class="p1">- Только после вас, - жестом джентльмена он взял её за ручку и как невесту повёл через операционный зал.
Девушка вертела головой удивлённо разглядывая всё вокруг. А после крепко-крепко прижалась к мощному плечу Карлсона, словно благодаря его за все эти дни, проведённые вместе. Словно и не было никакого побега, и вообще ничего плохого между ними, одно лишь счастье и веселье.
«Он заменил мне отца, которого я почти не помню», думала Юля крепко-крепко прижимаясь к мускулистой руке Карлсона.
Они вышли из душной лаборатории под яркий свет генераторов под ледовым сводом. Кругом целый цветы, порхали бабочки.
- Класс, - не могла сдержать свои эмоции она.
А Йоган по-отечески смотрел на неё, наслаждаясь последними минутами вместе.
Они подошли к автоматической двери лаборатории Хана и Карлсон учтивым жестом пропустил её вперёд:
- Только после вас, - проговорил он по-джентльменски. - Только после тебя, Юлечка, - добавил он по-своему.
Девушка сделала нерешительный шаг вперёд. Открылась автоматическая дверь и оттуда полетели конфетти и шарики.
- Сюрприз! – Закричали собравшиеся. Все они были в медицинских халатах. Один Карлсон ходил по гражданке. Она никого из них не узнавала, но все, как будто узнавали её.
- Вот и подошёл к концу проект Плутония, - улыбнулся Хаммер и расставил пошире руки.
- Спасибо вам, спасибо! – Она бросилась в его объятия, обнимала его и целовала, а Йоган Карлсон смотрел на это и пытался совладать со своей ревностью.
Наконец оторвав от себя Юльку, профессор громко произнес:
- Ну что же мы стоим, идём к столу, – там за его спиной был накрыт шикарный стол, в честь завершения проекта.
Глядя на это всё девушка и правда проголодалась.
Учёные стали вокруг стола. Юля сидела рядом с Хаммером, а Карлсону досталось место на противоположном его конце. Йоган заметно нервничал и всё поглядывал на наручные часы и на огромное окно во всю стену, за которыми сейчас было искусственное утро.
Первым поднял свой тост профессор Хаммер Хан. Когда разлили вино по бокалам он привстал и гордо произнёс:
- Я хочу выпить за этот прекрасный день. И за завершения проекта Плутония.
- Да! Да! - Все радостно кричали и аплодировали ему. Они все чокались и поднимали бокалы. Юля не решилась пить, лишь слегка пригубив кислое на вкус вино. Глядя на то какие у неё возникли сложности, Карлсон ей подмигнул:
- Плутонианский урожай энергетического купола, - гордо произнес он. – Мы сами его здесь выращиваем.
- Ладно, - улыбнулась Юля и сделала ещё полглоточка.
А все смотрели на неё такими глазами, как будто хотели прокричать: «Пей до дна! Пей до дна!» Но видимо в этом обществе не принято заставлять кого-то пить.
Следом за Хаммером поднялся Карлсон. В своей кожанке и бандане он скорее напоминал пирата, особенно на фоне учёных в белых халатах. И тост он проговорил точно такой же пиратский.
- Плутония – край света, - сказал он. – Но то что происходит в центре мира не может не радовать. Наша прелестная гостья с жаркой Альсары намного лучше нас знает, что сейчас там происходит. Для всех для нас, честных пиратов, рейдерская революция стала неким глотком надежды. То чего достигли пустынные жители Альсары – это высочайшее достижение нового человечества. Я говорю о революции, о самом светлом самом чистом и самом радостном событии в новейшей истории.
Уже услышав это Юля оставила бокал и скорчила недовольную мину. Но чисто из приличия продолжала слушать Йогана.
- Так давайте же поднимем свои бокалы и выпьем их до дна за революцию за Дориана Якова и за Альцарский халифат. Слава революции!
Он поднял свой бокал и залпом осушил его до дна. Самое удивительное, что за столом нашлись такие кто горячо поддерживал слова товарища.
- Да, да, правильно, - говорили они. – Революция, свобода!
Юля смотрела на это, как на какой-то фарс. Она хотела высказаться, но не решалась, хоть всем своим видом демонстрировала явное несогласие с говорившим.
- Я не буду за это пить, - недовольно фыркнула она, привлекая тем самым общее внимание. Все даже затихли, желая услышать, что же скажет та самая единственная за этим столом представительница Альсары.
И она сказала:
- Вы ничего не знаете об Альсаре, понятия не имеете о том, что там происходит. А между прочим происходящее там не имеет никакого отношения к свободе, равенству и братству. Я бы сравнила это с восстанием черни, тогда самые худшее представители человеческого рода всплывают наверх. Такие как ваш любимый Дориан Яков. Фу! – Презрительно отвернулась она.
Её слова не могли не вызвать реакцию и горячее обсуждение за столом.
- В смысле!? - Разводили руками одни.
- Как это? - Не понимали другие.
- Ты просто ещё не разобралась, - заключали третье.
- Это я-то не разобралась!? – Возмущённо вскинула брови Юля. – Я всю эту революцию начала, я сделала Дориана Якова тем, кем он, к сожалению, сейчас является. Это я во всём виновата.
- Ты ни в чём не виновата, - как-то странно улыбаясь, попытался её успокоить профессор Хан. Но Юля его не слушала. Она схватила свой бокал и гордо произнесла:
- За Александра Астрайдера, истинного правителя Альсары который, я надеюсь, наведёт порядок, - девушка залпом осушила свой бокал словно желая продемонстрировать свои убеждения.
В этот момент профессор Хаммер посмотрел на циферблат своих модных часов. А за окном мелькнула тёмная фигура. Это был высокий человек, одетый в чёрный плащ и респираторную маску. Его присутствие испугало девушку, ведь он направлялся к автоматической двери.
И тут она почувствовала неладное. Девушка посмотрела на бокал, потом на Карлсона и на Хаммера.
- Зачем вы это сделали? - Жалобно пропищала она. – Я же пообещала слушаться.
У девушки подкосились ноги, и она медленно осела на стул, запрокинув назад голову. В её глазах помутнело, и Юля отключилась.
- Как раз вовремя, - проговорил профессор Хан, ещё раз глянув на часы.
Карлсон подошёл к спящей Юле и посветил фонариком ей в глаз.
- Она отключилась, - радостно сказал он. И все кругом вернулись к празднику. И только Йоган Карлсон заботливо переложил свою принцессу на кушетку, чтоб ей было поудобнее.
Открылась автоматическая дверь и в комнате появился Цатус Фазген.
К нему подошёл профессор
