Чистый рандом.
Все, кто пройдут сегодня испытания, будут допущены к экзамену автоматически, получив зачёты по всем предметам. Так что если Шен и Терр справятся, им больше не придётся корпеть над учёбой, и они смогут помочь в расследовании.
— Готовы? — спросил Роджерс, появившийся в нашем секторе, и, не дождавшись ответа, добавил: — Пора идти. Зрители ждут.
Физрук вообще не отличался многословностью, но при этом был весьма тактичен на тренировках и вполне компетентен, как и полагается на проекте такого уровня. Он сказал ещё пару ободряющих и мотивирующих слов, всем пожелал удачи и повёл в зал ожидания.
Студентов других секторов привели другие преподаватели. Среди них были и Стивен Ли Рой, и миссис Родригес, и доктор Дэниелла, которая в случае получения студентами травм должна была оказать первую помощь и скоординировать действия остального персонала.
Собрали нас под полем стадиона в просторной комнате перед огромными мониторами, с которых можно было наблюдать, что происходит снаружи. Здесь можно было посидеть на лавочках, попить воды, сходить в уборную и даже перекусить какой-то едой из автомата. Делать этого я бы не рекомендовал никому и поэтому дал оплеуху Шену, который полез за снеками, решив заесть стресс.
— Даже не думай есть эту дрянь! Она тебе не нужна, бро, ты и так справишься, — смягчился я, припоминая, что мой тренер всегда так делал, когда перегибал палку. — Давай лучше понаблюдаем и придумаем стратегию.
Шен кивнул, и, как мне показалось, не обиделся. Терр похлопал его по плечу ободряя.
На центральных экранах под потолком стадиона появились портреты двух студентов: один с серебряного сектора, второй с бронзового. Первый с Печатью Разума, второй — Силы.
Оба парня стояли неподалёку от нас, они неловко переглянулись, и мистер Роджерс пригласил их к платформе подъёмника, пожелал обоим удачи и напомнил, что они Герои, а значит, уже по умолчанию победители.
Через несколько секунд мы наблюдали на экранах, как в центральной части стадиона разверзается пол и из него выезжает платформа с бойцами. Роджерс кратко представил обоих, обозначил позиции противников друг напротив друга на расстоянии десяти метров и скрылся под землю на платформе, на которой они втроём минутой ранее поднимались. Поверхность опять стала ровной, и стадион принял обычные очертания, за одним лишь исключением, что двое бойцов должны были сразиться друг с другом под пытливым взором зрителей.
По трибунам пробежался восторженный гул. Девочки подняли плакаты с именем серебряного мальчика, а парни свистели и кричали брутальное «У! У! У!», отстукивая ногами по полу и выбрасывая вверх кулаки.
У бронзового бойца последователи тоже нашлись, не такие многочисленные, но всё же.
Площадь, на которой должна была состояться схватка, ограничивалась только площадью самого стадиона до трибун. Никаких иных ограничителей не выставили.
По времени поединок должен был длиться три минуты. Если никто из противников не успеет отстегнуть значок оппонента в отведённое время, то победа достанется тому, за кого проголосует наибольшее количество зрителей.
На экране в центре стадиона зажёгся циферблат. Цифры начали обратный отсчёт.
Пятнадцать…
Четырнадцать…
Тринадцать…
Было видно, что оба нервничают, но серебряный нашёлся быстрее. Он помахал в одну из камер, послал воздушный поцелуй фанаткам, на что те мгновенно среагировали овациями, и встал в боевую стойку. Бронзовый занял оборонительную позицию и выставил вперёд кулаки.
Три…
Два…
Один!
Серебряный начал сокращать дистанцию, и мы замерли у экранов в ожидании битвы. Но стоило противникам оказаться на расстоянии вытянутой руки, как серебряный щёлкнул пальцами перед лицом бронзового и что-то произнёс. Взгляд бронзового тут же оказался прикованным к руке, застывшей напротив его лица, а затем ноги подкосились, и он начал медленно оседать.
Мы так и не поняли, потерял он сознание, заснул или впал в кому, но в руках у серебряного уже красовался бронзовый значок, изображавший куб и символизирующий силу.
— Если так и дальше пойдёт, ничем хорошим для нас не закончатся, — обеспокоенно произнёс Терр.
Я растерянно почесал затылок и выдал:
— Не слушать, не смотреть, не подчиняться.
— Что? — переспросил он.
— Я говорю, надо постараться не слушать, если противником окажется менталист. И не смотреть на их фокусы, им часто требуется какое-то отвлечение внимания, чтобы перехватить контроль. Ну и внутренне быть готовым не подчиняться. Когда на меня в душевой напали, приказы Джонни не подействовали. Возможно, как раз потому, что всё во мне кипело. Не было ни страха, ни беспокойства. Но всё нутро вопило, что этим засранцам не выйти победителями. Бунтарский дух вам в помощь, друзья мои.
Терр с Шеном покивали, но было видно, что волнение не ушло.
Следующие несколько поединков выглядели более красочными и динамичными. Ядовитый Арни со своей Печатью Тела дрался с парнем из чёрного сектора с Печатью Силы. Стоит отметить, оба держались на высоте, но, как говорится, против лома нет приёма, и Арни всё-таки пропустил удар в ухо, после которого не встал. Ни его многочисленные шипы, ни изворотливость, не помогли ему одержать победу. Хотя, конечно, в навыке трансформации он поднаторел — шипы стали твёрже, длиннее. И сам он стал больше походить на дикобраза, а не на ежа, когда ощетинивался по-крупному.
Следующий бой заставил нас понервничать. На залитом солнцем стадионе показалась хрупкая фигурка Ляси, и я внутренне весь напрягся. Против неё вышел парень из серебряных с Печатью Тела. Оставалось надеяться, что Лясина Печать Разума поможет ей если не победить, то хотя бы избежать увечий. Менталистской она вроде как была неплохой, но чем мог отличиться её соперник, оставалось только гадать.
Парень был из новоприбывших, мне не знаком, и это оставляло надежду, что навыки его пока не отточены. Серьёзное лицо и его боевой настрой намекали, что битва не будет лёгкой.
Ляся же как всегда оставалась сдержанной и спокойной. Когда циферблат на экране перешёл в нули, она вскинула руки вверх, словно в танце, и замерла.
Противник бросился на неё, и мы на мгновение потеряли его из виду. Не то парень умел обращаться в невидимку, не то как-то по-особенному отражал свет, но он становился похожим на размытый полупрозрачный силуэт. И если в движении его можно было заметить, то в спокойном состоянии — очень сомневаюсь. Если такой затаится в комнате в сумерках — не жди ничего хорошего.
Ляся не растерялась, вскинулась, щёлкнула пальцами и прокрутилась на месте, приседая и выбрасывая ногу назад. Такой изящной подсечки мне ещё видеть не доводилось. Её наверняка обучали ещё до школы. Бывшему мафиози наверняка не хотелось видеть свою
