я согласен с тобой, Борис. Это многое объясняет. И пока столичный гарнизон в городе, я не могу себя чувствовать в безопасности. Нельзя им давать повода для выступления, мы еще не готовы. Информацию о мятеже придержим… Зови этого ушлого святошу.
– Там еще магистр ордена Черного лотоса пожаловал, рвется на прием.
– И его зови, обоих приму…
Артем искренне горевал о гибели друга. Он так же понимал, что дома ему будет не сладко. Он даже пригубил бражку, что пил его друг, за упокой души раба мироздания Сунь Вач Джина.
– Спокойной тебе жизни дома, брат мой, – встав, проговорил Артем, чем сильно удивил Неелу.
– А в какой дом он ушел? – спросила она.
– К себе, в свой мир… Он бессмертный, Неела. Пока я его не отправил заклинанием. Умерев здесь, он воскрешается у себя, а умерев там, он воскрешается здесь.
Неела удивилась еще больше.
– Не понимаю, Артам, тогда чего ты его оплакиваешь, коли он жив?
– Скоро он появится здесь. Его там убьют родные братья. Знаешь, каково, когда тебя жестоко убивают?
– Нет. Меня не убивали…
– Вот, а его постоянно убивают. То тут, то там, и я стал причиной его очередной смерти тут.
– Но он же воскрес! Чего ты убиваешься?
– Свада жалко, – шмыгнул носом Артем и пригубил из кружки.
– Ты всю бражку не выпей, мне оставь – раздался недовольный голос гремлуна, и все в мастерской вздрогнули. Неела осенила себя знаком могильного креста и ошарашенно проговорила:
– Матерь Иехель, он жив…
Гремлун, не обращая внимания на оторопевших присутствующих людей, прошел к столу и сел. Взял из рук Артема кружку и надолго приложился к ней.
– Уф! – выдохнул он. – Как надоело умирать и воскрешаться. А как больно-то…
Артем наконец пришел в себя.
– Свадушка, лапушка! – заорал он и, подхватив на руки маленького гремлуна, закружил его по мастерской.
Второй магистр ордена Искореняющих иеротетрах Гомус Фалмус, отвечающий за боевое крыло ордена, был в ярости. В отсутствии магистра ордена, который срочно убыл на север, он исполнял его обязанности, и сейчас в его обязанности входила поездка к королю. Пропали инквизитор и стража, отправленные на поиски колдуньи с севера. Городская стража помогать инквизиции не спешила. Отправлять в квартал шуаней новый отряд он не стал. Слишком это выглядело бы вызывающе и вызвало бы много шума. Но и оставлять без внимания такой болезненный удар по репутации инквизиции он не хотел. Еще меньше он хотел ехать и просить помощи у короля. Но это была столица, а не провинциальный город, где у инквизиции были неограниченные возможности. Там орден ревнителей веры не спрашивал разрешения властей, он сам был властью.
«Когда эта мышиная возня с королем прекратится? – недовольно размышлял он, сидя в приемной перед королевскими покоями. – Убрать самодура, и все! Так нет, тянут…» Его заставили ждать, что еще сильнее било по самолюбию церковника. Пока он сидел в приемной, подошел магистр ордена Черного лотоса. Поклонился иеротетраху и попросил:
– Благословите, досточтимый иерон.
Фалмус осенил магистра священной змейкой и произнес:
– Да пребудет с тобой милость нашего хранителя, Огирам. Ты по какой надобности к королю?
По важной, досточтимый иерон. Тут один полковник к королю пробился силой. Пожаловаться хочу.
– Жаловаться? Это правильно, – пробурчал Фалмус, – Много свободы дали мирянам. Не любят мать-церковь и горды вельми. Пороки людские губят королевство…
Их разговор прервало появление старого бессменного королевского секретаря Бориса. Его часто называли тенью короля. Он был всегда рядом, молчалив и собран. Но все знали, что Безгон ему безгранично доверяет.
– Господа, – по-мирски обратился к посетителям Борис, и от этого обращения оба служителя церкви поморщились, как от кислого, попавшего в рот. Борис сделал вид, что не видит их недовольства. – Его величество ждет вас. Прошу пройти вместе со мной в малый зал приемов.
Фалмус переглянулся с магистром ордена Черного лотоса. Их приглашали на официальную аудиенцию. Оба понимали, что Его величество был не в духе. Хотелось уйти, но было поздно. Приглашение было ими принято, и они поплелись за секретарем.
– Какие новости, Борис? – фамильярно обратился к секретарю Огирам.
– Все хорошо, Огирам, новостей особых нет…
– Я слышал, арестовали главного жандарма и начальника гарнизона… Безгон не в духе? – уточнил Огирам. Борис понял, что магистр ордена Черного лотоса специально поднял тему арестов. Он хотел показать ему, что, несмотря на то, что воины ордена отлучены от охраны короля, он владеет информацией и тем, что происходит во дворце. Борис мысленно усмехнулся. Понять, что произошло с двумя высокопоставленными чиновниками, было не трудно. Они не вышли из дворца, и Огирам хочет знать, почему?
– Вас, Огирам, неверно информировали. Оба господина находятся в гостях у Его величества. Всех арестованных отправляют, как вы хорошо знаете, в королевскую темницу…
– А что, этот прибывший полковник, что устроил схватку у дворца… тоже в гостях?
– Это вы можете спросить у Его величества, – невозмутимо ответил секретарь и, подойдя к высоким искусно украшенным дверям, подождал, пока два офицера, несущих стражу, распахнули их. – Прошу вас, господа. Проходите.
Его величество сидел на малом троне. Корона был сдвинута набок, в руках он держал четки и перебирал их. Вид был скучающий и несколько легкомысленный. Увидев вошедших, поманил обоих рукой.
Церковники приблизились и поклонились.
– Что привело столь занятых важными делами служителей церкви ко мне? – спросил равнодушным тоном король.
Оба посетителя опять переглянулись, и магистр ордена показал знаком руки, что пропускает вперед инквизитора.
– Ваше величество, – насупленный Фалмус сделал шаг в сторону трона. В столице творится беззаконие, а городская стража потворствует этому… – Он замолчал, ожидая реакции короля. Но тот и глазом не моргнул, он молча, со скучаюшим видом рассматривал иеротетраха и ждал продолжения его речи. Фалмус смутился и откашлялся.
– Кхм, кхм … Простите, Ваше величество, дело в том, что мы напали на след сильной колдуньи, что прибыла в столицу наводить порчу. Эти следы привели нас в квартал шуаней, и там на нашу стражу напали эти самые шуани. Отряд и бывший с ним инквизитор пропали. Городская стража отказывается содействовать святой церкви в поисках преступников.
– Да, это немыслимо! – кивнул, соглашаясь с инквизитором, король. – Какое попрание законов… А кто эта колдунья и что она успела сделать?
– Это… – инквизитор замялся, – просто женщина, бежавшая с севера… Там ее объявили в розыск за то, что она губила младенцев…
– Серьезное обвинение, досточтимый иерон. И есть доказательства этого преступления?
– Есть, Ваша величество, – твердо заявил Фалмус.
– Да? – несколько удивленно спросил король. – Представите мне их.
– Доказательства? – еще больше удивился Фалмус, – но я не взял их с собой…
– Не взяли? А кто проводил дознание?
– В столице… отец Плутарт. Все материалы были у него, – облегченно произнес инквизитор. – Но он пропал в квартале шуаней вместе с материалами по ведьме. – Он был рад, что нашел выход из сложного поворота в разговоре.
– А эта женщина – благородная дама? – уточнил король.
– Нет, конечно, Ваше величество. Просто… обыкновенная крестьянка.
– И ее
