«вылетевшие навстречу наши летчики принудили их удалиться и выбросить бомбы в море»[941]. Одновременно на Юго-Западном фронте состоялось три воздушных боя русских летчиков с неприятельскими аэропланами[942].
В последующие дни германская морская авиация продолжала проводить разведку у м. Церель и у г. Гайнаш, одновременно сбросив 15 бомб[943].
3 октября воздушная эскадрилья противника совершила налет на д. Красное (юго-восточнее Гржималова), сбросив 80 бомб. В результате было убито три и ранено четыре нижних чина, погибло также несколько лошадей[944].
Утром следующего дня неприятельские аэропланы произвели налеты на г. Галац (Румыния). В ходе воздушных бомбардировок имелись человеческие жертвы среди военнослужащих и гражданских лиц[945]. Также нападению с воздуха подвергся г. Рени (на р. Дунай)[946] и поселок у ст. Ратемка (Либаво-Роменская железная дорога)[947]. В тот же день группа наших разведчиков (20 человек) совершила рейд в ближний тыл противника и захватила в плен начальника германской черноморской авиации капитан-лейтенанта графа Мейера. При этом разведывательная группа подверглась атаке со стороны пяти неприятельских гидроаэропланов (смертельное ранение получил граф Мейер и позднее похоронен с воинскими почестями)[948].
Противник силами воздушной эскадрильи (20 аппаратов) подверг бомбардировке позиции русских войск вблизи д. Красне (южнее г. Тарнополь), сбросив на них до 80 бомб[949]. С целью исключить такие налеты были созданы воздушные завесы. На Тарнопольском направлении наш истребитель «заметил два неприятельских самолета, которые при приближении нашего летчика стали поспешно удаляться. Русский летчик бросился в погоню за неприятельскими аппаратами и, нагнав одного германского летчика, атаковал его. После короткого боя неприятельский аппарат с большим снижением принужден был опуститься вблизи Тарнополя»[950].
5 октября 1917 г. в районе Лешневка-Боровка наша батарея подвергла интенсивному обстрелу вражеский самолет, который после разрыва «у его хвоста круто повернул обратно и с выключенным мотором пошел на снижение в свое расположение»[951].
На следующий день было отмечено появление неприятельского аэроплана в глубоком тылу русских войск. Германский летательный аппарат провел воздушную разведку м. Лахва (Мозырский уезд).
7 октября летчики авиационного отряда Черного моря в придунайском районе сбили немецкий самолет, совершивший вынужденную посадку в расположении русских частей. Неприятельский аппарат и его экипаж взяты в плен[952]. В свою очередь авиация противника подвергла бомбардировке м. Ляцкорунь и д. Фридоровце (в 30 км севернее г. Каменец-Подольск), сбросив на них 10 бомб[953].
8 октября[954] на Рижском направлении, в районе мызы Хинценберга (Рижское направление), командир 14-го авиаотряда истребителей военный летчик штабс-капитан Н.И. Белоусович в воздушном бою сбил германский самолет[955]. На Бучачском направлении (Румынский фронт) французские летчики Лакман и Кудурье записали на свой счет уничтоженный ими вражеский аэроплан, сгоревший при падении[956].
В районе Рижского залива немецкая морская авиация (14 аппаратов) совершила налет на м. Церель, «причем некоторые из них снизились над водою и безрезультатно выпустили мины „Уайтхеда“ по [морскому] транспорту». На следующий день воздушный налет повторился. Утром восемь неприятельских гидросамолетов попытались подвергнуть бомбардировке Церельскую батарею и д. Мендо (8 км северо-восточнее Цереля)[957]. Объектом нападения также стал г. Гай-наш, на который был совершен групповой воздушный налет противника (7 самолетов). На город сброшено 15 бомб, при их разрыве было убито два человека, один ранен[958]. В полосе Западного фронта бомбардировке с воздуха подвергся строительный отряд земского союза при Мальковичах (Гродненская губ.)[959] и м. Раков (Минская губ.)[960].
На Кавказском фронте, где воздушные бои были большой редкостью, особенно отличился командир 2-го Кавказского авиаотряда штабс-капитан М.С. Мачавариани. 8 октября в районе г. Эрзинджан (Турция), занятого русскими войсками, в результате перехвата в воздухе пулеметным огнем он подбил турецкий «Альбатрос» (7-я авиационная рота). Экипаж самолета (летчик младший лейтенант Веджихи и летчик-наблюдатель лейтенант Бахаттин) попал в плен[961]. В тот же день летчик 7-го авиаотряда истребителей прапорщик В.И. Янченко одержал свою 15-ю победу, сбив очередной самолет противника, упавший в неприятельском расположении, в районе м. Збриж (15 км южнее Гусятина)[962].
В Рижском заливе продолжались воздушные налеты противника. 10 октября девять германских гидросамолетов сбросили 23 бомбы в район м. Церель и в русские суда, причинив незначительные повреждения одному из грузовых пароходов. «Наши летчики энергичным налетом разогнали неприятельские самолеты, заставив двух из них снизиться в воду»[963].
11 октября в районе с. Гусятина (Тарнопольская губ.) неприятель произвел усиленную воздушную разведку, в которой было задействовано более 30 самолетов[964].
В районе железной дороги Ковель – Сарны нашей зенитной батареей сбит неприятельский самолет. Летчик-солдат разбился, а офицер-наблюдатель взят в плен. Одновременно вблизи Мариановки (в 25 км южнее Гусятина) в воздухе загорелся и упал вражеский летательный аппарат. Его экипаж погиб[965].
Пользуясь штилевой и ясной погодой, противник произвел значительное количество вылетов на воздушную разведку, преимущественно в районе Моонзундских островов. На Северном фронте летчик штабс-капитан Н.В. Коссовский сбил одноместный неприятельский самолет, упавший в районе юго-западнее мызы Кроненберга[966].
14 октября в полосе Юго-Западного фронта военные летчики 7-го авиаотряда истребителей штабс-ротмистр Т.-В.А. Гроховальский и прапорщик В.И. Янченко атаковали четыре неприятельских аэроплана в районе Городка (на Гусятинском направлении) и сбили один из них – германский разведчик «Альбатрос» C. III, упавший в нашем тылу[967]. Остальные три самолета противника уклонились от дальнейшего боя и ушли в свое расположение[968].
В этот же день на Румынском фронте военный летчик 9-го авиаотряда истребителей прапорщик Г.Э. Сук в воздушном бою сбил германский летательный аппарат истребительного типа, упавший юго-восточнее Радауца. В обоих случаях экипажи вражеских самолетов погибли[969].
Одной из последних операций в ходе кампании 1917 г. стала Моонзундская оборонительная операция (12–20 октября). С целью захвата Моонзундского архипелага в Балтийском море противник сосредоточил крупные морские и сухопутные силы с привлечением шести военных дирижаблей и 94 самолетов различных типов (из них 75 боеспособных). Им противостояла малочисленная русская зенитная артиллерия Моонзундских островов (12 батарей – 27 орудий)[970], шесть воздушных станций и авиационный пост Балтийского моря (более 40 самолетов и гидропланов, большинство в неисправном состоянии)[971].
Их дополняли огневые средства гарнизона островов (107-й и 118-й пехотных дивизий): 140 пулеметов и 60 легких позиционных орудий[972].
Десантной операции германского командования под кодовым названием «Альбион» предшествовали активные действия воздушных сил противника. Наши морские летчики стремились свести к минимуму степень их воздействия на военные объекты Моонзундских позиций. Тем не менее, имея значительный перевес в воздушных средствах, немецкая авиация совершала периодические налеты на объекты Моонзундского архипелага и суда Балтийского флота.
В ходе проведения противником десантной операции по захвату стратегически важных островов в Рижском заливе ему пришлось столкнуться с активным сопротивлением их защитников. 12
