услышал я хохот Ченгера в своей голове.
И на этот раз я тихонько посмеивался вместе с ним. Это не было безумием, я действительно видел, что иначе мне все равно не получится занять то положение в мире, которого я заслуживаю.
В конце концов, добрым словом и пистолетом можно добиться большего, чем просто добрым словом.
Глава 19
Адские гончие скалили пасти, поглядывая по сторонам. Пятерка отправившихся со мной дружинников смотрелась крайне грозно верхом на чудовищах, призванных моими амулетами. На бедре у каждого болталось по револьверу, еще один покоился на поясе. Портальная магия была только в одном, парный артефакт предназначался исключительно для продавливания вражеской защиты — и бил заклятьями не ученика, а подмастерья.
Надраенная униформа блестела в обеденном солнце. Даже мелькавшие на горизонте облака не мешали бликам на металлических частях доспехов.
Я же надел свой лучший костюм — из тех, что подобрала для меня Дия. Черный плащ с гербом Чернотопья во всю спину, высокий воротник, покрытый орнаментом. Белая рубашка с воротником-стойкой, темные брюки из дорогой ткани, названия которой я даже не пытался запоминать, и начищенные сапоги, в которых можно было смотреться.
На чудовищах не было упряжи, но гончие послушно выполняли команды ездоков, а народ вокруг пялился на нас, уже не спеша разбегаться. За нашими спинами собиралась толпа горожан, медленно стекающихся к городской ратуше. Люди Фолкбурга тоже одевались празднично, тем более и повод был соответствующий.
А у самого здания магистрата нас приветствовал почетный караул во главе с Николасом Фолксом. Я смотрел четко перед собой, сохраняя безразличное выражение, и когда горожане вдруг закричали здравницы, приветствуя меня, мне с трудом удалось удержать лицо.
Настолько теплой встречи со стороны жителей Фолкбурга я не ожидал. Впрочем, стоило мне спешиться, как я уже улыбнулся подходящему ко мне бывшему коменданту. Николас поклонился мне, приветствуя в соответствии с этикетом.
— Ваша милость, — произнес он, и я, уже открыто улыбаясь, похлопал его плечу.
Фолкс выпрямился и, глядя на меня, замер. А я дал знак «Рысям» спешиваться. Дружина синхронно покинула спины чудовищ, и гончие растворились в воздухе, возвращаясь обратно в свой слой реальности.
— Жители славного города Фолкбурга! — провозгласил я, оборачиваясь так, чтобы меня было хорошо видно. — Я, барон Чернотопья Киррэл Шварцмаркт, очень рад вновь оказаться здесь! Ваш город всегда был добр ко мне и моей супруге, и я хочу, чтобы каждый из вас знал — я всегда буду на вашей стороне.
Толпа восторженно загомонила, и я выждал, пока народ успокоится.
— Но что слова, если они не подкреплены делом, верно? — вновь повысив голос, заговорил я. — А потому у меня будет небольшой подарок для каждого из вас. С сегодняшнего дня моя семья вложит десять пфеннингов с каждого гроша, который принесет лавка «Магических товаров дядюшки Рэла» в благоустройство города Фолкбурга! А в следующем году семья Шварцмаркт откроет свою школу в вашем городе, которая займется обучением мастеров, чтобы те смогли кормить свои семьи, независимо от того, что удумают аристократы, живущие вокруг славного города!.. Фолкбург был и останется свободным от посторонних!.. И Чернотопье ему в этом поможет!..
Народная любовь стоит дешево. Вряд ли кто-то будет рассматривать такой союз как способ обогатиться с моей стороны. Сегодня гораздо важнее получить рабочие места, которые будут оплачиваться. Репутация нашей лавки, а после и Дии, как ее хозяйки, позволяет воспользоваться полученным доверием. Мы были такими же гражданами Фолкбурга, и почти треть жителей мы знаем по именам, включая всех членов семьи.
И у меня уже готов список мастеров, которых я заберу в любом случае. В Чернотопье им найдется подходящая работа. А с работающим порталом и возвращать их домой после очередной вахты не станет проблемой.
Николас хмыкнул, но, кроме меня, никто его не услышал. Я не стал сразу же оборачиваться к капитану, сперва поднял руку, вновь призывая толпу к тишине.
— А теперь, друзья, празднуйте и веселитесь! И помните — темное время позади. Я пришел в Фолкбург, и отныне ваша жизнь будет только лучше!..
Только после этого я повернулся к Николасу, не переставая улыбаться, и Фолкс повел меня к распахнутым дверям ратуши. Стоящие на пороге бургомистры вежливо растягивали губы, изображая радушие, но я подозреваю, мое выступление, порушило им какие-то возможные планы.
Впрочем, это было уже не важно. Все сказанное я был намерен исполнить, и бургомистрам достанется своя доля славы и доходов. Налогов никто не отменял, да и наш союз будет выглядеть так, будто это они все сделали для налаживания наших крепких отношений. Если не зарвутся, ждет Фолкбург появление несменяемой власти. Аристократии в миниатюре.
За спинами стражников стояли представители гильдий и зажиточные горожане, которым было не к лицу ожидать появления высокого гостя в общей толпе. Они же были основными участниками для сегодняшнего аукциона. И кое-кто уже явно запланировал, какой уникальный артефакт закажет на этот раз.
— Ваша милость, — склонили головы второй и третий бургомистр, а первый шагнул вперед.
— Мы рады приветствовать вас вновь в этих стенах, барон Шварцмаркт, — произнес он.
— Как и я — быть здесь, господа бургомистры, — ответил я. — Но я вижу здесь скучающих глав гильдий, которые явились на этот прием с определенными деловыми предложениями. Не станем затягивать и начнем наш праздник?
— Разумеется, ваша милость, — ответил тот, и жестом пригласил меня войти под своды ратуши.
* * *
Крэланд. Северо-западный торговый тракт.
Постоялый двор, не так давно переживший капитальный ремонт, все еще носил на себе следы минувшей войны. Вместо густого зеленого леса — выжженная земля, с которой ветер то и дело приносил грязь и сажу. Сами постройки из-за этого, несмотря на молодость, уже выглядели так, будто простояли несколько поколений.
Да и хозяин, переживший бойню аристократов, обилием гостей похвастаться не мог. Если раньше торговые караваны постоянно сновали туда-сюда, перевозя товары и людей, теперь основной контингент упал до заезжих королевских солдат, следующих на границу и обратно, да редких путешественников, которых долг обязывал ехать в недавно враждебную страну.
От этого доходы серьезно снижались, и если так продолжится и дальше, придется бросать свое дело и бежать в глубь страны, надеясь, что накоплений хватит хотя бы на то, чтобы организовать новый постоялый двор. Как раньше, о безбедной старости уже теперь приходилось только мечтать.
А потому явление целых пяти карет, показавшихся на дороге ближе к закату, удивило худого хозяина. Разглядеть гербы благородного рода, изображенные на дверях транспорта, он пока еще не мог, но и жену и помогающих по хозяйству детей решил предупредить, чтобы готовились.
Аристократ на торговом тракте был едва ли не первым с минувшей войны. И упускать
