нагромождений мертвого железа. И провалившийся в сон, едва свалка дирижаблей исчезла, скрытая проплывающими под шлюпом облаками. А еще он помнил притащенные мальчишкой на стоянке продукты. Кто бы мог подумать, что об ужине для шестерых взрослых будет заботиться тринадцатилетний мальчуган, проживший год с лишним на свалке дирижаблей, вдали от людей и заслуживший прозвище Отшельник от единственного человека, которого можно было бы назвать его другом? Да, во время того ночного перелета Мирон много чего рассказал о своем странном приятеле…
Тем неприятнее было увидеть, как ведет себя Хельга в отношении человека, без тени сомнения бросившегося на помощь ее отцу… Не по приказу и не в надежде на награду. Просто потому, что так правильно! Впрочем, чего еще ожидать от дипломницы? Такая же напыщенная идиотка, как и все ее однокашники. Тоже мне, «элита неба»! Гонора больше, чем мозгов. Летуны в белых перчатках, ни разу не бывавшие в машинном отделении… тьфу!
— Так ты считаешь, что этого будет достаточно? — Звонкий голос мальчишки, входящего в гостиную, из которой его недавно выставила Хельга, заставил Ветрова отвлечься от дальнейшего осмотра домашней библиотеки Завидичей.
Тоже, кстати, показательное зрелище. Единственная серьезная книга среди всего этого сборища слезливых романов как раз и послужила причиной дурной выходки Хельги… И почему-то Святослав ни на секунду не усомнился, что как раз эта самая книга принадлежала отнюдь не вспыльчивой хозяйке дома… Стоп-стоп-стоп. О чем речь? Ветров взглянул на остановившихся у окна Завидича и его сейчас чему-то довольно кивающего подопечного.
— Что ж, тогда так и поступим. Одну сотню гривен я передам в департамент, а вторая пусть станет оплатой за мое проживание здесь… и за услуги доктора.
— Кирилл, это уж слишком, — прогудел Завидич, но мальчишка только плечами пожал.
— Я же не тебе их плачу, а Хельге… так сказать, за хлеб, за соль, за ласку и приют, — проговорил он под ошеломленно-возмущенное аханье дочери Завидича, да так, что только идиот не понял бы издевки.
И Ветров не сдержал ухмылку. Ай, молодца, парень. Уел дуру!
Глава 12
Знакомые все лица…
Из дома Хельги я съехал тем же вечером, сразу после того, как с вежливой улыбкой вручил девушке десяток червонцев. Ну как вручил… в подол ссыпал, пока она глазками хлопала. То еще оскорбление на самом деле, если бы взрослый мужик такое учудил. Но мне-то тринадцать лет, и на барчука, откупающегося от забеременевшей девки, я совсем не похож. Кто ж поверит, что мальчишка со свалки о таких вот древних мелочах понятие имеет? Ну а то, что тамошний мой тренер не только бою учил, но и кое-каким тонкостям этикета, а вместе с ним и искусство изящного оскорбляжа, по его же собственному меткому выражению, стороной не обошел, здесь никто не знает. И не надо. Пусть лучше считают случайностью. Обидной, конфузной… но уж никак не умыслом.
Собственно, так и вышло. Правда, в глазах дядьки Мирона мелькнуло на миг сомнение, но, кажется, выходка дочери его так из себя вывела, что он предпочел ничего не заметить. Ну да я и не рассчитывал, что мне удастся ввести его в заблуждение. За последние полтора года дядька Мирон очень хорошо меня изучил, и уж то, что я не склонен к дешевым эффектам, да и вообще стараюсь не делать лишних телодвижений, он знает точно.
Большую часть имевшейся наличности, не обращенной в дорожные чеки, я отдал на хранение расстроенному происходящим опекуну. После чего попрощался с теткой Еленой, договорился с Завидичем о встрече, погрузил в багажный кофр вызванного «емельки» собранные вещи и укатил в порт. Надеюсь, Кузьма Николаевич не обидится на меня за поздний визит.
Не обиделся. Удивился, это да… особенно когда увидел количество привезенных мною книг, нашедших свое новое пристанище в рундуке под койкой. Немного неудобно, да, но в шкафу им места точно не найдется. А мне же еще нужно и одежду где-то хранить, да и прочие мелочи…
Воспользовавшись тем, что до начала моей службы осталось еще двое суток, на следующий день после заселения я отправился в город на прогулку… ну и по делам. Не сидеть же мне в пустом дирижабле? Был бы на месте тот же боцман, я бы, может, напросился на продолжение экскурсии, но, кроме охраны, на дирижабле никого не было. Даже ухажер Хельгин и тот решил посвятить этот день работе в конторе.
Эх, вот вляпался я с этой дурой. Была же нормальным человеком, а тут как вожжа под хвост попала. И ведь чую, чую, что она еще устроит мне веселую жизнь на «Фениксе», да куда ж теперь спрыгнешь… Хм, и надо ли?
Я почесал в затылке и сплюнул. Да какого черта? Вон там пять лет от дурных родственников отбивался, а здесь только хвост неприятности показался, а я уже задумываюсь о том, как половчее драпать? Ну нет, посмотрим еще, кто кому в супчик перчика положит.
Дядька Мирон дожидался в той самой кофейне-пекарне, где у меня не так давно произошла стычка с похмельным идиотом…
На этот раз никаких эксцессов не было. Опекун занял столик на улице, под «маркизой», и к моменту моего прихода перед ним уже дымилась пара чашек — кофе для Завидича и какао для меня, а на тарелке лежали те самые пирожные, что мне так и не удалось попробовать в прошлый раз.
Никакого желания обсуждать вчерашнее происшествие в доме Хельги у меня не было. Да и дядька Мирон, кажется, совсем не горел желанием поднимать эту тему. А посему мы ограничились текущими делами. Завидич продемонстрировал мне письмо, написанное контр-адмиралом Несдиничем директору флотского училища, и, заметив мою улыбку, хмыкнул:
— Матвей Савватеевич — человек слова. Ты сдержал данное обещание, он ответил тем же. Так что допивай какао, и поехали в училище. Только учти, директор может устроить тебе экзамен прямо на месте. Ты к такому готов?
Я уверенно кивнул, одним глотком допил какао и встал из-за стола.
— Шустрый, — одобрительно кивнул Завидич, в свою очередь опустошая чашку. Ну а пирожные… я их еще раньше съел.
Опекун бросил на стол куну чаевых, тут же исчезнувшую вместе с пустой посудой, и мы отправились в порт. Именно там, недалеко от огромного краснокирпичного павильона вокзала, расположилось небольшое скромное здание, готовящее офицерский состав Вольного флота. Пожалуй, лучшее учебное заведение подобного толка во всей Новгородской республике, и точно одно из лучших в конфедерации.
К моему удивлению, подача документов на обучение в училище много времени не заняла, хотя, как и предупреждал Завидич, мне, не сходя
