У таких людей на выгоду особое чутье! Они своего не упустят, невзирая ни на какие кодексы, древние заветы и бубнежку жрецов. Впрочем, жрецы в Кредоне давно поняли: бубнить надо то, что пришедший в храм человек и сам хочет услышать, иначе не видать им щедрых пожертвований.
Оттого Кредонская республика и процветает, с каждым годом становясь все сильнее, а не чахнет под гнетом всяких там правил и традиций.
И что интересно — ведь было время, находились люди, которые говорили, что без ограничений республика развалится сама собой, погрязнет в коррупции и стяжательстве. Но! Пусть даже чиновники да офицеры, служа Кредону, и правда не забывают про свой карман, так ведь и сама республика находит способы изрядно этот карман опустошить, коли действия гражданского служащего или офицера нанесут ей ущерб. Так что такого повального воровства, как в армии и флоте Тооредаана, в Кредоне не наблюдается. Потому как…
— Простите, ваша милость адмирал! — прервал его размышления вахтенный помощник. — Сдается, наша добыча прибавила скорости.
— Хм… Очередное течение? — спросил контр-адмирал.
— Похоже, они поставили больше парусов, — отрицательно покачал головой помощник.
— Жест отчаяния! — самодовольно констатировал оу Раавиинг. — Видят, что мы их догоняем, и теряют разум. Их лоханка не выдержит такого напора и скоро окажется в наших руках. Впрочем, у нас запас прочности еще есть. Прикажите отпустить пару рифов на гроте и поднять стаксель. Что там с «Беспокойным»?
— Поменял курс вслед за нами, — отрапортовал вахтенный. — Идет в трех верстах позади.
— Им же хуже, — позволил себе пошутить контр-адмирал. — Лишатся возможности торговаться из-за призовых! Корабль к бою готов?
— Так точно, ваша милость! Крюйт-камера и арсенал открыты. Первые заряды доставлены на батарейную палубу. Боцманы готовы раздать сабли и мушкеты на случай абордажа.
— Что ж, если я что-то понимаю в морском деле, — усмехнулся контр-адмирал. — Все это нам понадобиться в течение ближайших трех часов.
Да, оу Раавиинг оказался полностью прав. Спустя примерно полтора часа преследуемое судно вдруг резко сбросило скорость. Что там у них не выдержало напора ветра — издалека было не понять… Может, дело и вовсе было не в этом, а в цепи островков, которых достиг кораблик, вернее — в сложном фарватере между ними. Хотя лоцман с полной уверенностью утверждал, что без проблем проведет тут корабль с осадкой «Беспощадного», так что можно было не сбрасывать ход и попытаться побыстрее настигнуть пирата, пока он не спрятался в крысиную нору.
После очередного поворота пират и правда пропал. Но лоцман только усмехнулся и уверенно повел корабль в лабиринте островков. Ага. Вот они… За стеночку спрятались! Если бы не хорошо знающий эти воды человек, то оу Раавиинг мог бы пройти мимо, не заметив эту щель между скалами.
— Ха-ха, — усмехнулся лоцман. — У нас это место любой мальчишка знает. Приют Контрабандиста называется. А они небось думали тута спрятаться… Теперя попались, второго выхода точно нет!
Две высокие продолговатые скалы образовывали здесь этакое укромное ущелье-бухточку, судя по цвету воды — глубокую. Вход закрывал третий остров — большой, хотя и без бухты или даже пляжа, на который можно было бы высадиться. Так что без особой необходимости едва ли кто-нибудь туда бы поплыл. Не знающему здешних мест человеку действительно представлялось, что это некий цельный остров.
Но, к счастью для кредонцев и к несчастью для пиратов, оу Раавиинг заранее подыскал проводника, который указал на пиратский тайник. Вот что значит опыт и мудрость!
— Выхода с другой стороны точно нет? — поинтересовался на всякий случай мудрый контр-адмирал.
— Рифы тама, — кивнул проводник. — Здоровые зубья со дна торчат, в отлив даже над водой подымаются. Так что точно не сбегут.
— Что ж, — улыбнулся оу Раавиинг и начал говорить, кажется обращаясь не столько к своим офицерам, сколько к самому себе. — Войдем в горловину бухты. До них будет примерно треть версты. Борта у этого суденышка особо прочными не кажутся, так что можно их будет прямо оттуда расстрелять. Едва ли калибр их пушек позволит дать нам достойный ответ. Но если это тот самый kliper, про который столько болтали, нам куда выгоднее взять его целым. Торговая палата назначила за него особое вознаграждение. И немалое! Да и слава… Ради этого я, пожалуй, даже готов оставить пиратам жизнь и свободу. Высадим их на любом из этих островков. Глядишь — сами подохнут. А кораблик достанется нам без единой царапины! Да и в трюмах может найтись что-нибудь ценное, особенно если это купец! Лоцман, мы сможем туда войти и развернуться бортом?
— Ежели за шлюпками тащить — так легко! — заверил опытный моряк.
— Тогда боцманам играть команду «К бою!», — начал распоряжаться контр-адмирал. — Шлюпки на воду. Первый помощник, вы командуете гребцами. Порты по правому борту открыть. Пушки зарядить. Морскую пехоту на палубу, стрелков на мачты. Поднять сигналы «Приказываю сдаться» и «Высылаю парламентера». Второй помощник, на ялик, готовьтесь передать им мой ультиматум.
На кредонском флоте вообще была железная дисциплина. А уж после того как боцманы отыграют на своих дудках сигнал «К бою!», все команды выполнялись только бегом.
Однако даже несмотря на такую поспешность, прошло еще не меньше сорока минут, прежде чем «Беспощадный» смог войти в «ущелье» и развернуться к противнику правым бортом, зияющим открытыми орудийными портами, из которых, словно бы сама смерть, выглядывали жерла пушек.
Все внимание было сосредоточено на траверзе по правому борту, и потому вышедшие из-за большого острова три корабля кредонцы заметили не сразу. А когда заметили…
Нет, поднять порты и даже зарядить пушки левого борта кредонская команда успела. Те, кто прошел «матушкину» науку, умеют действовать быстро, но без суеты. Но, увы, первые залпы все равно сделали пираты.
Эти три корабля хоть и не сильно превосходили в длину заманившего сюда кредонцев «беглеца», тем не менее, были более массивными и несли куда более тяжелую артиллерию. Каждый по отдельности для корабля ранга «Бесстрашного» был неопасен. Но их было три… И четвертый — в глубине бухты, прячущийся в длинных вечерних тенях, что бросали высокие скалы по обоим берегам.
И тем не менее первый пристрелочный залп кредонских канониров был довольно точен. Преследуемый кораблик стоял, развернувшись носом к выходу (когда только успели?), и когда дым более-менее развеялся, бушприт суденышка беспомощно висел на леерах и канатах, а гальюн сверкал свежей древесиной пробитых в стенах отверстий.
