– Лорд Антрим! – окликнул его хор женских голосов.
Де Клер с досадой оглянулся на своих предполагаемых невест, сбившихся в стайку возле крыльца, неловко кивнул в знак приветствия и поспешил убраться. Его так допекли эти кокетки с их глупыми ужимками и настырные отцы и братья, готовые на что угодно, лишь бы сбыть с рук свой товар, что Реймонд всерьез подумывал о том, чтобы засадить эту компанию в темницу до тех пор, пока он не сделает выбор. Даже ночью у себя в спальне он не ведал покоя. Его по-прежнему донимали уколы, тычки и странный шепот, возобновлявшийся каждую ночь. Не важно, верит он в привидения или нет, пожалуй, стоит попросить священника окропить эту комнату святой водой.
За воротами во внешний двор де Клера ошеломили суета и шум. Яростно спорили строители; оруженосцы пытались отыскать себе свободный пятачок, чтобы поупражняться на мечах; солдаты, не занятые в дозорах, приводили в порядок амуницию.
Внезапно его внимание привлек звонкий детский хохот. Так и есть: это Шинид гонялась за щенком. Она носилась по всему двору, не разбирая дороги и не обращая внимания на то, что из-за нее паж, несший ведро воды, споткнулся и уронил свою ношу. Следом за ним каменщик постарался пройти мимо развеселой парочки, но не удержал корзину с рабочим раствором. Тем временем щенок кинулся под копыта боевому коню, на котором сидел тяжело вооруженный рыцарь, и у Реймонда от испуга замерло сердце.
Рыцарь не видел беспечную девочку и запросто мог ее затоптать! Реймонд кинулся наперерез, приказывая всаднику остановиться, но его голос был поглощен общим шумом, и де Клеру лишь в последний момент каким-то чудом удалось подхватить Шинид на руки.
На миг он замер, тяжело дыша и прижимая к груди свою драгоценную ношу. Вокруг уже собирались зеваки, хвалившие англичанина за ловкость и отвагу. Все в один голос утверждали, что только благодаря ему девчонка осталась жива.
– Милорд!
– Все хорошо, Шинид. Но больше не смей путаться под ногами!
– Я путалась?
– И еще как! – Он опустил малышку на землю и сурово нахмурился. Сегодня ему даже не пришлось стараться, чтобы напустить на себя грозный вид.
– Вчера ты устроила скачки на собаках и переполошила всю свору. Позавчера ты не давала прохода рыцарям, уговаривая их покатать тебя на лошадке, когда они собирались ехать в дозор. А сегодня я снова ловлю тебя на том, что ты крутишься возле поля для упражнений! Это ведь не в первый раз?
– Ага. – Шинид старательно избегала смотреть Реймонду в глаза.
– Ну и что полагается в таком случае сказать?
– Прошу прощения? – Она явно считала, что делает Реймонду большое одолжение.
– А как насчет «я больше не буду»? Или «я обещаю больше не лезть на поле для упражнений»?
– А на кухне скучно!
Реймонд уже успокоился, но понимал, что излишнее снисхождение не доведет девчонку до добра.
– Тогда кому-то придется за тобой присматривать.
– Тебе? – просияла Шинид.
Реймонд лишь покачал головой в ответ и огляделся, пробормотав себе под нос:
– Нахалка!
Первым ему на глаза попался Коннал, и де Клер подозвал паренька к себе.
– Теперь ты будешь присматривать за Шинид.
– Милорд? – Коннал не поверил своим ушам.
– Она не может оставаться сама по себе. Коллин слишком занята, а Изольда совсем старая и не в состоянии гоняться за ней целый день.
– Но у меня тоже есть обязанности! – Коннал поднял с земли ведра, полные овса для лошадей.
– Вот и выполняй их по-прежнему. А она пусть будет при тебе.
– Вы хотите, чтобы я стал нянькой?
– Я не младенец! – Шинид со всей силы пнула обидчика в лодыжку.
Коннал скривился от боли и поставил ведра, чтобы потереть ушибленное место.
– Шинид, леди не положено пинаться! – устало напомнил Реймонд. – Коннал, разве ты никогда не имел дела с детьми? Ведь у тебя есть сестры!
– Да, милорд, – выпрямился Коннал. – И я предпочел убраться из дому, лишь бы не стать нянькой у них!
– Обещаю тебе, что это ненадолго. Как только в замке появятся другие женщины, я освобожу тебя.
– А этих разве мало? – Коннал кивнул в сторону невест, топтавшихся возле крыльца.
Реймонд даже не посмотрел в ту сторону. Он не доверил бы заботу о Шинид ни одной из этих хихикающих кокеток, поглощенных одной-единственной целью: прогуляться с ним под венец.
– У меня есть свои причины, – строго произнес де Клер, ясно давая понять, что Коннал испытывает его терпение.
– Да, милорд, – поклонился тот.
Что же касалось Шинид, то она прямо-таки ела Коннала глазами. Реймонд украдкой ухмыльнулся.
– Ты – Коннал О'Рурк! – с торжеством заявила девчонка.
– Ну да. – Он посмотрел на нее, не скрывая опаски.
– Значит, ты – мой суженый! – выдала она, уверенно улыбаясь и откинув с лица растрепанные космы.
– А ты – несчастье всей моей жизни, – машинально буркнул Коннал… и вдруг опешил: – Прости, что ты сказала?
– Ты не проси у меня прощения, Коннал, – с чувством воскликнула Шинид. – Потому что я заранее прощаю тебе все-все!
– Ну да, конечно… – Он ошалело захлопал глазами. Реймонд молча следил за этой забавной сценой.
– Ну ладно, пошли, что ли. – У Коннала вырвался тяжелый вздох. – Чем больше у тебя будет дел, тем меньше времени останется на пакости!
Парочка удалилась, причем Шинид смешно подпрыгивала, пытаясь подстроиться под стремительные шаги своего нового воспитателя. Реймонд понимал, что Коннал на него обижен, но у него не было иного выхода. Все, на что хватало мозгов у топтавшихся во дворе папенькиных дочек, – это уронить на землю платок, когда предполагаемый жених проходит мимо. Реймонду уже надоело подавать им эти платки. Одна Изабель не скрывала своего отвращения и смотрела на англичанина как на пустое место. А Реймонд все еще не мог заставить себя выбрать кого-то из этой толпы. Стоило подумать о женщине – и перед его глазами возникала Фиона.
Но ведь она не могла похвастаться ни знатностью рода, ни влиянием среди воинственных кланов. Напротив, ее подвергли публичному наказанию и выгнали из родного дома. Но даже это не помогало Реймонду избавиться от наваждения. Он по-прежнему хотел Фиону и не сомневался в том, что и Фиона хочет его. Недовольно морщась, де Клер приказал привести к нему Дугана.
– Я к вашим услугам, милорд, – усердно поклонился молодой ирландец, готовый смотреть на кого угодно, только не на грозного хозяина. По крайней мере так показалось Реймонду, стоявшему спиной к воротам.
– Когда кончаются эти десять лет и один день… ну, ты помнишь, у Фионы?
Только теперь Дуган набрался храбрости посмотреть ему в лицо – или на что-то у него за спиной?
– По всему выходит, сегодня, милорд!
