сюда жить перебраться? Тишь, благодать и воздух свежий. Земли навалом.
— А когда бесы придут, что делать будешь? И они обязательно явятся, как только поймут, где нас искать.
— Тоже верно, — вздохнул приятель. — Неужели нам теперь вот так и придётся всю жизнь в застенках прятаться?
— Может, и нет, но лучше быть к этому готовым. Вот только вся беда в том, что мы даже в кремле долго не просидим.
— Почему это? Сейчас мужики заднюю стену укрепят, и хрен кто к нам пролезет.
— А жрать ты что будешь? Лебеду и подорожник? Думаешь, в магазинах полки сами собой пополняться будут? Не вывезем мы такое противостояние. Если, конечно, в ближайшее время какое-нибудь решение не найдётся. Знать бы, как предки от бесов дома и земли защищали…
— Это да-а-а, — снова вздохнул приятель и уставился в окно.
— Да ладно, не куксись, — толкнул я его кулаком в плечо. — Что-нибудь обязательно придумаем. Человек ведь не просто так сволочь, мы же как тараканы, к любым условиям приспособиться можем.
Однако пауза в беседе затянулась, а затем и вовсе стало не до разговоров. Мы въехали в первый город, что расположился на пути к нашему дому. Таких мы должны будем проехать ещё три. Один совсем крохотный, типа нашего, и два побольше. Скорость сразу упала почти до тридцати километров в час. Во-первых, местность была незнакомой в том плане, что мы понятия не имели, как здесь всё могло измениться с момента вторжения. А во-вторых, хотелось получше всё рассмотреть.
Все маршруты мы выстроили заранее и внесли в память навигатора. Сейчас Мишка запустил первый, который позволял максимально объехать город. По большей части нас волновал исторический центр, ну и, естественно, храмы и кладбище. Как ни крути, а наша миссия носит спасительный характер, и чем больше людей нам удастся собрать под одной крышей, тем проще будет выживать. Да, ртов прибавится, но рук и дельных идей — тоже. Человек — существо коллективное, ведь не просто так мы стремимся перебраться в города покрупнее. Ещё среди выживших могут находиться посвящённые, что опять же, нам только на руку.
Однако город выглядел опустевшим, притом не только в плане людей: пока мы не встретили даже бесов. И это аргумент не в пользу жизни. По крайней мере, выводы напрашивались именно такие.
— Машина два, идём на второй маршрут, за нами не суйтесь, — произнёс в рацию я, а Мишка перестроил навигатор.
Теперь нам предстояло проехать по окраине, где располагалось кладбище. Но улочки и повороты там были настолько узкие, что у Коляна с его лайнером не будет возможности сманеврировать. Вот мы и решили, что лучше не рисковать. Пусть пока подождут нас в центре. Ничего страшного с ними не случится, если не станут покидать заговорённый транспорт. Хотя Коляна, пожалуй, заставишь…
— Тихо-то как, — почти шёпотом произнёс Миха. — Даже жутко.
— Есть такое, — согласился я.
А тишина действительно была такой, что давила на мозги. Непривычная современному человеку, словно нас в вакуум поместили или набили полные уши ваты. Днём, в кремле, всё равно раздавались звуки: вокруг кипела жизнь, суетились люди, работали генераторы. А здесь ничего, и от этого становилось не по себе. Мёртвый город, притом конкретно, даже собак бродячих нет. Бесы уничтожили жизнь подчистую, после чего и сами покинули это место. А ведь наверняка в первые дни после вторжения кому-то удалось выжить. Вот только продержаться они уже не смогли.
— Ладно, валим отсюда, — наконец решился я и вывел машину на центральную дорогу.
Город удалось покинуть спокойно, без приключений. Никто даже вслед посмотреть не вышел, как это было в столице области. Мы, конечно, успели насмотреться на мёртвые районы, но здесь ощущения казались гораздо острее. Может быть, оттого, что мы далеко от дома и в случае опасности нам попросту негде укрыться.
Вскоре показалась заправка. Ещё совсем недавно здесь кипела жизнь, от которой остались лишь жалкие воспоминания. Дорога, рядом с которой выстроили АЗС, всегда была оживлённой, и народу здесь хватало с избытком, даже в ночное время суток. Небольшая очередь и двух-трёх машин у каждой колонки — привычная взору картина. Правда, сейчас они уже никуда не поедут, потому как больше нет тех, кто ими управлял. Это скорее памятник былого величия, оставленный ушедшей цивилизацией.
Останавливаться мы не стали. Топлива сожгли всего ничего, а потому нет смысла рисковать. До своих мы без проблем доберёмся на том, что осталось в баке, а там уже и зальём под пробку. Посмотрим, если на обратном пути здесь будет так же спокойно и тихо, может, дополним бочки.
До следующего городка деревни шли одна за другой, а потому нам было совсем не до разговоров. Только и успевали головой крутить, рассматривая мёртвые пейзажи. Впрочем, здесь и раньше жизнь совсем не била ключом, часть домов стоит с заколоченными окнами, сколько я себя помню. Однако следы человеческой активности здесь всё же присутствовали, в смысле — тогда. Сейчас даже траву покосить некому, к концу лета за ней палисадников видно не будет.
Не знаю почему, но настроение с каждым разом становилось мрачнее. Вроде бы я и ожидал увидеть нечто подобное, но одно дело представлять, и совсем другое — вот так… Ещё эта чёртова способность активировалась. Та, что позволяет чувствовать настроение места. И теперь я во всей красе вкушал сосущую пустоту и забвение.
— Внимание, подъезжаем ко второй точке, — предупредил автобус Михаил.
— Принял, — вернулся ответ голосом Коляна.
Суда по тому, что вопреки привычке он не стал язвить, настроение у них тоже не фонтан. Я даже впервые захотел встретить бесов, чтобы было на кого выплеснуть злость. Но нет, они и не думали появляться, по крайней мере, пока.
Трасса разделяла этот посёлок на две равные части. Был он небольшой, и хоть проезжая его насквозь, не удавалось рассмотреть окраину, плутать по закоулкам мы не стали. Если здесь где-то и есть жизнь, то бесы обязательно выйдут на дорогу. Шума для этого мы производим достаточно, уж внимание наверняка привлечём. К тому же скорость мы снова снизили до минимальной. Но увы, снова никакого движения, очередной город-призрак, в котором даже животных не осталось.
Машина перевалилась через железнодорожный переезд, и вскоре мы вновь прибавили скорость. С обеих сторон от дороги раскинулись поля, и в поглотивших их сорняках было больше жизни, чем в только что оставленном городке. И это показалось мне странным. Ведь запах гниющей плоти просто обязан привлекать падальщиков, так уж устроено в природе. Все мы живём за счёт чьей-то смерти, как бы жутко это ни
