потом ему стоит отдохнуть и хорошенько поесть…
— Фух, хоть что-то хорошее за последние часы, — услышав сказанное, чернобородый выдохнул и посмотрел на нас с Беляевым. — Извините, представиться не успел. Казаков Лев Валерьевич. Командир группы вольных старателей.
Казаков протянул руку для рукопожатия и, когда я после Беляева, пожал её в ответ, то почувствовал проверяюще-стальную хватку мужчины. Словно Лев стремился оценить нас со всех сторон.
— Это Виктор, — с лёгкой снисходительной улыбкой, ощутив, как безвольно трепыхается моя рука в его хватке, Казаков кивнул в сторону мужчины, сидящего рядом с раненым. — А тот, что на полу прохлаждается — Всеволод.
— Лев, нам помощь нужна, — вынырнул из темноты тоннеля один из старателей. — Вход начинает заметать, все дрова перетащить не успеем. Зёма пока дымоход под костёр готовит.
— Это у нас Павел, маг огня, — представил своего подчинённого Казаков. — Я сейчас помогу…
— Не стоит, — я остановил Льва, после чего указал на его распоротую штанину. — Смотрю, вам, судя по всему, также досталось. Я помогу, а вас пока пусть наша целительница осмотрит.
— Я с тобой, Макс, — прибежавший вместе с нами Сергей отошёл от Ульяны с Женей.
— Думаю, с Павлом мы и вдвоём справимся, — качнул я головой. — Ты лучше силы восстанавливай, тебе ещё проход закупоривать до конца.
Наш маг что-то попытался возразить, однако я его дослушивать не стал, и, закрепив знакомство с Павлом рукопожатием, отправился с мужчиной наружу.
За пределами пещеры и вправду стало ещё неуютнее. Видимость ограничивалась уже двумя метрами, а ветер чуть ли не с ног сшибал, стоило только хоть чуть-чуть отойти от столба. Благо ещё до появления старателей мы с Беляевым успели большую часть лоз подтащить к выходу, и сейчас основной трудностью было лишь выкопать их из-под наметённых сугробов.
— Выберемся из «Ледянки» и сюда больше ни ногой, — кинув очередную охапку дров на пол тоннеля, пожаловался Павел товарищу с именем Михаил.
— Ага, я эту байку каждый раз слышу, — усмехнулся маг земли, формируя в стене тоннеля небольшое отверстие. — А учитывая, что за этот поход нам пришлось платить сверх таксы и при этом ни хрена мы не заработали, в следующий раз ты пойдёшь сюда как миленький.
— Да ну нахер, — покачал головой Павел. — Я тебе говорю, завязывать с Ледянкой нужно. Сначала тот пятый уровень, теперь вообще выброс с гоном…
— А что, часто вообще выбросы бывают? — запинав последний кусок дерева туда, где уже не было снега и ветра, поинтересовался я.
— Смотря где и какие, — ответил Павел. — В Ледянке давно уже не было. Иногда гон случался, но обычно волна до верхних этажей не доходила. А в этот раз и выброс, и гон. Комбо выхватили, сука…
Мужчина сплюнул на пол и несколько секунд наблюдал, как замерзает его слюна. После чего, оторвавшись от столь занимательного процесса, посмотрел на меня.
— Макс, а на кой ты хопперов притащил? И вообще, где ты их взял?
— Да успел прикопать пару штук у входа, когда закончили отбиваться от этих тварей, — я поднял за хвосты две обезглавленные туши, каждая размером с небольшую собаку.
Внешне хопперы напоминали черепах, только панцирь у них был мягкий, покрытый чёрно-белой шерстью, а мощные лапы заканчивались длинными, острыми когтями.
— Как я понял, они не ядовитые. А от куска хорошо прожаренного горячего мяса я бы не отказался. У нас ещё червь оранжевый есть, но эти твари явно поаппетитнее выглядят.
Весила одна такая животина килограмм двадцать, и, даже учитывая кости и требуху, чистого мяса в ней должно быть прилично.
— Ну, на самом деле, они жилистые и твёрдые, как подошва у моих стоптанных сапог. А оранжевых червей жрать не стоит, если глюков словить не хочешь. Впрочем, я сейчас и хоппера, и червяка сожрать готов. А вот выдержат ли ваши аристократические желудки что-то подобное, уже вопрос. — хохотнул Михаил. — Я тут закончил, можем возвращаться. Осталось только очаг в пещере соорудить, и можно будет разводить костёр.
— Ну тогда не трынди и хватай дрова, пока мы тут окончательно не окоченели, — буркнул Павел. — Я, между прочим, маг огня, мне холод противопоказан!
Следующий час в импровизированном убежище прошёл в суете. Пока Семёнов окончательно загромождал проход ледышками, парни Казакова занимались костром. Маг земли в одной из стен пещеры «выплавил» подобие камина, верхняя часть которого уходила в каменную трубу, ведущую наружу за пределы жилой зоны, после чего Павел принялся разжигать костёр.
Я тоже не сидел без дела и вместе с добровольно вызвавшимся Виктором выпотрошил хопперов. Особой сложности в этом не было, справился бы и один, однако вдвоём всяко быстрее.
Выбросил кости и требуху у ледяной пробки в пещере, где они быстро замёрзнут и не будут вонять. Заодно проверил качество работы Семёнова и, оставшись доволен результатом, вернулся в пещеру.
За время моего отсутствия в лагере стало ощутимо теплее и веселее. Несмотря на то, что в этот каменный мешок набилось аж одиннадцать человек, в относительном комфорте расположиться удалось практически всем.
Раненого мага земли, которого между собой люди Льва называли Кротом, уложили поближе к весело потрескивающему костру, дым из которого уходил в проплавленную магом земли трубу. Чуть поодаль от покусанного старателя, скинув куртки со штанами и оставшись в одних комбинезонах, расположились негромко болтающие и делящиеся друг с другом эмоциями от происходящего девушки.
В это же время Беляев и Сергей вместе с оставшимися членами команды Казакова готовили постели на предстоящую ночёвку. По словам Льва, явно знающего, что к чему, гон продлится не менее шести часов, так что провести ночь в пещере нам придётся при любом раскладе.
— Тут дело-то вот ещё в чём, — пока я мариновал мясо, Лев присел перед одной из каменных кроватей, созданных магом земли, и положил на неё руки. Пальцы мага тут же покрылись пламенем, которое стало постепенно впитываться в камень. — Гон-то может и раньше окончиться, однако монстры не сразу пойдут обратно. Крупные твари сначала сожрут мелких и лишь потом начнут возвращаться. А это тоже опасно. Кидай!
Стоящий рядом Виктор бросил на разогретую импровизированную кровать мелкие ветви с листвой, и в воздухе повис приятный, слегка горький аромат.
— Нам главное — до лагеря добраться, там уже проще будет, — произнёс Беляев, подтаскивая очередной ворох веток.
— Нет
