После этого на «Око-500» высадилась штурмовая группа старшины Архипова. Бойцы Службы безопасности корпорации «Кольцо», сопровождаемые злобными взглядами персонала станции, «демонтировали» большую часть следящей аппаратуры, попросту расстреляв ее из импульсаторов. Блоки секретной системы «Отзыв», позволяющей определять типы и классы кораблей, безопасники забрали с собой и вернулись на борт «Справедливого».
— А теперь, когда мы погасили это недреманное око, идем на Уран, — распорядился Матвей. — Посмотрим, что там творится у нас в Оазисе…
Перелет занял больше времени, чем рассчитывал Гумилев — «Справедливому» понадобилось пополнить запас вещества, используемого для аннигиляции, то есть попросту раздробить и принять в специальные отсеки небольшой астероид Е-класса Штейнс, почти целиком состоящий из тугоплавкого минерала энстатита. Экипажу фотонного крейсера пришлось повозиться с треугольным «камешком» размером пять на шесть километров, но иного выхода не было.
— Варварство, конечно, — развел руками Матвей, когда разделка астероида была завершена, — но по-другому нельзя. Война, господа, война…
Оазис преподнес им сюрприз. На базе «Армии пробуждения» оказалось полным-полно народа. Тут собралось почти шесть сотен пилотов, техников, десантников, инженеров, горняков из числа бывших звездных борцов. Это были так называемые «непримиримые» — те, кто после самопровозглашения Прусаковым себя канцлером Солнечной системы отказался служить ему, усмотрев в действиях бывшего товарища Беты измену.
Когда Матвей и Квалья спустились на понтон «Центральный» и, оставив авиетку на попечение автоматического комплекса космодрома, прошествовали по аллее Павших Героев к цилиндру Дискуссионного клуба, они не встретили по дороге ни единого человека.
А вот в самом клубе было жарко. Здесь собрались все «непримиримые». Решался самый важный, самый животрепещущий вопрос — что делать дальше? Главный техник Оазиса Рихард Гончаров и пилот Дубов отчаянно спорили, доказывая каждый свое.
Дубов предлагал, по сути, вернуться к былой тактике звездных борцов — атаковать военные и гражданские корабли, копить силы с тем, чтобы однажды нанести удар по деспотии Прусакова. Рыжебородый Гончаров, получивший полномочия коменданта Оазиса от Сони ван Астен, настаивал, что бросать базу, где были сосредоточены верфи и фабрики, нельзя, нужно держать оборону здесь.
— Да на Уране нас раскатают на атомы! — выкрикивал маленький Дубов, размахивая скрюченной рукой. — Вы что, забыли — у Прусакова весь Космофлот да еще большинство наших крейсеров в придачу! Мы не выстоим. Надо уходить. Спрячемся на Троянцах Юпитера, не впервой.
— Успокойтесь, друзья! — остановил спор начальник верфи инженер Раевский. — Вот сейчас сюда явится товарищ Альфа и нас рассудит.
— Он уже явился! — громко крикнул Матвей из-за спин собравшихся и принялся следом за великаном Квальей протискиваться к трибуне.
Звездные борцы встретили появление своего пропавшего вождя громом аплодисментов. Матвей легко взбежал на трибуну, пожал руки Гончарову, Раевскому, Дубову и повернулся к залу.
— Товарищи! Друзья! Начнем с того, что я больше не товарищ Альфа. Того Максима Верховцева, которого вы знали, больше нет. Меня зовут Матвей Гумилев, и это такой же факт, как и то, что я и корпорация «Кольцо», принадлежащая моему отцу, находимся в состоянии войны с канцлером Прусаковым.
Наступила напряженная тишина. Сжав льва, Матвей оглядел бывших соратников и твердо отчеканил:
— У нас очень мало времени. Каждый, кто хочет сражаться против узурпатора Прусакова — добро пожаловать на борт «Справедливого». Оазис, к сожалению, нам не отстоять. Ждем на орбите до четырнадцати ноль-ноль по среднесолнечному. Это все.
И покинув трибуну, он в сопровождении молчаливого Квальи проследовал сквозь расступившихся звездных борцов к выходу.
Вернувшись на фотонный крейсер, Матвей принялся мерить шагами Центральный отсек. Вскоре исин «Справедливого» сообщил, что с космодрома Оазиса начали стартовать авиетки и катера. Они доставляли на борт тех, кто решил последовать за Гумилевым. К радости Матвея, таковых оказалось подавляющее большинство.
Ровно в два часа после полудня последний катер доставил на «Справедливый» Дубова и Гончарова.
— Ты прав, товарищ Альфа, — прогудел в бородищу главный техник. — Не отстоять нам Оазис. Но мы сюда еще вернемся!
— Обязательно вернемся, — пропустив «товарища Альфу» мимо ушей, заверил Рихарда Матвей. — Ну а пока наш путь лежит на Титан.
Соня ван Астен очнулась — или правильнее сказать «проснулась»? — от голода. Есть хотелось чрезвычайно. Последний раз она завтракала на борту «Зоркого» и, в общем-то, собиралась пообедать на станции «Покой», но появление старателей, а затем атака крейсеров и плен помешали ей исполнить задуманное.
Открыв глаза, девушка увидела белый потолок с большим красным крестом.
«Медотсек», — поняла она. Что ж, все правильно… и хорошо. После того, как ее накрыл выстрел парализатора, со стороны тех, кто захватил Соню, было очень гуманно дать организму возможность восстановиться.
Приподнявшись на локтях, девушка огляделась. Медотсек крейсера «Сапсан» оказался на удивление маленьким, даже крохотным. Здесь поместились всего два саркофага лечебно-диагностического комплекса «Эскулап», в одном из которых находилась Соня, и реанимационный блок.
Прислушавшись к своим ощущениям, девушка поняла, что у нее ничего не болит, голова ясная, руки-ноги слушаются. Если бы не голод, можно даже было сказать, что чувствовала она себя отлично.
Выбравшись из саркофага, Соня ладонями разгладила помятый серый комбинезон с нашивками «Армии пробуждения» и шагнула к двери. Но она не успела даже прикоснуться к сенсору замка, как дверь с еле слышным шипением отъехала в сторону и на пороге появилась какая-то девчонка в черном обтягивающем костюме. В руках она сжимала обычный полицейский лучемет «Удар».
Невольно сделав шаг назад, Соня посмотрела в глаза незнакомке и увидела там ненависть. Красивое лицо девочки… нет, пожалуй что девушки, взрослой, никак не младше Сони, искажала злобная гримаса.
— Здравствуйте, — на всякий случай улыбнулась ван Астен, гадая, кто перед ней и почему в таком состоянии.
— Очнулась… — прошипела девушка и отошла в сторону, освобождая проход. — Выходи!
Это было не предложение, а скорее приказ. Соня пожала плечами и подчинилась.
— Иди прямо! — скомандовала обладательница черного костюма и «Удара». — Не сюда, налево! Стой!
«Да это же вовсе не «Сапсан»!», — поняла Соня, проследовав по закругляющемуся коридору и остановившись возле двери безо всяких символов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
