Преследующий служанку любострастный монах на нетвердых ногах пробежал за скамьей Заполи и заслужил беззвучное проклятие ирландца, так и не задев изменника.
— Положение? — вздохнул Даффи. — Что за положение?
В глазах Заполи мелькнуло нечто похожее на зависть.
— Выше, чем мое. Сделав все как надо, ты сможешь заменить самого Сулеймана.
Даффи с издевкой расхохотался и отпил пива, использовав момент, чтобы незаметно приблизить руку к своему кинжалу.
— Ян, мне чертовски не хочется быть первым, кто скажет, что ты помешался. Если я и вправду первый. — Он старался говорить непринужденно, в то же время рассчитывая, где примерно находится пистолет его собеседника. — Зачем Ибрагиму я вместо султана? Величайшего султана за всю историю Оттоманской империи! Это же сущий бред. Воображаю восторг турок при известии, что ими повелевает ирландец. Хо-хо!
— Полагаю, такой же, как при известии, что сирота из Парги назначен великим визирем вместо Ахмеда Паши, долгие годы бывшего полноправным претендентом. Подобное случается, и никто не в силах предугадать ход событий.
«Удастся мне опрокинуть стол, прежде чем он спустит курок? — прикинул Даффи. — Навряд ли».
— Все же, Ян, почему я? — допытывался он. — Почему Брайан Даффи из Дингла? Ты так и не объяснил.
Впервые с начала их разговора Заполи смутился.
— Брайан… откровенно, ты не знаешь, кто… что… ты такое?
Позади здания грянул оглушительный удар, окна отчаянно задребезжали. Женщины в зале взвизгнули, подавальщицы выронили подносы, Заполи инстинктивно полуобернулся. Даффи вскочил, одновременно опрокинув на венгра стол; пистолет ушел в сторону, и выпущенная свинцовая пуля расщепила пол между сапогами Даффи. С задней аллеи доносились крики и лязг мечей, туман порохового дыма выползал из кухни, и вся толпа перепившихся посетителей единой орущей волной хлынула к входной двери. Толстая дама, что есть силы протискивавшаяся вперед, сшибла Даффи с ног, и он потерял Заполи из вида.
— Блуто! — завопил Даффи. — Аврелиан, кто-нибудь! Хватайте «испанца», это Заполи!
Призыв не был услышан, и к тому времени, как пинками и проклятиями он проложил себе путь через толпу, венгра уже нигде не было. Выругавшись сквозь зубы, ирландец нырнул в затянутую дымом кухню. Снаружи зарево от полыхающей посреди двора повозки с сеном, оси которой подломились, ярко освещало конюшни. В ограде зияла громадная дыра, через которую виднелись языки пламени над грудой развалин, еще утром бывших кожевенной лавкой. Викинги Буге крепко сжимали обнаженные мечи и всматривались в тени. Через мгновение ирландец заметил на мостовой три распростертых тела.
— Аврелиан! — позвал он. — Блуто! Проклятие, его еще можно схватить!
— Кого? — спросил Аврелиан, который последовал за Даффи через кухню и стоял теперь рядом, заломив руки.
— Заполи! Он был здесь. Садись на лошадь и скачи к северным воротам. Я — к Коринфским. Пусть ворота закроют и никого не выпускают. — По ходу дела Даффи поймал испуганно косящуюся лошадь и, не седлая, вскочил на нее. — Пошла! — Не тратя времени на то, чтобы убедиться, повиновался ли ему дрожащий старик, Даффи галопом помчался с озаренного багровым светом двора.
Блуто отковырнул новый кусочек с ободка свечи и задумчиво проследил, как стекает струйка горячего воска.
— Анна! — позвал он. — Еще кружку темного.
— Десять уже пробило, не забыл?
— Не забыл. — Горбун оглядел трапезную. Многие гуляки вернулись, но тепло из помещения выветрилось, и прохладный воздух отдавал пороховой гарью. Теперь пиво поглощала куда более смирная компания.
В этот самый момент через кухню ввалился Даффи, а дверь с улицы отворил Аврелиан. Оба выглядели сильно уставшими и раздосадованными. Не глядя друг на друга, они подсели за стол Блуто.
— Анна, еще кувшин и две кружки, — попросил горбун.
Даффи и Аврелиан согласно кивнули. Немного переведя дух, старик спросил:
— Так он выскользнул через Коринфские ворота? Северные я закрыл и поставил тройную стражу.
Даффи кивнул.
— Выскользнул. За три минуты до моего появления. С полмили на юг я преследовал его, но даже при луне потерял след.
— Уверен, что это был он? — спросил Аврелиан, вздохнув.
— Да. Я ведь знавал его, помнишь? Он явился переманить меня к туркам и взорвать это строение. Кстати, Блуто, пропавшая мортира наверняка брошена в костер на заднем дворе.
— Так и есть, — подтвердил горбун. — Ее видно сквозь пламя.
— Не пойму только, — продолжил Даффи, осушив кружку свежего пива, — зачем ее нацелили не в ту сторону? Думали взять на испуг? Тогда зачем вообще переть сюда пушку?
— На испуг брать никто не собирался, — сообщил Блуто. — Когда твои скандинавы увидели, как четверо вкатили во двор повозку, они потребовали — на языке своих предков, дополненном жестами, — чтобы те убирались. Люди Заполи предложили им заткнуться, тогда викинги развернули повозку сами, собираясь выкатить ее на улицу. Завязалась потасовка, а у тех ребят, очевидно, был горшочек с огнем или зажженный фитиль. Один замертво упал в сено, и через минуту повозка была в огне. Еще через минуту грохнула мортира, так что разнесла забор и два дома на соседней улице. Тут викинги смекнули, что к чему, и на месте добили мечами оставшуюся троицу.
Даффи мрачно усмехнулся:
— Я-то думал, они так и не отработают содержания.
— Говоришь, он пытался переманить тебя? — подался вперед Аврелиан. — И чем же?
— Смешно сказать. Он говорил то же, что я часто слышу от тебя. Всякую ерунду о странных вещах, которые выше нашего понимания, возможных на самом деле. — Даффи наполнил опустевшую кружку. — Он сказал, что стоит мне перейти на их сторону, и Ибрагим сделает меня султаном — надо понимать, просто согнав старого Сулеймана пинком под зад. — Он покачал головой и сочувственно вздохнул: — Бедняга Ян! Я помню его еще в здравом уме.
Аврелиан глубоко задумался.
— Да, — произнес он наконец, — теперь понятно, что было на уме у Ибрагима. И вправду сильный ход! Задание Заполи было либо перекупить тебя, либо, если не удастся, убить. И так или иначе взорвать трактир.
— Ибрагим мог бы поискать лучшего посланца, — заметил Даффи. — Ян так ни разу и не завел речь о деньгах.
Аврелиан изумленно вытаращился.
— Деньги! Он предлагал тебе третье по могуществу положение в Восточной империи! — Он покачал головой — Проклятие! Уж и не знаю — может, лучше, что ты смотришь на вещи так приземленно. Возможно, в этом твоя сила.
— Так Ибрагим прочит Даффи в султаны? — хмыкнул Блуто. — Я-то думал, все султаны — трезвенники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
