Навстречу им выбежала невысокая седая коренастая дама, одетая, как и Франческа, для работы в саду. Она помогла служанке, и они вместе дотащили девушку до террасы.
— Прилягте здесь, — распорядилась дама, подвинув шезлонг. Франческа опустилась в него и снова впала в забытье. Когда она открыла глаза, пожилая дама стояла перед ней со стаканом томатного сока.
— Вы бледны как полотно. Нужно вызвать врача.
— Нет, уже все хорошо, правда. Не понимаю, что со Мной в последнее время творится. — Девушка попыталась подняться. — Спасибо за помощь.
— Нет-нет, лежите. — Дама протянула Франческе руку. — Я — леди Джейн Хиллфорд.
— А меня зовут Франческа Нордонья. Жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, но я очень признательна вам за помощь.
Пожилая дама очень понравилась девушке. Она не скрывала свой возраст, смотрела на Франческу прямодушно, проницательно и сердечно. Одинокая девушка сразу потянулась к ней.
— Я уже вполне оправилась и смогу добраться домой, — сказала она.
— Чепуха! Я отвезу вас на машине. Должно быть, вы дочка Сюзанны Нордонья, — тепло проговорила леди Джейн. — Я хорошо знала вашу мать. Вы удивительно похожи на нее. Помню вас совсем крошкой, играющей на лужайке.
— Вы знали мою мать?
— Конечно. Мы все ее знали. Она всегда была в центре внимания. А вам сейчас, вероятно… дайте-ка подумать… девятнадцать? Двадцать?
— Восемнадцать.
— Восемнадцать! Но какая вы взрослая! Уже настоящая леди! Нужно непременно познакомить вас с другими друзьями Сюзанны.
Франческа поблагодарила ее и пригубила томатный сок.
— Вам действительно лучше?
— Да, гораздо лучше. Думаю, голова у меня закружилась из-за работы в саду. Мне каждое утро не по себе — будто заболеваю. Может, виной тому какое-то растение? Как по-вашему?
Леди Джейн села напротив Франчески.
— Вообще это бывает. Расскажите, какие у вас симптомы?
— Тошнота и головокружение.
— И долго ли это продолжается?
— С тех пор как я начала работать в саду. Две недели назад.
— Что ж, значит, так и есть. — Леди Джейн решительно поднялась. — Я не стану утруждать врача. А садом пусть займется кто-нибудь другой. Судя по симптомам, это похоже на аллергию, и, если вы будете держаться подальше от растения, которое ее вызывает, болезнь, надеюсь, пройдет сама собой. А еще, дорогая, по-моему, вы плохо едите. Я же вижу: худенькая, а под глазами — темные круги. Может, позавтракаете у меня?
— Нет, спасибо. Вы очень добры. — Франческа только сейчас поняла, как изголодалась по дружескому общению, а особенно — по материнской заботе.
— Мне это совсем не трудно. Ручаюсь, сегодня утром вы еще не ели.
Франческа смущенно покачала головой.
— Граф ведь здесь не живет? За вами кто-нибудь присматривает?
— Экономка с дочерью уехали на Гаити навестить родственников.
— А, так вы одна! Тогда решено. Что скажете насчет омлета?
Стол накрыли на террасе. Воздух после дождя был свеж и чист, тучи разошлись, а небо сияло голубизной. От террасы к океану шла аллея, обсаженная розами и цветущими бугенвиллями, и их вид наполнил душу Франчески спокойствием и радостью бытия, пожалуй, уже ставшими привычными за время пребывания в Нассау.
— Леди Хиллфорд, какой у вас очаровательный цветник! — воскликнула девушка.
Дама улыбнулась:
— Прошу вас, дорогая, называйте меня леди Джейн, а то я чувствую себя еще старше, чем на самом деле.
Она начала осторожно расспрашивать Франческу и за дружеской трапезой ухитрилась узнать о жизни девушки в Нассау и о ее поездке в Венецию почти все, кроме связи с Джеком.
Когда Франческа ушла, было уже слишком жарко, чтобы работать в саду, но возбужденной леди Джейн не сиделось дома. Встреча с дочерью Сюзанны всколыхнула воспоминания, и пожилая дама не находила себе места.
В этот час в доме было тихо как на кладбище. Леди Джейн опустилась в глубокое кресло и закурила сигарету. Эта привычка раздражала ее. Порой она звонила горничной и приказывала вынести грязную пепельницу, но через минуту снова требовала ее.
Внезапно на лестнице послышались тяжелые шаги.
— Легок на помине, — сухо заметила леди Джейн. — Я только что о тебе думала.
— Надеюсь, только хорошее, — произнес веселый голос с ирландским акцентом.
— Ты рано поднялся, Майкл.
В комнату вошел молодой парень, босой и без рубашки. Сластолюбивой даме доставляло удовольствие созерцание обнаженного мужского торса с хорошо развитой мускулатурой и плоским животом, но вместе с тем ей претила бесцеремонность Майкла.
— Полагаю, наивно ожидать, что ты соизволишь одеться до полудня, — проговорила она. — В самом деле. Майкл, это же неприлично. Ты не на корабле, а в моем доме.
Майкл поцеловал ее в лоб.
— Простите, тетя, я вот уже неделю не видел женщин, отвык. — Через минуту он отправился на кухню готовить себе кофе.
Леди Джейн улыбнулась: он неисправим. Майкл был сыном младшего брата покойного лорда Хиллфорда, который женился на благовоспитанной ирландской девушке и обосновался в небольшом поместье в Ирландии. Майкл не имел ни наследства, ни титула, и ему пришлось зарабатывать себе на жизнь, но к работе у него не было никакого призвания. Он любил только море и, бросив Тринити-колледж, несколько лет прослужил в Королевском военно-морском флоте. Там он приобрел определенный лоск и приучился к дисциплине, однако по-прежнему и слышать не хотел о гражданской должности.
Узнав, что Майкл отбыл на Багамы, леди Джейн вскоре после своего возвращения на остров навестила его. Он зарабатывал тем, что на день-два, а то и на неделю нанимался капитаном к туристам, бравшим напрокат лодку. Со временем он пристрастился к виски. Сейчас Майклу было уже под тридцать, а он все еще жил как студент колледжа во время летних каникул, не зная, куда девать нерастраченные силы. В море он был хорош, а на берегу пьянствовал в барах и сорил деньгами, когда они у него заводились.
Увидев племянника в матросской одежде, болтающегося в порту, леди Джейн не сразу оправилась от изумления, однако по зрелом размышлении не усмотрела в этом ничего предосудительного. Кем был бы ее покойный муж, не имей он титула? Майкл хотя бы способен завязать морской узел и знает толк в парусах, а к тому же неотразимо обаятелен. Последнее он унаследовал явно не от Хиллфордов.
Леди Джейн привезла племянника к себе, и с тех пор он время от времени жил в ее усадьбе. Майкл частенько шокировал тетку, но искупал это тем, что сопровождал ее в клуб на светские мероприятия. Его спортивная фигура, волевой подбородок и живые глаза всегда производили самое благоприятное впечатление.
