Нет, кое-что после долгих объяснений мне всё-таки вручили. Поначалу, конечно, выгнали взашей, потому как я, оказывается, тоже насквозь провонял мертвечиной. И ведь в кремль я добирался на «буханке», от Маркина, наверное, вообще люди шарахаются.
В общем, работница кухни, зажав нос пальцами, гнусавым голосом объяснила мне, что нужно идти в стирную. Так у девок порошки всякие есть, плюс инвентарь для уборки тоже рядом хранится.
— А ещё лучше в лазарет сходи, там у Любки таблетки специальные есть, «пюржавель» называются, они тебе и черта с рогами отмоют. Только перчатки не забудь, а то руки разъест.
— Спасибо, — поблагодарил женщину я и направился в стирную.
Здесь меня встретили не многим лучше. Вначале выгнали на улицу и только потом выслушали. Однако в помощи не отказали, и спустя пару минут я уже спешил обратно к автобусу, вооружившись коробкой с всевозможной химией и несколькими видами щёток. Рустам уже ждал рядом, а в ногах стояли два ведра с холодной водой.
— Думаешь, этого хватит? — усмехнулся я.
— Надо будет, ещё принесём, — спокойно ответил он и, вытянув из коробки упаковку с перчатками, поднялся в салон.
Работа оказалась совсем не из лёгких. Одних только частей тел выгребли целую кучу. На вонь мы перестали обращать внимание уже через полчаса, но всё равно периодически выходили на воздух. Солнце палило нещадно, раскаляя металл кузова до такой степени, что к нему невозможно было прикоснуться, отчего внутри царил настоящий ад. Пот заливал глаза, но мы усердно ползали на четвереньках, подбирая даже самые мелкие крошки.
Попутно разбирали салон, снимая и вытаскивая все сиденья на улицу. Там их проще будет мыть, да и высохнут на солнце быстрее. К тому моменту к нам присоединились Мишка с Коляном. Внутрь зайти они так и не решились, но совсем оставаться в стороне совесть не позволила. Они как раз и взяли на себя сиденья. В общем, работа кипела до самого вечера, но об окончательном результате даже речи ещё не шло.
— Может, по пиву? — предложил Мишка, когда мы наконец решили, что на сегодня с нас достаточно.
— Может, вначале помыться сходим? — парировал Маркин.
— Думаешь, нас таких в баню пустят? — усмехнулся Колян.
— Зачем в баню? — усмехнулся я, — Мужики сегодня уличные душевые смонтировали. Прям как знали.
* * *
Вымывшись как следует, мы снова вернулись к автобусу и расположились на ещё влажных сиденьях. Мишка сгонял до склада и припёр целую коробку с баночным пивом. Некоторое время я раздумывал: а стоит ли начинать? Но затем махнул рукой и вытянул себе одну банку, здраво рассудив, что с такой маленькой дозы ничего страшного не случится. Да и обстановка располагала, хотелось расслабиться. Шутка ли, весь день вычищать человеческие ошмётки?
— Фух, — оторвавшись от банки, выдохнул Колян. — Кто бы мог подумать, что такие простые вещи доставляют столько удовольствия.
— Помню, на войне мы тоже очень любили моменты затишья, — поддержал тему я. — Вот так сядем с пацанами в кружок, чай горячий гоняем и треплемся о том, кто что на гражданке делать будет.
Я тяжело вздохнул, вспоминая о том, что никому из них так и не удастся осуществить свои мечты.
— А я вот всё о карьере мечтал, за каждую грамоту боролся так, словно от этого моя жизнь зависит, — разоткровенничался Маркин. — Кто же знал, что всё сложится именно так.
— Посвящённые знали, — вставил своё слово я. — Отец Владимир меня предупреждал, но я тоже не думал, что всё будет настолько серьёзно.
— О, здорова, Лёха, — поприветствовал подошедшего витязя Колян. — Угощайся.
— Благодарю, — кивнул тот и, вытянув банку из упаковки, уселся рядом.
— Как рейд прошёл? — поинтересовался я, но скорее так, для проформы, ведь мы уже виделись днём.
— Да нормально, почти без инцидентов. Я по другому вопросу.
— Жги, — разрешил я и сделал большой глоток пива.
— Мои парни тоннели проверили и попытались их на карту наложить. Пока примерно, но получилась довольно занимательная картина. Они выстроены в форме двенадцатиконечного креста и расходятся по всему старому центру. Кремль находится как раз в месте пересечения.
— И что нам это даёт? — уточнил я.
— Пока не знаем, — пожал плечами Лёха. — Думал, ты какую версию подкинешь. Мы планируем их использовать, как ты и хотел. Первые партии продуктов и оружия завтра на рассвете по некоторым точкам раскидаем.
— Это хорошо, должно сильно облегчить нам жизнь, — согласился я.
— Вы когда уезжаете?
— А что?
— Да так, чтобы понимать, каким образом смены распределить и кого на какие рейды поставить.
— Думаю, завтра сиденья на место поставим и следующим днём стартуем. Ты соляркой поделишься?
— Нет, блядь, всю себе оставлю. Могила, не задавай тупые вопросы. Кстати, рекомендую немного в салоне расплескать, чтоб окончательно трупную вонь отбить.
— О, кстати, офигенная идея, — показал большой палец Колян.
— Мы ещё «буханку» одну заберём, — предупредил я.
— Берите всё, что нужно, — разрешил Лёха. — Ладно, пойду я, скоро посты разводить.
— Ты хоть спишь вообще? — поинтересовался ему в спину Мишка, но витязь молча махнул рукой и скрылся в темноте.
— Я, пожалуй, тоже на боковую, — задумчиво пробормотал Колян. — Заебался сегодня, как собака.
— Я тоже пойду, а то Настюха зудеть будет, — добавил Мишка и залпом осушил банку.
— Остальное обратно отнеси, — попросил я. — Мы сейчас своё допьём и тоже спать двинем.
Мы остались вдвоём. Некоторое время молчали, прихлёбывая пенный напиток. А затем Маркин как-то тяжело вздохнул и выдал вопрос, который я никак не ожидал от него услышать.
— Вот скажи мне, на кой чёрт мы постоянно в самое пекло лезем? Мы ведь сегодня чуть не сдохли.
— Ты это серьёзно сейчас? Неужели тебе действительно нужно это объяснять?
Витязь молча пожал плечами и уставился куда-то в одну точку. Я немного помолчал, подбирая слова, а затем ответил известной фразой из фильма «Офицеры».
— Есть такая профессия, Маркин, Родину защищать.
— Так ведь никто не оценит и медаль не даст.
— А я не за награды сражаюсь, не за царя и отечество. К нам на порог враг пришёл, который конкретный геноцид устроил. И я буду рвать его до последнего вздоха! Что с тобой, с чего вдруг такие вопросы?
— Забей, это мои тараканы.
— Нет, дружище, ты мне спину прикрываешь, так что оставь секреты для Вики, а со мной давай-ка начистоту.
— Там, когда мы в ПОАТе… В общем, Баал со мной общался… мысленно или как там это называется.
— Так, вот с этого места поподробнее, — сразу оживился я.
— Он показал мне другой мир, то, как живут те, за кого мы здесь подыхаем. У них там всё хорошо, понимаешь? Вообще никаких бед, страданий. Им насрать на то, что происходит
