— Вижу вы человек сострадательный и признательный. В наше время, для зажиточного общества — это редкие качества, — позавидовал и одновременно восхитился Бахорн. В ответ еле заметная улыбка блеснула из-под капюшона Глэйда.
— Как я понимаю, Сноуглэйд нужна пища, и поэтому вы хотели убедить моего отца заключить мир? — предположил принц.
Ролан подтвердил догадки собеседника, кивнув головой.
— Полагаю, отец сказал вам, что лучше захватить территорию врага, чем быть ему другом.
— К сожалению, это так, — огорчённо произнёс Глэйд.
— Если бы я был королём, то проблему можно было бы решить в два счёта, — сказал решительно Бахорн, затем отпив пива с досадой добавил, — но я, всего, лишь неудачник, которого презирает и унижает отец.
— Милорд, я правильно понял, вы настраиваете меня против короля? — спросил ошеломлённо Глэйд.
— Тише… вы правильно понимаете, поэтому-то я вас и пригласил сюда, мне нужны такие люди, как вы, генерал.
— Но вы подталкиваете меня на измену, — с омерзением протянул Ролан, — а разве предателю потом следует доверять?
— Тут вы с одной стороны правы, генерал, но посудите сами. Мало знакомый человек в высоком чине, который без ведома короля вторгся в чуждые владения, разве он не предатель?
Эти слова сильно задели собеседника, от чего тот будто бы лишился дара речи.
— Чего вы притихли? Я не считаю ваш поступок предательским, а вот мой отец, весьма надменный и подражающей деспотии Тронэров, может, — подвёл итог Бахорн. — Сегодня он сказал, что снимет с вас полномочия, завтра отберёт чин, а затем и вовсе раздавит ваше доброе имя в грязи и окрестит изменником. И до чего потом больно будет понимать, что за сострадание и самоотверженность вы омоете своей кровью топор палача.
— Милорд, — вдруг сердито произнёс Ролан, — вы, кажется, привели за собой хвост.
— Что!? — испуганно произнёс Бахорн, — где он?
— Вон видите, с трактирщиком беседует, неприметный такой, на обычного крестьянина похож, нет-нет, а в нашу сторону так и норовит посмотреть, я таких в Вудвельде немало повидал, — пояснил Глэйд.
— Понятно, — протянул с задумчивостью принц, нервно теребя усы, — если моя мать узнает, что я был здесь, меня ждут рекруты Вудвельда. Видите ли, генерал, я считаю себя оплошностью семьи, такое чувство, что я был рождён, чтобы меня пинали и унижали. Я хотел, чтобы отец гордился мной, а не питал презрение. Если бы брак с Тронэрами удался — у меня был бы шанс стать к нему ближе, но всё рухнуло.… Да дело и не только во власти, — осушив кружку с пивом, удручённо проговорил Бахорн.
— Милорд, я прекрасно понимаю вас, мой отец, хоть был и не король, в упор не видел меня и моих достижений и, когда умерла моя мать, я добровольцем вступил в северный полк Сноуглэйд, остальное вы знаете, — признался Ролан.
— Значит, я могу доверять вам?
— Как самому себе.
— Тогда слушайте внимательнее, — приказал Бахорн собеседнику, придвинувшись поближе. — Отец, ужас как любит охоту. Мне велено уезжать в скором времени в Риверглэйд, и я мог бы пригласить его на последнюю для него охоту.
— Можете не продолжать даже, я знаю одного замечательного охотника, который мог бы поработать и наёмником за определённую плату.
— Гарантия?
— В такой ситуации всё пройдёт, как по маслу, — пообещал Глэйд.
— Ну, что ж, в таком случае, осталось решить последнюю загвоздку, — коварно заулыбался Бахорн. — Я пойду первым и, как только этот чёртов следопыт последует за мной, любым способом остановите его, а я буду вас ждать на следующей улице.
— Как угодно, Милорд, — сказал Ролан.
— Ну, всё, я пошёл, — предупредил собеседник и, слегка покачиваясь, вышел из таверны. Через некоторое время крестьянин, что мило беседовал с трактирщиком, сорвался с места и пошёл следом.
Глэйд, выйдя из трактира, сбросил с головы капюшон, растрепал волосы и прикинулся пьяницей. Шаткой походкой он догнал «следопыта» и несвязной речью что-то пробормотал.
— Пошёл прочь отсюда, попрошайка, — рявкнул озлобленно крестьянин, пригрозив кулаком. Ролан, недолго думая, схватил руку недоброжелателя:
— Попытаешься дёрнуться, и я сломаю тебе плечо, понял? — сказал Глэйд. «Следопыт» понимающе кивнул головой. Генерал держал своего пленника за вытянутую руку и говорил, куда ему идти, следуя за ним. На улицах уже царил мрак. В округе слышался лай собак. Изредка встречались по внешнему краю улицы железные чаши с горящим пламенем.
— Кто вы и зачем меня привели сюда? — в недоумении спросил испуганно шпион, видя перед собой знакомую фигуру Бахорна.
— Надо же, я его знаю! — воскликнул удивлённо принц, — это прислуга в нашем доме, я видел его пару раз на недавнем банкете.
Юноша хотел что-то сказать, по Бахорн приложил палец к его губам.
— Ты зачем здесь шлялся? — спросил сердито принц.
— Я просто зашёл в таверну, Ваше Сиятельство — ответил незадачливый прислуга.
— Твой ответ пропитан ложью, паршивый сорванец, говори, какого чёрта ты следил за мной?! — схватив жестоко юношу за ухо, потребовал ответа Бахорн.
— Ваша матушка приказала мне приглядеть за вами, — тут же отозвался прислуга, сморщив лицо от боли.
— Ах, вот оно как, генерал отпустите бедолагу, — сказал с хитрой улыбкой принц. Юноша потёр рукой затёкшее плечо и облегчённо выдохнул. Бахорн обнял прислугу, как давнего друга и подошёл к отвесному невысокому обрыву, под которым были густые заросли травы.
— Я освобождаю тебя от твоих обязанностей, теперь ты свободен, — спокойно сказал принц.
— Правда? — не веря своим ушам, беззаботно спросил юноша.
— Правдивее и быть не может, — ответил с ухмылкой Бахорн и, вытащив незаметно из-под плаща нож, перерезал юноше горло. Бедолага попытался закричать, но кроме хрипа, иных звуков издать не мог. Он схватился за горло, пытаясь остановить хлещущую из жуткой раны кровь, но всё было тщетно. Бахорн с презрением столкнул умирающего юношу с обрыва.
— Генерал, надеюсь, вы понимаете мой поступок, я устранил угрозу нашему плану, вы со мной до конца? — уточнил принц.
— Один человек не стоит тысячи, да и нет уже пути назад, — ответил решительно Глэйд.
— Тогда ждите от меня вестей, — улыбнулся довольно Бахорн и скорыми шагами удалился в непроглядную темноту ночных улиц.
Глава 11
Эрабор лежал на кровати в незнакомом ему месте. Всё его тело сводило болезненной судорогой. Кожа была красной, как у варёного рака. Через неё отчётливо виднелись набухшие пульсирующие вены. Мужчина чувствовал неприятную назойливую колкую боль в правом боку и груди. Голова сильно ломила. Слабость и изнеможение сковали лихорадящее горячее тело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
