— Ничего страшного, Оля. Идите на место, — проговорил я бесстрастным голосом.
Что ему от меня понадобилось?
Секретарша вышла из кабинета, а я откинулся на спинку кресла. Я полагал, что у мерзавца не хватит наглости после всего содеянного заявиться ко мне лично. Но так даже лучше. У меня тоже было несколько вопросов к нему.
— Задумал против меня игру вести? — сходу набросился он. — Думаешь, я не в курсе, что прерываешь всю финансовую отчетность? Только ничего у тебя не получится! — оскалился Баринов.
— Почему нет? Я всегда стараюсь вычищать грязь. Отец этому научил. Отмывкой денег он никогда не занимался, и я не собираюсь начинать. Поэтому и устранить меня решил? А не рано списал со счетов?
— Руслан… — цинично протянул он, нахмурив брови. Баринов сел в кресло напротив меня. — Знаешь же, что один в поле не воин? Что и кому ты хочешь доказать? Едва не сел, деньги потерял… Ну, трахаешь ты эту сучку Ливановскую, так трахай себе на здоровье. Только принципы свои засунь себе в одно место, а? Иначе без ущерба для здоровья ты из этой ситуации не выберешься, — угрожающе произнес он. — Может после этого умнее станешь? Надавить на больное место нужно, чтобы задумался?
— Если ты приблизишься к моей семье, то деньги тебе понадобятся в одном случае: на погребение, — я изогнул губы в подобии усмешки. — Мне плевать — я сяду. Но сяду за дело. Если не захочешь решить все по закону, сложить полномочия на ближайшем совете директоров, и передать мне управление компанией, я подниму всю отчетность вплоть до того дня, когда умер отец, чтобы доказать твою вину. Будь уверен, я докопаюсь до истины, — произнес я стальным голосом.
— Ох, глупец, — выдохнул он и покачал головой. — Отца в святых записал? Выпиши, — гадко рассмеялся он.
— Я знаю зачем ты хотел меня устранить, только прогибаться под тебя я не буду и марать руки в грязи тоже. Отца в живых нет, и я сильно сомневаюсь, что ты не приложил к его смерти руку, если так поступаешь со мной.
— Заткнись, щенок! Знает он…
— Имею право не молчать! — я повысил голос. — А с учетом всего, что здесь… — кивнул на ворох бумаг, который лежал на столе. — Могу утверждать, что ты убираешь со своей дороги тех, кто вставляет тебе палки в колеса. Мало тебе? Больше нужно денег? Только зачем?
Баринов резко поднялся на ноги, окидывая меня ненавистным взглядом. Черты его лица окаменели.
— Не переживай за мои миллионы. Мне — не мало. Но лучше не стой у меня на пути, Руслан. Камиллу я трогать не буду, а вот ты и подстилки твои мне побоку, имей в виду. Если понадобится — всех сотру в порошок. Не перестанешь копать под меня, одними предупреждениями я не ограничусь. И научу тебя считаться с мнением старших. С детства ты своими выходками у меня поперек горла стоишь!
Баринов вышел из кабинета, а я несколько мгновений переваривал его слова, ощущая внутри странную опустошенность. «Не трону Камиллу», — эти слова резанули слух с такой силой, словно меня полоснули острыми лезвиями по коже, оставляя глубокие порезы. В любовницы ее захотел? Знал, что я никогда не допущу подобного и все это затеял, чтобы убрать меня со своего пути? Так она ему в дочери годилась… Дочь… Эта внезапная мысль, которая озарила меня вспышкой, въелась под кожу. Неужели в этом и заключалась причина неприязни и ненависти со стороны Баринова, которую я ощущал все эти годы? Я прикрыл глаза, злость отравляла и окрашивала внутри все темными пятнами, хотелось догнать старика и вытряхивать из него всю правду. Быть того не могло! Камилла не могла быть его дочерью! Я бы об этом знал… Но впервые за много лет у меня как-будто сложился пазл, а я увидел картинку, как она есть. В нашей семье все пошло наперекосяк спустя несколько лет после рождения Камиллы. Да, я никогда не был идеальным сыном: юношеский максимализм фонтаном бил изо всех щелей; я связался с плохой компанией, организовывал подпольные бои, отец без конца вытаскивал меня из передряг и больниц. А потом появился Баринов и вместе они с нуля подняли строительный бизнес, я потихоньку взялся за ум и подключился к работе. Неужели оба мужчин любили одну и ту же женщину? Мать поэтому хотела незадолго до своей смерти развестись с отцом? Хотела уйти к Баринову? Был только один способ подтвердить или наоборот опровергнуть свои догадки. Только что мне даст эта правда? Родителей в живых не было, а Камиллу, если выяснится, что у нас разные отцы, я оберегать меньше не стану.
=39
Руслан
— Ты слышишь меня, Руслан? — я не сводил с Камиллы пристального взгляда, но совершенно не слушал о чем она мне говорила, думал о сегодняшнем визите Баринова и не мог прийти в себя.
Меня не напугали его угрозы, но вот сама мысль, что Камилла могла быть его дочерью… А что, если это действительно окажется так? Сдать тест на ДНК мне ничего не будет стоить. Наше родство никуда не денется. Но почему Баринов молчал столько лет? Почему хотел меня убрать?
— Ты видишься с Бариновым? — спросил я.
— С Виталием Андреевичем? — Камилла посмотрела на меня задумчивым взглядом. — Иногда… Последний раз он звонил мне… — задумалась она. — Ну вот незадолго до всей этой истории с Ливановым, — Камилла пожала плечами. — Ты говорил у вас с ним проблемы? Серьезные?
Бред… Баринов на пушечный выстрел не подпустил бы к Камилле Ливанова, будь она его дочерью. Или у того был план? Подставить меня, убрать Ливанова и выставить все таким образом, чтобы двух зайцев убить: и меня с дороги убрать, и в глазах Камиллы предстать добрым самаритянином, который не оставил девочку одну после стольких бед? А ведь, если бы не Лена, то я ничего не узнал о готовящейся западне. Но если Баринов был отцом Камиллы, то как давно знал об этом и почему мне ничего не говорил? Зачем хотел меня убрать? Как-то все слишком сложно… Неужели я становился параноиком и теперь везде и повсюду видел то, чего на самом деле не было?
— Что там со организацией свадьбы? — я кивнул на планшет в ее руках. — Показывай, что нас ждет.
Камилла широко улыбнулась и придвинулась ближе. Спустя полчаса просмотра картинок и подробного рассказа сестры о празднике у меня разболелась голова. По идее, я должен был куда трепетнее относиться к вопросу организации собственной свадьбы, но мне, как и Жене, было все равно. И не потому что плевать было на свою будущую жену, нет. Меня тяготило, что за красивой оболочкой готовящегося торжества скрывалось уродливое прошлое наших отношений.
— Меня все устраивает, — бесцветным голосом произнес я.
— Ну и замечательно. Надеюсь, Жене тоже понравится. Как она?
— Нормально. Ей уже значительно лучше.
Мы еще немного поболтали с Камиллой, выпили по чашке кофе и разошлись на парковке каждый к своей машине.
— Ты ведь хотела, чтобы я подкинул тебя в клуб?
— Планы изменились, я взяла машину. Набери мне тогда, если оформление вы утвердите. Проект я скинула тебе на почту.
— Хорошо, я покажу вечером Жене, — я кивнул и проводил сестру грустным взглядом.
Камилла села в машину и завела двигатель, а я последовал ее примеру, забрался внутрь, но трогаться с места не торопился. Не знаю сколько времени прошло, но в реальность меня вернул телефонный звонок. Нахмурив брови, я смотрел на номер Лены, который высветился на дисплее. С чего вдруг она вспомнила обо мне в такой поздний час? Я поймал себя на мысли, что куда больше обрадовался бы звонку Жени, только она не звонила, и даже не спрашивала, когда я вернусь. Неужели ее и в самом деле устраивали такие натянутые отношения и мое полное безразличие?
— Руслан… — услышал плач Лены на том конце связи. — Баринов… Его люди… — заикающимся голосом говорила она. — Мне страшно…
Я нахмурился еще сильнее. Баринов начал приводить угрозы в действие, начиная издалека?
— Что случилось, Лена? — серьезным голосом спросил я.
— Мне разгромили весь офис. Угрожали… Мне страшно… Я ведь шла свидетелем по тому делу, Баринова прикрыли, почему он на свободе? Надеюсь, это временно? Руслан, что происходит?
