Мое непринужденное состояние быстро испарилось, когда я попыталась припомнить, где видела эти одеяла. Тревога нарастала. Я уже не знала, нахожусь ли я все еще в доме, в который приехала этим вечером с Исидоро Балтасаром, или уже в каком-то ином месте.
— Чья это комната? — спросила я. — И кто укутал меня во все эти одежды? — Мой собственный голос ужаснул меня.
Флоринда погладила меня по волосам и тихим голосом добродушно сказала, что на какое-то время это моя комната. И что это она меня укутала, чтобы я не замерзла. Она пояснила, что пустыня обманчива, особенно по ночам.
Она смотрела на меня с загадочным выражением так, словно намекала еще на что-то. И это меня тревожило. потому что в ее словах я не находила никакой подсказки. Мои мысли блуждали без всякой цели. Ключевым словом, как я решила, была пустыня, Я не знала, что пристанище ведьм находилось в пустыне. Мы прибыли сюда таким кружным путем, что я не могла точно определить, где этот дом находится.
— Чей это дом, Флоринда? — спросила я.
В ней, казалось, происходила какая-то внутренняя борьба, выражение ее лица менялось несколько раз от задумчивого к встревоженному. — Ты у себя дома, — наконец сказала она глубоким от волнения голосом. Не успела я ей напомнить, что она не ответила на мой вопрос, как она жестом велела мне помолчать и показала пальцем на дверь.
Снаружи во тьме что-то прошелестело. Это мог быть ветер и листва, но я знала, что это ни то, ни другое. Это был успокаивающий, знакомый звук; он напомнил мне пикник. И особенно он воскресил в памяти слова Мариано Аурелиано: — Я пригоню тебя ветром, как пригонял других, к тому единственному, кто теперь держит миф в своих руках.
Эти слова зазвенели в моих ушах; я обернулась посмотреть, не вошел ли сейчас в комнату Мариано Аурелиано, и не произносит ли он сейчас эти слова во весь голос.
Флоринда кивнула. Она прочла мои мысли. И ее не отпускавшие меня глаза заставляли меня признать, что я правильно поняла его утверждение. На пикнике я не особенно задумывалась над его словами; они звучали слишком нелепо. Теперь же мне стало так любопытно узнать, кто были эти «другие», что я не могла позволить, чтобы эта тема угасла.
— Исидоро Балтасар говорил о каких-то людях, работающих вместе с ним, — осторожно начала я. — Он сказал, что они были доверены его попечению, и оказывать им помощь — это его священный долг. Это те люди, которых... принесло к нему ветром? — неуверенно спросила я.
Флоринда утвердительно кивнула головой, легкая улыбка искривила ее губы, словно она сочла забавным мое нежелание упоминать слова принесло ветром. — Это те, кого старый нагваль пригнал ветром к новому нагвалю; все это женщины, и они похожи на тебя.
— На меня? — спросила я растерянно. Я пожалела, что в пути была настолько поглощена загадочными сменами моих настроений и чувств по отношению к Исидоро Балтасару, что не обратила особого внимания на все, что он открыл мне о своем мире.
— Чем же эти женщины на меня похожи? — спросила я и добавила: — Ты знаешь их?
— Я их видела, — уклончиво ответила она.
— И скольких женщин принесло ветром к Исидоро Балтасару? — спросила я с плохо скрытым недовольством. Все же сама мысль о них волновала и тревожила одновременно.
Флоринду явно развеселила моя реакция. — Немного. Они не имеют с тобой физического сходства, но тем не менее они на тебя похожи. Я хочу сказать, что они схожи друг с дружкой так же, как схожи со мной мои товарки-ведьмы, — пояснила Флоринда. — Разве тебя не удивило при нашей первой встрече, как сильно мы все похожи?
Приняв мой кивок, она продолжала, что такое сильное взаимное сходство ей и ее когорте, несмотря на явные физические различия, придавала непосредственная связь с миром магов. — Нас влечет друг к другу привязанность, которая для тебя пока непостижима.
— Ну да, куда мне, — поддакнула я как можно циничнее. Но потом жадное любопытство узнать о женщинах, принесенных ветром к Исидоро Балтасару, взяло во мне верх. — Когда я увижусь с ними?
— Когда ты их найдешь, — сказала Флоринда. Ее голос, хотя и негромкий, прозвучал с такой исключительной силой, что едва не оглушил меня на мгновение.
— Как я могу их найти, если я их не знаю? Это же невозможно.
— Но не для ведьмы, — заметила она небрежно. — Как я уже сказала, ты не похожа на них физически, но сияние внутри тебя столь же яркое, как сияние внутри них. Ты узнаешь их по этому сиянию. — Ее глаза пристально всматривались в меня, словно она и в самом деле видела во мне сияние. — Это сияние магов. — Ее лицо было серьезно, а голос необычно тих.
Я хотела было сказать какую-нибудь дерзость, но что-то в ее поведении меня встревожило. — А я могу видеть это сияние? — спросила я.
— Для этого нам понадобится нагваль, — сказала Флоринда и указала на нагваля Мариано Аурелиано, стоявшего в темном углу комнаты. Я совершенно не заметила его появления, но оно меня нисколько не встревожило.
Флоринда сказала ему, чего я хочу. Он жестом велел мне выйти за ним на середину комнаты. — Я покажу тебе это сияние, — сказал он, потом присел на корточки, подняв обе руки вверх, и велел мне забраться к нему на спину.
— Мы отправляемся на поросячьи бега? — я даже не пыталась скрыть разочарование. — Вы ведь собирались показать мне сияние магов.
Хоть я и хорошо запомнила его слова о том, что истинная магия не заключается в причудливых действиях, ритуалах, зельях или магических формулах, я тем не менее ожидала какого-то показа, проявления его могущества, скажем, смешивания над огнем колдовских зелий и заклинаний.
Не обращая внимания на мое разочарование, Мариано Аурелиано потребовал, чтобы я обхватила его руками за шею, — легонько, чтобы он не задохнулся.
— Вам не кажется, что я старовата для того, чтобы катать меня на закорках? — предупредила я его.
Заливистый смех поднимался в Мариано Аурелиано все выше, пока наконец не взорвался буйным весельем. Одним стремительным движением он вскочил на ноги. Подхватив руками мои колени, он переместил меня в более удобное положение и вышел в коридор, причем голова моя не ударилась о притолоку.
Он шел так быстро и легко, что у меня возникло явственное ощущение, будто я плыву по длинному темному коридору. Я с любопытством оглядывалась по сторонам. Однако мы двигались слишком быстро, и я лишь мельком успевала что-либо увидеть. Все было пропитано нежным, но устойчивым запахом: ароматом цветущего апельсинового дерева и свежестью холодного воздуха.
Снаружи двор был окутан туманом. Я могла видеть лишь однородные массы темных силуэтов. Клубы тумана изменяли форму каждого уголка пространства, то открывая, то снова смазывая странные очертания деревьев и камней. Мы не были в доме ведьм. Это я знала точно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
