Как видно из документов, Н.И. Тихомирову не удалось реализовать свою идею до 1919 г. 3 мая 1919 г. он обращается к управляющему делами Совнаркома В.Д. Бонч-Бруевичу с письмом следующего содержания: «Позволю себе побеспокоить Вас по делу огромной важности для республики… Это изобретенные мною особого типа воздушные и водяные самодвижущиеся мины, причем воздушная мина представляет собой одновременно снаряд и орудие… Я считаю своим долгом просить Вас оказать содействие…»20
Изобретением заинтересовался Главком вооруженными силами Советской республики С.С. Каменев, и вскоре Н.И. Тихомиров получил возможность для осуществления своего изобретения: ему была выдана субсидия, предоставлено помещение для лаборатории, выделен контингент сотрудников. И 1 марта 1921 г. при военном ведомстве начала свою работу первая в нашей стране научно-исследовательская и опытно-конструкторская организация по разработке снарядов на бездымном порохе – Лаборатория по разработке изобретений Н.И. Тихомирова.
И уже 2 марта 1921 г. начальник Штаба Красной Армии П.П. Лебедев в письме на имя А.И. Рыкова писал: «Главком, рассмотрев проект изобретенной т. Тихомировым мины, уже рассмотренного Комитетом изобретений и Лрткомитетом ГЛУ, и признав огромное значение этого изобретения для армии, просит не отказать в реальной помощи изобретателю путем предоставления в его распоряжение необходимых материалов и инструментов… для изготовления модели мины…»21
Таким образом, Н.И. Тихомирову были созданы все возможные условия для творческой работы. Лаборатория начала функционировать в Москве. Краснопресненский совет отвел небольшой двухэтажный дом № 3 по Тихвинской улице, оборудованный под мастерские и работы с порохами. Лаборатория была укомплектована штатным персоналом, ей отпускались материальные и финансовые средства. Часть работ проводилась непосредственно на квартире Н.И. Тихомирова.
Тогда же Н.И. Тихомировым были разработаны проекты мин с воздуховсасывающим эжектором и чистой ракетной (без эжектора). При одном из посещений ГАУ Н.И. Тихомиров познакомился с инженером-пиротехником В.А. Артемьевым. В письме от 6 мая 1921 г. постоянный член Артиллерийского комитета, военный инженер Н.И. Жуковский отмечал: «Для участия в работах по осуществлению изобретения, по взаимному соглашению между мною и инженером Тихомировым приглашен помощник мой по должности технического руководителя Лртскладов, сотрудник VI отд. Арткомитета, знаток ракетного дела В.А. Артемьев…»22 Вскоре он стал помощником Н.И. Тихомирова и руководителем работ по испытаниям.
5 марта 1921 г. проект был тщательно рассмотрен на совещании в ГАУ. Его участники акцентировали внимание на трех направлениях: на быстрейшем завершении работ по изысканию состава и формы бездымного пороха; на получении простейшего и надежного типа изоляции зарядов друг от друга; на разработку чертежей «камеры энергии» и диафрагменного затвора. Было также решено подтвердить практикой правильность положений и расчетов, выполненных Н.И. Тихомировым.
Вначале Лаборатория Н.И. Тихомирова финансировалась Отделом военных изобретений (ОВИ) Комитета по делам изобретений (Комподиз) ВСНХ, но с декабря 1922 г. ОВИ оставил за собой лишь техконтроль, а финансирование решением Начальника артиллерии РККА перешло к Главному артиллерийскому управлению (ГАУ). Время было трудное. Снабжение и финансирование Лаборатории шло с перебоями. В июне 1922 г. Тихомиров ходатайствует о командировании в Германию одного из своих сотрудников с целью приобретения оборудования для Лаборатории, но отсутствие средств не позволяет это осуществить.
Решением Президиума ОВИ от 14 декабря 1923 г. техотчет Н.И. Тихомирова о работе его Лаборатории в 1921–1922 гг. был передан В.П. Ветчинкину «для проверки расчетов».
Вначале в Лаборатории были изготовлены толстосводные пироксилиновые шашки на летучем растворителе, разработанные преподавателем, затем профессором Артиллерийской академии И.П. Граве еще в 1915–1916 гг. Однако их расслаивание вынудило искать рецептуру, основанную на нелетучем растворителе.
Талантливый инженер-самоучка В.А. Артемьев. Москва, серед.
1930-х гг. Фото из архива автора
Круг специалистов, занятых разработкой тихомировского проекта, расширялся. В частности, под руководством изобретателя сотрудники отдела порохов и взрывчатых веществ Государственного научно-технического института опытные инженеры О.Г. Филиппов и Серебряков, а также бывший капитан русской артиллерии и выпускник Артиллерийской академии РККА 1919 г. С.А. Сериков приступили к исследованиям, имеющим целью получение бездымного пороха на разных нелетучих растворителях.
В 1924 г. под руководством Н.И. Тихомирова были созданы рецептура пороха ПТП, о чем он докладывал на заседании Комиссии артиллерийских опытов (КОНАРТОП):
«Мне удалось с помощью сотрудников Серебрякова и Филиппова получить… удовлетворительный состав реактивного пороха. Опыты зафиксированы кривыми… Можно уже получать пороха, горящие с различной скоростью…»23
А вот что писал об этой работе Н.И. Тихомирова инженер Д.А. Вентцель: «…B этой области в КОНАРТОП по заданию Лрткома работает Броунс. Объединять его работы с работами Тихомирова не следует, т. к. Тихомиров ушел дальше Броунса и приступил к разработке ракетного снаряда…»24 А в марте 1925 г. на заседании технического совета ОВИ ГУВИ ВСНХ принимается постановление по ускорению работ с форсовым составом для мины Тихомирова, с поручением разработки этого состава отделу порохов ГИПХа.
С 1924 г. основные работы Лаборатории, связанные с разработкой бездымного пороха, стендовыми испытаниями и опытными стрельбами на полигоне проводились в Ленинграде. Поэтому в том же году Лаборатория переехала в Ленинград, где находился Главный артиллерийский полигон.
В 1926–1927 гг. сотрудники Лаборатории Н.И. Тихомирова проводили испытания по внутренней баллистике в подвальном помещении ГИПХа. Опытные камеры и опытные образцы корпусов ракетных снарядов изготавливались в мастерских Главного артиллерийского полигона.
Историческим событием явились состоявшиеся 3 марта 1928 г. успешные стрельбы реактивными снарядами на бездымном порохе. Вот что писал в своих воспоминаниях об этом их участник В.А. Артемьев:
«Первая стрельба активно-реактивными снарядами из миномета Ван-Дерена, с получением положительных результатов, была произведена 3 марта 1928 г. При стрельбе одним активным зарядом дальность получалась около 300 м., а при совмещении с половинным реактивным зарядом дальность была получена 1300 м. Этой стрельбой не только в СССР, но практически во всем мире был осуществлен ракетный снаряд на бездымном порохе… Произведенная стрельба заставила обратить серьезное внимание начальства на дальнейшее развитие ракетной техники и в апреле 1928 г. лаборатории присваивается название ГДЛ ВНИК при РВС СССР. К этому времени кол-во работающих в лаборатории, считая подсобный персонал достиг 10 человек…»25
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
