— Я думаю, — сказала я Люку, хотя к нам двигалась Джери Линн, — он должен подождать. Думаю, он должен как следует, ПОДОЛЬШЕ подождать. Потому что, знаешь, не нужно спешить. Правильная девушка может оказаться тут же, за утлом. Может быть, даже ближе, чем он думает. И он должен ждать до тех пор, пока не будет АБСОЛЮТНО уверен, что нашел ее…
— Я надеялся, что ты так и скажешь, — кивнул Люк.
И тогда он выпустил мою руку, обернулся и поднял на руки Джери Линн.
— Привет, детка, — сказал он ей. И поцеловал ее.
В губы.
И не переставал ее целовать, даже когда доктор Люис сказал в микрофон:
— Я горжусь тем, что король и королева «Весенних танцев» — это… ЛЮК СТРАЙКЕР И ДЖЕННИ ГРИИНЛИ!
Спросите Энни
Задайте Энни самый сложный вопрос, который касается сугубо личных отношений. Вперед, дерзайте!
В «Журнале» средней школы Клэйтона публикуются все письма. Тайна имени и адреса электронной почты корреспондента гарантируется.
Дорогая Энни!
Я его люблю. Он не знает, что я живу на свете. Что я делаю?
Отчаявшаяся
Дорогая Отчаявшаяся!
Когда узнаешь, будь любезна, сообщи мне! Потому что я вовсе не знаю, что тебе ответить.
Энни
Семнадцатая глава
— Так вот, — сказал Люк, когда мы танцевали, а все прожекторы светили на нас этот танец был обязательной частью церемонии коронации. — Я был уверен, что после того, как Анжелика покинула меня, я никогда больше не полюблю. И вот я встретил Джери Линн и… не знаю. Это не любовь с первого взгляда. Клянусь. Это происходило постепенно.
Вот-вот. Постепенно, в течение двух недель или даже меньше, и большую часть этого времени он провел в Лос-Анджелесе.
— Я знаю, мы совершенно разные, — продолжал Люк, вероятно, первый король «Весенних танцев» за всю историю клэйтонской средней, который во время всего танца говорил, а не показывал себя, как сделал бы это любой нормальный парень. — Она, например, хочет быть РЕПОРТЕРОМ. А ты ведь знаешь, как я ненавижу этих папарацци. Она не такая, как все девушки. Она не боится говорить то, что думает.
Это было неправдой.
— Есть доля истины в том, что мы, знаменитости, нуждаемся в средствах информации. И, разумеется, пресса нуждается в нас. Это отношения симбиоза, Я прежде об этом не очень-то задумывался. Но Джери ЗАСТАВИЛА меня подумать, — объяснял Люк. — Это мне в ней очень нравится. Она заставляет меня размышлять, понимаешь? В тот день, во время мытья машин, она дала мне свой телефон, я не собирался ей звонить. Но потом… не знаю. Я думаю, что тогда, у меня в доме, я был слишком груб с тобой. Ну, знаешь, когда говорил об «особом соусе». Поэтому я позвонил Джери и попросил ее приглядеть за тобой… просто, чтобы она мне отзвонила, если тебе будет трудно из-за репортеров или еще из-за чего-нибудь. Я вычислил, что если кто-то и поймет, что репортеры тебя мучают, так это она. Я начал звонить ей по два раза на дню, просто чтобы узнавать все о тебе… и очень скоро, понимаешь, мы перешли с разговоров о тебе… к разговорам о ней… к разговорам о ней и обо мне… Ну, ты знаешь, как это бывает.
О, я ТОЧНО знаю, как это бывает. Джери Линн — большой мастер уводить парней из-под моего носа.
Нет. Это нечестно. Я никогда не хотела Люка.
И была счастлива за него. Правда. За него и за Джери Линн. Они — славная парочка. Он абсолютно великолепен, и Джери тоже. Он только на год старше ее, в конце концов. И она едет в колледж в Л.А., где как раз и живет Люк.
Правда, Джери собирается достигнуть высот как журналист, а Люк как раз не любит журналистов. Но, кажется, Джери не любит этих «актеров». Так что, может быть, у них все и сложится.
Как бы то ни было, зачем им МОЕ благословение?
— Ты ведь просто невероятная, — продолжал жужжать Люк, в свете прожекторов сверкнули фальшивые драгоценности в его короне. — Правда, правда, невероятная, Джен. Просто не верится, сколько всего ты смогла сделать в этой школе за одну неделю… Джери думает, что в будущем году ты будешь президентом ученического совета. С ней нельзя не согласиться.
— Не знаю, — сказала я. — Я не интересуюсь политикой.
— Что ж, заинтересуешься, — сказал Люк. — Потому что это для тебя естественно. По крайней мере, обещай мне, что ты об этом подумаешь.
— Ага, — сказала я, просто чтобы отделаться от него. — Хорошо, я подумаю. Слушай, а насчет «Спросите Энни». Ты сам об этом догадался или Джери Линн тоже как-то узнала… — Хм… например, Скотт, ее бойфренд, мог рассказать ей?
— Сам догадался, — сказал Люк. — И не беспокойся. Ей я ничего не говорил. Как ничего не рассказывал ей и кое о чем еще.
— О каком таком кое о чем? — спросила я его, ни на секундочку не представляя себе, что он ответит.
— Ты знаешь. Что ты влюблена в ее экс… Хорошо, что как раз в этот момент кончился наш танец в свете прожекторов, не то вся клэйтонская средняя могла бы рассмотреть мои гланды. Поскольку я просто разинула рот на слова ВЛЮБЛЕНА В ЕЕ ЭКС…
— И вовсе нет. — Я стояла и бормотала, как идиотка. — Я почти наверняка… не… влюблена… в Скотта Беннетта.
— Джен, почему бы тебе не последовать своему собственному совету? — спросил Люк, когда на танцпол вышли другие пары. — Почему бы тебе не дать ему понять, каковы твои чувства?
— Эт-то я ТЕБЕ советовала, — заикаясь, ответила я, — для Скотта. Я имею в виду… Ох. Не знаю, что я имею в виду.
— Хорошо, — сказал Люк, когда около него возникла сияющая Джери Линн. — Я вообще не понимаю, что ты хотела сказать. Но я знаю одно.
— Что именно? — спросила я.
— На улице стоит лимо, который отвезет тебя куда угодно.
— Ух, — только и сказала я, потому что в этой информации для меня не было никакого смысла. — Спасибо.
И тут Люк отбыл давать автографы людям, которые просто не могли сдержаться и умоляли его расписаться на программках «Весенних танцев».
— Слушай, ты на самом деле не возражаешь против этого? — спросила меня Джери, как только Люк отошел. — Против того, что я с Люком?
— О господи, конечно, не возражаю, — сказала я то, что и думала. — Я же говорила тебе, что мы просто друзья.
— Джен, ты — лучше всех, — сказала Джери и пожала мою руку. — Ничего этого не случилось бы, если бы не ты. Я так счастлива! Я тебе бесконечно благодарна! Как говорит Люк, ты действительно особенная.
Ага. Я — особенная, прекрасно. Вот почему тот, с кем я пришла на «Весенние танцы», не со мной.
Я сказала Джери, что рада за нее (еще раз) и двинулась к своему столу, где Стив дул на ногу Трины, Так бывает, что даже в вечер «Весенних танцев» на ноге может вскочить волдырь, если новые туфли оказались предателями.
