Это была угроза провала.
Угроза сорвать сделку, ради которой они все здесь и затеяли. Политический провал был для них страшнее взрыва.
Никто не сделал ни шага вперед. Они висели в воздухе, в десятке метров от палубы, как разгневанные, но прикованные к месту цепями духи. Я держал руку на воображаемом рубильнике перегрузки, и они это знали. И пока они решали эту задачу, я покупал своим рассредоточившимся бойцам бесценные секунды.
Тишина повисла тяжелым, напряженным покрывалом. И тогда Нешала нарушила ее. Ее голос достиг моих ушей без помощи артефактов.
— Зачем? — спросила она. Всего одно слово, но в нем читалось холодное, неверующее любопытство. — Ради чего все это? Прорваться сюда, чтобы умереть в одиночку? Или ты действительно веришь, что сможешь нас уничтожить?
Я снова активировал татуировку-громкоговоритель. Мой голос покатился над городом.
— Чтобы спросить вас, Нешала, и всех, кто вас слушает! — начал я. — Ради чего вы продаете Перекресток? Ради чего предаете все, что он всегда значил? Свободу! Последнее пристанище для тех, кому не нашлось места в их упорядоченных мирах! Вы тайком ведете переговоры с «Оком Шести», чтобы превратить свой дом в очередной их филиал! В еще один опорный пункт для их амбиций, преступлений и грязи!
Я делал паузы, чтобы люди внизу слышали и понимали.
— Что будет, когда они придут? Ваши законы заменят их уставом. Свободу — их налогами и поборами. Капитанов — их надсмотрщиками! Перекресток перестанет быть убежищем! Он станет тюрьмой, где вы, — я указал на парящих капитанов, — будете всего лишь старшими надзирателями! Вы продаете не власть! Вы продаете души всех, кто считает этот город домом!
В этот момент один из капитанов, Дисгар, резко вскинул руку. В его ладони вспыхнул сгусток багровой энергии, который с шипением вырвался и помчался прямо в мою грудь. Это была атака уровня Хроники, сконцентрированная и смертельная.
Но я был готов. Я даже не сдвинулся с места. На моем животевспыхнула татуировка «Золотого Храма», и передо мной возник полупрозрачный, переливающийся барьер. Сгусток врезался в него с оглушительным хрустом, рассыпавшись на тысячи безобидных искр. Щит дрогнул, но выстоял.
— Я предупреждал, — сказал я спокойно, уже отключая громкоговоритель.
И бросил «Золотого Демона» в пике.
Корабль ухнул вниз с оглушительным ревом двигателей. Крыша Дома Совета стремительно неслась навстречу, увеличиваясь в размерах с немного пугающей даже меня скоростью.
И лишь в последний возможный момент, когда до столкновения оставались считанные метры, я выровнял корабль. Корпус с скрежетом замер, зависнув так низко, что казалось, будто он уже касается черепицы. От дюз двигателя на изумрудную крышу посыпались сколы и пыль.
— Это было последнее предупреждение. Всем, кто еще остался в радиусе десяти кварталов от Дома Совета, настоятельно рекомендую на всякий случай убраться подальше. Штрафное время истекло.
Я сделал короткий вдох. Мой голос, теперь официальный и неумолимый, как сам устав Коалиции, прокатился над замершим городом.
— Внимание всем жителям Перекрестка! Говорит капитан майор Мак Марион, действующий офицер Коалиции Яростных Миров! Силы Коалиции уже в пути и в ближайшее время начнут операцию по зачистке этой базы. Цель — полное уничтожение пиратского совета и его инфраструктуры.
Я сделал паузу, позволяя этим словам, как ударам молота, обрушиться на сознание тысяч людей внизу.
— Если вы не желаете отдавать свои жизни за пиратский совет, который уже предал вас, договорившись о продаже Перекрестка синдикату «Око Шести», у вас есть два варианта. Первый: немедленно погрузиться на любые исправные корабли и покинуть Руины. Если вы так поступите, обещаю, вас не будут останавливать. Второй: если у вас нет корабля или вы не можете улететь, в качестве акта капитуляции и демонстрации неучастия в конфликте, проследуйте в порт и оставайтесь там, сложив оружие. Вы будете взяты под охрану после завершения операции.
Я чувствовал, как волна паники, горячая и плотная, поднимается от улиц. Крики, суета, беготня — все это доносилось до меня смутным гулом.
— Все, кто не последует ни одному из этих указаний, — продолжил я, и мой голос стал стальным, — будут автоматически считаться комбатантами, союзниками пиратского совета и будут уничтожены наравне с ними. Вам даны четкие инструкции. Ваша жизнь…
Я не успел договорить. Нешала, которая все это время висела неподвижно, словно изваяние, взорвалась действием. Ее фигура помутнела, и она ринулась к палубе с такой скоростью, что мне едва хватило реакции уловить этот момент и увернуться.
— Довольно! — ее голос, усиленный ее собственной маной, взорвался мне почти что прямо в уши. — Если ты рушишь все наши планы, то и мне нечего больше терять! Дом Совета — всего лишь камень! Я сожгу его сама, но ты умрешь первым!
Не собираясь бороться с ней сейчас, я рванулся с капитанского мостика, оставив штурвал. Одновременно я послал последний импульс через «Хронику мачт, парусов и такеллажа» — не стабилизировать, а наоборот, полностью отключить гравитационные компенсаторы.
Через секунду я уже падал с борта, в сторону густо застроенного района.
Гравитация сделала свое дело. «Золотой Демон», внезапно ставший просто гигантской глыбой металла, беспомощно клюнул носом и начал свое недолгое падение. Он не рухнул, а скорее тяжело опустился на крышу Дома Совета с глухим, сокрушающим грохотом.
Звук был ужасающим — ломающиеся балки, крошащийся камень, скрежет рвущейся обшивки. Носовая часть корабля врезалась в каменную кладку, его корпус изогнулся, две из четырех мачт рухнули.
Возможно, было что-то еще, но я уже не смотрел. Пока Нешала и ее капитаны в панике отскакивали прочь, ожидая, что вот-вот сдетонируют перегруженные мана-накопители и сердце двигателя, я уже достиг земли.
Мои сапоги глухо ударили по булыжнику мостовой. Я не бежал, а почти скользил, используя каждую тень, каждый выступ, каждую группу перепуганных горожан как укрытие.
Вот он — ничем не примечательный канализационный люк в переулке между двумя обветшалыми тавернами. Я присел, пальцы нашли почти невидимую защелку.
Механизм щелкнул, и тяжелая чугунная крышка беззвучно отъехала в сторону, открывая черный провал. Я нырнул в него, как крыса в нору, и тут же потянул крышку на место.
А чудовищного взрыва, которого все ожидали, так и не последовало. Корабль просто лег мертвым грузом на здание, закупорив собой часть крыши и верхних этажей.
Темнота в секретном коридоре была абсолютной, благо, мне это уже не мешало. Пахло сыростью, плесенью и мочой. Я не стал тратить время на раздумья. Пока я несся по коридору, «Ольва» активировалась и я почувствовал, как кости лица
