в гости. И вставить тебе втык, Марк. — заявил дядя Давид.
— За что? — удивился Марк и я тоже не понимала о чем он говорит.
— Ярославе скоро рожать. Вернувшись домой, в первую очередь надо было организовать свадьбу. — сказал дядя Давид с упреком.
Я от чего-то покраснела. Я и не задумывалась о свадьбе. В глубине души я, конечно, хотела стать женой Марка. Законной. Но мы об этом никогда не говорили. И я не знала, думал ли когда-нибудь об этом Марк.
— Я планировал подумать об этом после родов. — ответил ему Марк, удивив меня. Оказывается он все-таки задумывался.
— После родов будет некогда. Играть свадьбу нужно сейчас. — твердо сказал дядя Давид.
— У меня уже живот большой… — подала я голос.
— Ничего. Сейчас никого не удивить большим животом. — сказал мне мягко дядя Давид.
— Ты прав. — после паузы сказал Марк.
— Конечно прав. И уже занялся этим вопросом. Через пять дней свадьба. — ошарашил он нас обоих. — Ну мне пора. — сказал дядя Давид, вставая с дивана. — До свидания, Ярослава.
— До свидания.
Марк пошел его провожать, а когда вернулся, сказал мне.
— Дядя прав. Я хочу, чтобы наша дочь родилась в законном браке.
— А мы успеем? — спросила я.
— Успеем.
И мы действительно успели. В основном всю подготовку к свадьбе взял на себя дядя Давид. На свадьбу народа было приглашено не очень много, только самые близкие. Я ездила с Марком к своим родителям и после поездки не могла справиться с чувством глубочайшего разочарования. Мама и папа за год не изменились. Когда мы приехали они были с похмелья и увидев меня с большим животом, мама сказала:
— Что? Обрюхатили тебя и ты решила домой вернуться? Нам еще одного дормоеда не хватало! Вань, иди посмотри, дочь явилась.
После этих слов в моей душе что-то оборвалось. Я поняла, что зря приехала. Что зря питала надежды, что они изменились. Что поменяли ко мне отношение и у них проснулись родительские чувства. В квартиру вошел Марк и увидев его родители поняли, что я «хорошо пристроилась», по их словам, и решили, что я могу им помогать деньгами. В гостях у них мы пробыли не больше десяти минут и когда Марк меня увел, я поняла, что это последняя моя поездка к ним. Марк предложил их насильно отвезти лечиться. Но я отказалась. Надо чтобы они сами захотели, но они не хотели. Тогда зачем?
Поэтому, сегодня на нашей свадьбе с моей стороны никого не было. Близкие друзья, партнеры Марка. И дядя Давид. Но я не чувствовала себя обделенной или как-то неуютно. Наоборот, все желали нам счастья, любви.
После ЗАГСа, где мы стали мужем и женой, мы поехали в ресторан. Марк постоянно интересовался моим самочувствием. А я чувствовала себя прекрасно. Сегодня я была очень счастлива, меня переполняли эмоции.
— Дорогие мои! — дядя Марк встал с бокалом в руке, обращаясь к нам. Гости замолчали. — Я хочу преподнести вам свадебный подарок. Я желаю чтобы в вашем доме всегда царила любовь. Любите друг друга. — сказал он и протянул нам небольшую коробку.
Марк взял ее, открыл крышку и мы увидели в ней ключи.
— Я дарю вам дом. — пояснил дядя Давид.
Марк встал, подошел к мужчине и обнял.
— Спасибо! — поблагодарила я, на что дядя Давид мне широко улыбнулся.
В ресторане мы задержались не на долго. Мое положение все равно давало о себе помнить. У меня ныла поясница и немного тянуло низ живота. Все-таки сегодня я устала. Когда приехали домой, Марк помог снять свадебное платье, мне хотелось поскорее лечь в постель.
Марк ушел в душ, а я лежала и рассматривала кольцо на пальце. Теперь я Фосс Ярослава Ивановна. Чуть больше года назад у меня была совсем другая жизнь.
Вдруг я почувствовала что-то мокрое. Откинув одеяло, я увидела вокруг себя лужу. В комнату вошел Марк, вытирая голову полотенцем. Увидев мое испуганное лицо, он откинул полотенце и спросил:
— Что?
— Я, кажется, рожаю.
— Ну хорошо хоть пожениться успели.
Глава 44
Всего роды длились где-то девять часов. Несмотря на то, что роды начались чуть раньше, я родила здоровую и крепкую малышку. Когда мне положили ее на грудь, я расплакалась от умиления. Это невероятное чувство любви и нежности, которое может испытать только мама. В эту же секунду я поняла, что никакая любовь не может сравниться с любовью к своему ребенку. Ничего дороже не может быть своего ребенка. Взяв на руки свою кроху, я уже знала, что она будет окружена любовью и заботой. Ее любили еще до рождения и с нетерпением ждали, когда она появится на свет.
Я не знаю, что все это время происходило с Марком, но, когда ему разрешили войти ко мне, он выглядел так, как будто это он рожал эти девять часов. Я никогда не видела его таким измученным и взволнованным. Мне стало его даже немного жалко. А когда он взял нашу дочь на руки, я видела, как у него увлажнились глаза.
Сегодня нас выписывают, мы едем наконец-то домой. В роддоме мы пробыли три дня. За эти дни нам с доченькой доставили столько цветов, что уже был заставлен весь коридор. В палате их ставить не разрешил врач, опасаясь, что они могут вызвать аллергию у Ульяны.
Мы с Марком остановились на имени Ульяна. Когда я ему предложила так назвать дочь, он согласился. Ему тоже понравилось это имя и главное оно было созвучно с отчеством Марковна. Фосс Ульяна Марковна.
На выписку вместе с Марком приехали его дядя Давид и друг Леша со своей женой Леной. С Леной мы немного общаемся, иногда переписывались, она интересовалась моим самочувствием, а я задавала некоторые вопросы о материнстве, которые у меня возникали. Теперь, я думаю, мы будем общаться больше. У нее уже есть опыт, а мне нужно будет у кого-то консультироваться.
Марк заказал фотосессию и видеосъемку нашей выписки. Он хотел запечатлеть это событие. После того фотограф и видеооператор с нами закончили, мы подошли к остальным. Лена сразу же кинулась меня обнимать и поздравлять, ее муж тоже душевно поздравил нас, сказав Марку: «Я же говорил». Марк на это ничего не ответил, только шире заулыбался. Я не знала и не понимала о чем они говорят.
Дядя Давид попросил подержать малышку на руках. Я аккуратно передала спящую дочку ему в руки. Он взял ее и внимательно рассматривал. А я удивлялась, как такой с виду суровый мужчина может преобразиться за секунды.
