странной связи с Кейдом, которую сама ещё не может осознать до конца, нет ничего предосудительного. Отсмеявшись, миссис Глоуз вытерла проступившие из глаз слезинки пальцем и кивнула на парковку возле придорожного «Таргета»:
— Ладно, чокнутая моя. Папе всё это лучше не вываливать одним махом. Давай-ка его немного задобрим, если ты не хочешь сесть дома до конца весны — сдаётся, у тебя другие планы.
— Шарлотка по бабушкиному рецепту? — мгновенно поняла Сью ход маминых мыслей и улыбнулась. Беспроигрышный вариант сделать папу чуточку более благосклонным.
— Сечёшь, — азартно подмигнула мама, на краткий миг вновь превратившись в бешеную школьницу с синтезатором. — Нам нужны зелёные яблоки…
— Ванильный сахар и корица, — подхватила Сью. Хоть чему-то она у неё научилась.
Парковка в сгущающихся сумерках была почти пуста. Серебристый минивэн скромно пристроился с краю, в десяти футах от большого чёрного Джипа. Значительно приободрившись, Сьюзен выскочила из машины вслед за мамой, оставив на сиденье рюкзак — вдох вечернего воздуха приятно захолодил лёгкие. Она уже не сомневалась, что с маминой поддержкой всё будет прекрасно, как всегда. Поворчит папа пару дней и успокоится. Зато выступление вышло бесподобным.
— Кстати, мы всё снимали на видео, — заговорщицки оповестила она маму, вместе с ней входя в магазин. Ей самой не терпелось увидеть результат съёмок, и так жаль, что всё сделают без неё. Ничего. Вот в следующий раз будет ещё шикарней.
— Так вот зачем ты выпрашивала новую камеру и штатив, — хмыкнула миссис Глоуз. Всё поведение дочери последних недель медленно приобретало крепкую основу, вот только по ней было невозможно понять, чего мама испытывает больше: облегчения или беспокойства. И Сью всё равно немного стеснялась пристального взгляда, так и тянущего на откровенность.
— Увидишь, это было не зря. Через пару часов Лу выложит на канале видео…
— Боже, ты и девочек в это втянула, — мама сокрушённо покачала головой, рассеянно остановившись у ящика с яблоками. Взяв сразу небольшую сетку, вручила её Сью: корзинкой они не озаботились, да и забежали сюда на минутку. — Надеюсь, у вас там хоть всё в рамках приличия? Знаю я эти присказки… Секс, наркотики, рок-н-ролл.
— Ма-ам! — Сьюзен закатила глаза и посеменила за ней, уже быстро несущейся к ряду с приправами. — Ну что за бред! Они вообще…
Хотела сказать «в завязке», но вовремя прикусила язык. Такие подробности точно сейчас лишние. Не стоит вываливать родителям на голову все грязные детали в один день. Криво улыбнувшись на мамину вопросительно поднятую бровь в ожидании продолжения фразы, выпалила:
— Они вообще все очень приличные ребята. У Данди есть дочь, милая девочка. А Нил, барабанщик, работает в «Зоундс».
— Считай, я тебе верю, — вздохнула мама, подхватывая с полки два пакетика специй.
У кассы их ждала бледная девчонка со скучающим выражением лица, пробивающая пиво. Двое крупных мужчин заставили Глоузов притормозить в ожидании, пока кассирша закончит: за ящиком пива последовал ящик «Джека Дэниэлса» и несколько пачек сигарет. Здоровенный лысый мужик в солнечных очках шумно чавкал жвачкой, а на толстой шее виделись уходящие за ворот куртки чёрные полосы татуировок. Его чернокожий напарник-верзила стоял чуть в стороне, тыкая толстыми пальцами-сардельками в экран телефона.
— С вас двести восемьдесят три пятьдесят, — с кряхтением отставив ящик виски, пропищала кассирша.
Лысый криво и неприятно ухмыльнулся, без усилий подхватывая ящик и отдавая его другу — тучному верзиле с поросячьими заплывшими глазами.
— Двести восемьдесят три пятьдесят, — громче оповестила девчонка, тревожно наблюдая, как покупки уплывают в чужие руки без оплаты. Сью замерла в напряжении: неприятное, давящее предчувствие сжало грудь. Она видела, как пальцы кассирши робко тянутся под кассу, потому как верзила просто потопал к выходу с двумя ящиками пойла.
— Эй! Она сказала двести восемьдесят! — вдруг вмешалась миссис Глоуз, видимо, пожалев бледнеющую за кассой девчушку.
— Что ты вякнула, сука?! — лысый резко обернулся, выхватывая из кармана куртки нечто чёрное и увесистое. Сью в жизни не видела пистолета так близко, и только тонко пискнула от ужаса, когда поняла, что чёрное дуло — именно то самое, из боевиков со Стетхэмом. — Заткнулись все, тупые шалавы! Ты, — он кивнул на кассиршу, вскидывая пистолет повыше. — А ну, руки чтобы я видел! Нажмёшь кнопку — пристрелю нахуй всех троих!
Задрожав всем телом, Сью смотрела только на оружие, мельтешащее перед глазами. Мышцы словно парализовало: и где же телефон, когда он так нужен?! В машине…
— Не делай резких движений, — еле слышно шепнула ей мама, непроизвольно прижимаясь к ней ближе и отступая на полшага от кассы.
— Бабки в пакет! — рявкнул лысый, приставив дуло к самому лбу кассирши. Девчонка в панике взвыла, по щекам градом покатились слёзы. Трясущимися руками она начала выгребать кассу в первый подвернувшийся рядом мешок.
Сьюзен так прижала к себе чёртовы яблоки, что было почти больно. Ногтями проткнула зелёную кожицу, даже не заметив. Вытаращив глаза, она старалась только не уподобляться ревущей белугой кассирше, но от страха всё равно подгибались колени. Надо просто быть тихими. Тихо отступить подальше и спрятаться с мамой за ближайшей полкой. Кажется, миссис Глоуз была того же мнения, осторожно утягивая дочь за собой, в сторону. Они тут всё равно ничего не могут сделать, самим бы остаться целыми.
Закончив с кассой, лысый сунул пакет с деньгами за пазуху и повелительно мотнул пистолетом:
— А теперь отошла! Давай, курица, шевелись! — кассирша безоружно подняла ладони вверх, и, глотая слёзы, сделала два шага назад, упираясь в витрину спиной. Довольно хмыкнув, уёбок вдруг снова развернулся к не успевшим скрыться из зоны видимости Глоузам. — А ты — сюда, симпотная.
Сью лишилась дара речи, когда дуло уверенно указало на неё. Тесно сплетаясь пальцами с мамой, она чётко ощутила, как та вздрогнула, как влажная кожа покрылась мурашками паники. Хлопнула входная дверь, и вернулся тучный верзила, недовольно протянув:
— Ты скоро там?
— Гляди, — лысый сплюнул на кафельный пол себе под ботинки. Его щека как-то странно дёрнулась, словно парализованная лидокаином. — Сойдёт шлюшка?
— Подфартило, — согласно гоготнул верзила, скалясь жёлтыми зубами.
— Вот именно. Симпотная, сюда, я сказал! С нами едешь! — громче рявкнул лысый, и у Сью от ужаса сковало льдом конечности. Она даже глазами хлопать боялась, а рот открылся в немом крике. В горло словно ежа запихнули.
— Хрена с два, ублюдки, — прошипела мама, выпуская её руку и делая широкий шаг вперёд. Решительно вздёрнув подбородок, вылила на уродов ушат презрения и предупреждающим тоном продолжила: — Вы знаете, чья она дочь? Поверьте, такому мелкому отребью очень дорого обойдётся связываться с Глоузами.
Лязг затвора и выстрел — как в замедленной съёмке, как кадр из фильма. Никто не успел крикнуть. Под шумный сопливый
