что я чего-то боюсь?
— А чего ж тогда не подходишь? — спросил он и сделал рывок вперёд. — Пятишься назад как перепуганный щенок.
Молнии опять заискрили в ладонях, но мне показалось, что они стали слабее. И радовало то, что кидать их он не умел, и страшны они были лишь в ближнем бою.
Мне пора было уже тоже хоть что-то предпринять, иначе зрители тоже решат, что противник меня запугал, и отдадут ему свой голос.
Сосредоточившись на зрительных ощущениях, попытался отыскать взглядом все камешки, которые могли быть раскиданы по полю. Благо сам стадион был покрыт чем-то напоминавшим плотный слой утоптанной грунтовой дороги.
Поначалу, как это у меня часто случалось на тренировках по ментальным практикам, ничего не выходило. Но затем послышался лёгкий шелест, и постепенно камешки один за другим начали стягиваться к центру, окружая нас с золотым. Чтобы собрать их пришлось попотеть, а вот поднять — оказалось намного проще.
Когда в воздух взвилось полсотни мелких камней, в глазах противника появился страх. По отдельности они не приставляли особой угрозы, но все вместе могли доставить много проблем и боли.
— Сдавайся! — крикнул я, не желая крови.
— Сам сдавайся, — огрызнулся он.
— Я предлагал. Потом не жалуйся, — произнёс без издёвки, но вполне угрожающе.
Рой холодных безжизненных самонаводящихся «пчёл» ударил по противнику почти идеально синхронно.
Тот взвизгнул, закрывая лицо руками, и со злостью на меня посмотрел, когда осела пыль.
— Сдавайся, — миролюбиво предложил второй и последний раз.
Тот сплюнул на землю и усилил щит, больше не пытаясь испускать молнии. Возможно, у него просто не хватило бы сил, проделывать и то и другое на максимуме возможностей.
И мне тут в голову пришла ещё одна идея.
«Спасибо тебя, Ляся! — мысленно поблагодарил красотку. — Чтоб я без тебя делал!»
Обойдя противника со стороны, с которой у него висел значок, вместотого, чтобы разорвать дистанцию, сократил её почти вдвое. Парень удивился, но особо не подал виду, лишь окинул взглядом землю вокруг, опасаясь, что сейчас в него опять полетят камни. Но они мне были уже неинтересны.
Я сложил пальцы в круг и сосредоточился. Извлечь пламя в этот раз оказалось намного проще, чем в первый. Но я и потренироваться успел, так что хотя бы в этом плане мог собой гордиться.
Огонёк взвился вверх и разгорелся ещё больше, когда я обвёл его ладонью и поддержал снизу.
Теперь глаза противника выражали настоящий страх. Он опять попытался усилить сферу и теперь сам стал инициатором разрыва дистанции.
Попытка не удалась. Я настигал его с той же неотвратимостью, с которой пламя разгоралось в моих руках. Заняв стойку в стиле бейсболистов из американских фильмов, я прицелился и пульнул свой огненный шар ровнёхонько в пиджак своего оппонента.
Тот прекратил поддержку защитной сферы, начал отряхиваться и, в конечном счете, сбросил пиджак и принялся сбивать пламя с рубашки.
Я подошёл медленно и деловито, не спеша подобрал пиджак с земли, отцепил значок и продемонстрировал в ближайшую камеру нависшего над нами дрона. Затем поклонился зрителям на разные стороны, и не удержался от очередного позёрского жеста. Опять сцепил пальцы в кружок, разжёг пламя и дунул в центр круга. Огонёк отправился в полёт, после чего я сложил пальцы сердечком, демонстрируя зрителям свою любовь.
Девочки с трибун со всех сторон завизжали. Конечно, не так громко, как когда появится Джонни, но всё же. Одна даже подняла плакат, с которым пришла, сорвала имя студента, написанное рядом с огромным розовым сердцем, и вскинула плакат вверх, размахивая из стороны в сторону и тем самым адресуя этот романтический посыл мне.
Это было безумно приятно. Даже не мог вспомнить, когда ещё так радовался победе. Испытания, которые приходилось проходить в своём мире, были заточены на жёсткие тренировки и дисциплину, а здесь ещё подключались находчивость и смекалка. От этого подскакивал адреналин, и я как никогда начал гордиться собой.
На экранах под потолком высветилась таблица рейтинга, и моя шкала бодро поползла вверх. Я уже обогнал всех чернобраслетных и почти половину бронзовых, а это, стоит отметить, самый многочисленный сектор студентов.
После подсчёта голосов на экране появилось изображение красной коробки и подарочным бантом, и заиграла весёленькая мелодия.
— А у нас новый спонсор! — раздался восторженный голос ведущего. — Канто Алан Рей теперь имеет покровителя, который оставил ему подарок.
А вот это было по-настоящему неожиданно. Спонсорство обычно вытекало в копеечку и, как правило, обеспечивалось родными, чтобы подарить чадам лишние монеты, какой-нибудь гаджет или сертификат на посещение бассейна, библиотеки или чего-нибудь другого не менее полезного.
— Давайте узнаем, что же внутри!
На экране пошла анимация раскрытия подарка, и из него вылетел сертификат на фонарик.
— Мощный фонарь из сектора с золотым доступом! Ура-ура! — воскликнул ведущий.
Мощный фонарь как раз то, чего не хватало. Кроме того, купить вещь из золотого сегмента студенту с чёрным браслетом было нельзя. Наш ассортимент доступных аксессуаров был весьма ограничен, и такие фонари в него не входили. И у меня было лишь одно предположение, кто мог его подарить.
Ляся…
Но зачем? Почему? И разве студент может стать спонсором? Может, она кого-нибудь попросила.
— Давайте же узнаем, кто стал спонсором этого чудесного подарка! — продолжил диктор, читая мои мысли.
Пошла анимация разворачивания карточки отправителя.
— Увы. Спонсор пожелал остаться неизвестным, но приложил послание к своему сюрпризу.
«Спасибо за вкусняшки. Удачи в расследовании».
Что? Какие вкусняшки?
Камера поймала моё обескураженное лицо, и я тут же изобразил на нём улыбку и постучал по сердцу, выражая благодарность.
Лясе я никаких вкусняшек не дарил, ничем не угощал. Может, это про битву кексами? Хотя тоже как-то сомнительно. Разве я кого-то кормил? Только бездомную кошку, да и то сэндвичем Шена. Но может, кто-то это видел, запомнил и решил отблагодарить за хорошее обращение с животными?
Вопросов как всегда оказалось больше чем ответов. Было ясно только одно, человек, подаривший фонарик, скорее всего, осведомлен о моих приключениях в закрытой части здания библиотеки. Это не могло попасть на видеокамеры, да и в целом наше проникновение осталось тайной для руководства. Разве что я рассказал Терру и Шену, а Ляся могла рассказать подругам. А тут уж дело такое — сплетнями земля полнится. Но даже осознание этого никак не приближало меня к разгадке личности отправителя.
На браслет пришло уведомление о подарке, и я проследовал в чёрный сектор, чтобы продолжить наблюдать за дуэлями остальных
