладить её по волосам. – Тогда я пришла к твоему отцу в горницу, пыталась поговорить.
– И что там случилось? – он прислушался. – Я пытался поговорить с отцом, но он не ничего внятно объяснил.
Что ж, Рада могла, но не стала. Вместо этого снова пожала плечами:
– Я сама не поняла. Мы начали говорить,
