потом выдал:
– Послушайте, а ведь это неплохая мысль! Приставить нож к горлу вождя и заставить его выполнить наши требования. Сдается мне, что это единственно верный способ. Похоже, что и гринхорны иногда на что-то годятся.
Хокенс хотел еще что-то сказать. Но тут появился Банкрофт и приказал мне браться за работу. По правде говоря, инженер был прав: чтобы закончить все до появления апачей во главе с Инчу-Чуной и Виннету, надо было спешить.
До самого полудня работа у нас кипела, но потом ко мне подошел Сэм и сказал:
– Вынужден побеспокоить вас, сэр, хочу предупредить о том, что кайова суетятся вокруг пленников.
– Выражайтесь яснее, Сэм! Что они хотят с ними сделать?
– Думаю, что они привяжут апачей к столбам пыток, а потом отправят к праотцам.
– Когда они займутся этим?
– Весьма скоро. Иначе я не явился бы к вам сюда. Самое большее – через несколько часов.
– Этого ни в коем случае нельзя допустить, Сэм! Где сейчас вождь кайова?
– Среди своих.
– Нужно во что бы то ни стало отвлечь его! Старина Сэм, займитесь этим!
– Хм, каким образом?
Бросив испытующий взгляд по сторонам, я заметил, что кайова расположились не там, где они вчера стояли лагерем, а на опушке росшего среди прерии лесочка. С ними был Рэтлер и его люди. Паркер и Стоун сидели рядом со мной на траве. Невысокий кустарник полностью скрывал нас от индейцев, что было нам на руку.
– Скажите ему, – обратился я к Сэму, – что мне нужно поговорить с ним, но я не могу оторваться от работы. Уверен, что он придет.
– Поживем – увидим! А что станем делать, если он возьмет с собой воинов?
– Предоставлю их вам, Стоуну и Паркеру. С вождем я справлюсь сам. Приготовьте ремни, чтобы можно было сразу связать всех кайова. Мы должны действовать быстро, но спокойно и по возможности бесшумно.
– Так-так! Хорош ваш план или нет – этого я не знаю. Однако мне в голову не лезет ничего другого! Дело у нас рисковое, но прощаться с жизнью пока рано, так что, надеюсь, обойдемся парой синяков под глазом!
Посмеиваясь в своей известной манере, Сэм удалился. Двое других его и моих коллег разговора нашего не слышали. Я не собирался посвящать их в его детали, будучи уверенным, что они наверняка не поддержат мою идею. Ясное дело, что их собственные жизни им гораздо дороже, нежели жизни каких-то апачей.
Имел ли я право заочно втягивать их в это опасное дело? Конечно нет. Достаточно было моего риска. Я решил спросить у них напрямую, выходят ли они из игры, на что Стоун буквально набросился на меня:
– Что это вам в голову взбрело, сэр? Принимаете нас за мерзавцев, способных оставить друга в беде? Да еще в таком дельце для настоящих вестменов! С превеликим удовольствием возьмемся за него! Что скажешь, Уилл?
– То же, что и ты, – кивнул Паркер. – Неужели мы вчетвером не угомоним пару сотен индсменов? Заранее предвкушаю удовольствие полюбоваться, как они с дикими воплями бросятся на нас!
После этого я снова принялся за работу и оторвался от нее, только когда услышал возглас Стоуна:
– Приготовьтесь, сэр! Идут.
Обернувшись, я увидел приближающихся к нам Тангуа и Сэма. К сожалению, за ними следовало еще трое краснокожих.
– По одному краснокожему на каждого, – тихо заметил я. – Вождя я беру на себя. Вцепляйтесь им в глотки, чтобы они не могли кричать. Только ждите моего сигнала!
Я медленно вышел навстречу Тангуа. Стоун и Паркер последовали за мной. Мы остановились в том месте, где остальные кайова не могли нас видеть за кустами. Вождь был весьма недоволен. Крайне недружелюбно он заявил:
– Бледнолицый, которого называют Олд Шеттерхэндом, позвал меня сюда. Разве он забыл, что я – глава всех кайова?
– Нет, я прекрасно это знаю, – ответил я спокойно.
– Тогда ты должен был сам явиться ко мне, а не звать меня сюда! Но мне известно, что ты недавно попал в нашу страну и еще не знаешь ее законов, поэтому я прощаю твою ошибку. Что ты хотел сказать мне? Говори, но только быстро – у меня нет времени долго слушать тебя!
– Куда ты так торопишься?
– Мы должны заставить взвыть этих собак-апачей!
– Когда?
– Прямо сейчас.
– Почему так скоро? Я думал, вы отведете пленных в свои селения и там поставите к столбам пыток в присутствии своих жен и детей.
– Да, мы сначала тоже так хотели, но тогда апачи станут для нас лишней обузой в походе. Мы решили сегодня же прикончить их всех!
– Я прошу тебя не делать этого.
– Не твое дело просить! – отрезал Тангуа.
– Может, будешь говорить повежливее – так же, как я разговариваю с тобой? Я ведь только выразил свою просьбу. Я не приказывал тебе!
– Я не собираюсь выслушивать от тебя ни просьб, ни приказов и не изменю своего решения из-за какого-то бледнолицего.
– Ну, это мы еще посмотрим! Разве вы имеете право убивать пленных? Впрочем, мне не нужен твой ответ: я заранее знаю его и не хочу спорить. Но не забывай, что одно дело – убивать человека сразу и безболезненно, как это бывает в сражениях, другое – долго мучить и истязать его перед смертью. Мы против такого варварства в нашем присутствии!
В ответ на это Тангуа гордо выпрямился и презрительно выдавил из себя:
– Против? Да кто ты такой? Ты – жаба против медведя Скалистых гор! Пленники – моя собственность, и я поступлю с ними, как мне захочется.
– Ошибаешься. Они попали в ваши руки благодаря нашей помощи. У нас на них не меньшее право, чем у вас. Мы желаем сохранить их жизни!
– Желай себе что угодно, белый пес. Твои слова просто смешны!
Сказав это, Тангуа плюнул в мою сторону и собрался было удалиться, но мой кулак настиг его. Вождь кайова тут же свалился в траву. Однако череп его оказался весьма крепким – сознания он не потерял и даже попытался снова подняться на ноги. Чтобы помешать этому, я вынужден был наклониться и нанести ему второй удар. При этом я на несколько секунд потерял из виду своих товарищей. Оглянувшись, я увидел, как Сэм уже сидел верхом на одном из сопровождавших Тангуа краснокожих и вцепился ему в горло. Стоун и Паркер тем временем одолевали второго краснокожего, но третьему удалось сбежать. Убегая прочь, он завопил во всю глотку.
Я поспешил на помощь Сэму, и через несколько минут оба кайова были крепко связаны.
– Третий все же удрал, – с укоризной заметил я Сэму и его спутникам.
– Я схватился за его приятеля, а его, оказывается, Стоун тоже наметил, – оправдывался Паркер. – Заминка в две секунды, а результат плачевный. Мы прозевали этого негодяя.
– Ладно, не беда! – успокоил нас Сэм Хокенс. – Теперь просто вся музыка начнется чуть раньше, если не ошибаюсь. Не стоит ломать себе
