До сих пор Бирбал сидел и смотрел, будто он тут вовсе ни при чем. Теперь пришло его время. Он поднялся с места и сказал:
– Владыка мира! Думается, вы помните тот день, когда вы говорили, что создания природы лучше и ценнее, чем творения рук человеческих. Я же обещал вам доказать, что мастерство человека превыше природы. Сегодня сбылись мои слова. За плоды и цветы, что сделали мастера-умельцы, вы заплатили тысячу рупий, а за настоящие – только двадцать пять и тем осчастливили садовника. Теперь сами решайте наш спор.
Падишаху деваться было некуда. Пришлось ему, а вслед за ним и придворным признать, что Бирбал прав.
Падишах прогоняет Бирбала
Шел однажды большой дарбар. Вдруг из гарема прибежал слуга и стал звать падишаха к старшей бегуме. Падишах собрался встать и пойти, как за ним прибежал еще один слуга. «Посыльный за посыльным, уж не случилось ли там чего», – встревожился падишах. Он торопливо встал, сделал шаг, одной ногой наступил на конец своего шарфа, а другой ногой зацепился за шарф и упал. Придворные стали кричать: «Простите, извините!» – и тем успокоили падишаха. Бирбал тоже крикнул: «Простите, извините!», но с трудом скрыл усмешку. Приметил падишах его тайную ухмылку, разъярился и приказал:
– Бирбал! Сейчас же убирайся прочь! Чтобы ноги твоей больше на моей земле не было! Только посмей показаться – велю схватить и голову отрубить. Берегись!
Услыхав гневный приказ, Бирбал сделал салам и тотчас кинулся прочь.
Недруги Бирбала в душе обрадовались, но остальные, особенно придворные-индусы, загоревали, затосковали.
Правду говорят, что гнев – корень греха.
Прошло две недели, как падишах не видел Бирбала, и гнев его мало-помалу развеялся. А тем временем без Бирбала дела в дарбаре совсем разладились. Поневоле начал тогда падишах подумывать, как бы ему Бирбала ко двору воротить.
Сидел падишах однажды в гареме у окна и глядел на дорогу, что шла позади дворца. Вдруг на дороге показалась повозка, а в ней Бирбал.
Падишах несказанно обрадовался, но виду не показал. Послал солдата задержать Бирбала. Прямо из окна закричал на него сердито:
– Бирбал! Ты почему это разъезжаешь по нашему царству? Ну-ка, отвечай!
– Владыка мира! С того дня, как вы запретили мне ступать ногой на вашу землю, я насыпал в повозку песку из китайского царства. На нем стоят мои ноги, так я и езжу. Вот вы и соблаговолите подумать, ослушался ли я вашего приказа?
Падишаху пришлись по душе слова Бирбала – в них были учтивость и послушание. Он тотчас простил своему главному советнику его вину. На другой день Бирбал снова занял свое место при дворе.
Сколько звезд на небе?
Как-то раз задал падишах Бирбалу чудной вопрос. Он думал, что тот не сумеет дать ответ. «Вот когда я его запутаю и осрамлю», – загодя радовался падишах. Как только Бирбал вошел в дарбар, он спросил:
– Бирбал! Сколько звезд на небе?
– Владыка мира! Дозвольте мне завтра дать ответ, – попросил Бирбал и надолго умолк.
Воротившись домой, Бирбал взял толстую иглу и стал густо накалывать бумагу. Наколол тьму дырочек, так что сосчитать их никак нельзя, а если кто и попробует, то непременно собьется и запутается.
Назавтра Бирбал долго не приходил в дарбар.
Падишах все ждал, даже заскучал, ему не давал покоя вчерашний разговор.
Вошел Бирбал в зал и сразу же подал свою бумагу падишаху.
– Владыка мира! Сколько здесь дырочек, столько и звезд на небе. Соблаговолите сами сосчитать.
Все в один голос принялись хвалить Бирбала за мудрость, а падишах остался ни с чем.
Список дураков
Пришел однажды на дарбар к падишаху арабский купец. Он привез в Дели лошадей на продажу и надеялся, что сам государь купит дорогой товар [107]. И вправду, кони приглянулись падишаху, и он купил всех сразу, да еще дал купцу тысячу рупий задатка, чтобы он привез еще таких же коней. Велика была нужда в лошадях у Акбара! Забыл он только спросить, где живет купец: в какой стране, в каком городе.
Через некоторое время взяло падишаха сомнение: «Неужто в Дели все дураки? То и дело приходится видеть ихние глупости. Надобно узнать об этом доподлинно».
– Бирбал! Приготовь мне список дураков в нашем городе. Сроку даю – четыре дня.
Что же было дальше? Бирбал принялся писать список. Первым записал падишаха Акбара. В положенный срок список пришел в дарбар. Стал падишах его читать и в самом начале увидел свое имя. Акбар пришел в ярость и спросил у Бирбала, что это значит.
– Владыка мира! Если простите за дерзость, то я скажу, – смиренно ответил Бирбал.
Падишах обещал простить.
– Покровитель бедных! Давать деньги купцу, не узнавши, кто он, где живет, – что это, как не глупость?
– А если купец привезет лошадей, тогда что ты делать будешь? – спросил падишах.
– Вместо вас поставлю в список его.
Падишах понял свою ошибку и устыдился.
Без лодки потонем
Вышли как-то раз падишах с Бирбалом погулять. Ходили они, ходили и попали в деревню. Встретился им крестьянин. Падишах заговорил с ним, спросил, как его зовут.
– Почтенный господин! Люди зовут меня Ганг.
– А как звали твоего отца?
– Ямуна.
Теперь стал спрашивать Бирбал:
– А как зовут твою матушку? Как зовут брата?
– Матушку зовут Сарасвати, а брата – Нармада [108].
Бирбал расхохотался:
– Постой, постой, добрый человек! Надо достать лодку, не то мы все потонем.
Свое дитя всех краше
Однажды падишах и Бирбал вели наедине беседу. Зашла речь о красоте природы и ее дивах. Падишах стал славить чудеса природы и красоту человеческого тела. Бирбалу наскучило слушать длинные славословия, и он перебил падишаха:
– Владыка мира! Кто будет хаять природу и ее творения? Но все же кое-что сказать придется. Великую красоту дала человеку природа, но телу его она такой красоты не дала, оно бывает нескладно. И все же случается иной раз, что некрасив, нескладен ребенок, а родителям – странное дело! – он кажется красивее всех на свете.
– Бирбал! Чепуху ты говоришь! Станет ли кривой говорить, что он хорошо видит? Кто наберется смелости называть красавцем своего сына, если он урод?
– Что же, если вы сомневаетесь, я как-нибудь докажу вам это на деле, потерпите немного.
После этих слов разговор перешел на другое.
Прошло время, спор как будто забылся. Но как-то раз во зремя дарбара падишах вдруг вспомнил про этот разговор и потребовал, чтобы Бирбал доказал свои слова. Тот, не вставая с места, велел позвать стражника по имени Сиддик. Стражник пришел.
– Сиддик! – сказал Бирбал. – Его величеству падишаху надобен слуга. Ступай сыщи подходящего парня, чтоб красивый был и молодой, главное – красивый, краше всех на земле. Весь свет обойди, а найди такого, да гляди, в его красе не должно быть изъянов. Выбирай красавца по своему разумению.
Обошел и объехал Сиддик чуть не весь свет – и свои и чужие края – да ни с чем домой воротился. Не нашел подходящего парня. Видит жена, что муж смурной да скучный, и спрашивает:
– О чем ты тужишь? Открой мне эту тайну.
Не утерпел Сиддик, поделился горем с женой.
– Меня посылали искать для падишаха слугу, непременно очень красивого и молодого. А я нигде подходящего парня не нашел. Завтра последний день моего сроку, а какой ответ я дам падишаху?
– Только в этом причина твоей печали или есть что другое? – спросила жена.
– Тебе что, мало?! Да на этом деле можно жизни решиться, какого тут еще горя искать?
– Ну, коли у тебя только эта забота, то незачем было и за порог выходить. Веди нашего сына во дворец, верю я, он непременно падишаху понравится.
Обрадовался Сиддик словам жены.
– И то правда! Верно говоришь. Как это ты хорошо придумала! Наш парень, конечно, падишаху понравится. А я-то совсем про него позабыл. Покличь его скорее!
Сыну Сиддика было восемнадцать лет. Он неподалеку на улице стоял с дружками. Мать разыскала сыночка, ласково позвала и привела домой. Был он весь в пыли и грязи, и не понять, что чернее: кожа или грязь на ней.
Сын показался Сиддику очень красивым. Он подумал: «Мой сын станет слугой у самого падишаха!» Сердце отца зохолонуло от радости. «Что за нужда переодевать да украшать парнишку, – подумал он, – и так ведь хорош». И повел его во дворец. Сделал салам, как велит обычай, потом подтолкнул сынка вперед и заговорил смиренно и просительно:
– Владыка мира! По вашему приказу я объехал всю нашу страну и чужедальние земли, но не нашел парня, какого вы хотели. Ни с чем домой воротился. И вот жена показала мне, до чего же я глуп – забыл про нашего сына. Она сказала: «Нет никого краше нашего сына». Слова ее истинны, и я привел его к вам. Он-то уж наверняка вам подойдет.
Падишах и все придворные расхохотались. Падишаху вспомнились давешние слова Бирбала. Акбар наградил распрекрасного юнца и с миром отпустил.
Узы любви
Как-то раз падишах спросил у Бирбала:
