На двух стульях не усидеть — истина.А я отчаянно пытаюсь… Пытаюсь быть хорошей для родных настоящей Янлин, но при этом оставаться с Ли Шеном, которого род Ян люто, болезненно ненавидит.
В одном теле слишком мало места для Рады и Янлин…Я не могу идти за своими желаниями и при этом хранить уважение к желаниям Ян Янлин. Мы разные люди с ней, незнакомые, чужие.
Пора делать выбор…И я выбираюсебя!
Наставив на Ян Ана меч, хладнокровно произнесла:
— Покиньте территорию фракции Северо-Восточных Вершин.
Парень закусил губу, удручённо вымолвил:
— Я всё понял…
..И вдруг горечь обернулась ненавистью, загорелась в его глазах пламенем, забурлила, словно магма. Ян Ан напал на меня. Яростно.
Удар, удар, удар…
Я отражала его атаки, уклонялась от них, нападала сама. После каждого удара я видела тень растерянности в очах «брата»—ещё бы! — настоящая Ян Янлин никогда бы не смогла стать такой, какой сумела стать я. И Ян Ан знает это, но не знает, что перед ним не родная сестра, а совершенно другой человек.
— Смотрю, связь с демоном пошла тебе на пользу, — бормотал сквозь зубы и параллельно сражался.
Я не отвечала, продолжая безмолвно отражать атаки.
Если Ян Ан бился, что есть мощи, вкладывая в каждый удар всю ненависть, то я была легкой и грациозной, исполняя демонический танец. Плавные движения и мерная поступь, льдистый холод в глазах, бесстрастие и покой на душе.
Спокойствие — суть демонического боевого искусства.
— Предательница! Тебе должно быть стыдно! Позор семьи!
Из-за безрассудства и неистового желания отомстить мне, Ян Ан и проиграл.
Я выбила из рук меч, а брата оттолкнула, приставив к его горлу острие клинка Света.
— Ты проиграл.
В момент, когда пал Ян Ан, была проиграна вся битва…
Звуки вокруг исчезли, доносился лишь шум ветра, который забирал за собой страдания павших и горечь битвы. В глазах «брата» застыл ужас, он дрожал, ожидая гибели. Я нагнулась к нему, сорвала с его груди герб фракции Северных Вершин и спрятала в карман, меч убрала.
— Возвращайтесь. И отзови армию. Больше никогда, слышишь?Никогдане возвращайтесь сюда.
* * *
— Мы победили, — пролепетала я в пустоту.
..Победа сладко таила на языке, приятными мурашками ползла по коже, горела огнями в глазах и сияла улыбкой на губах. Подобно солнечным лучам в душе расходилось предвкушение, когда о победе расскажу Ли Шену. Я рисовала в голове его удивленное лицо и задорно смеялась. Багровели щеки — это я представляла, как демон наградит меня поцелуем.
Уверенность в себе бабочками трепетала в грудной клетке, ведь я смогла,смогла…Повела воинов за собой в битву, и мы одержали победу. Противники сломлены. Я приняла правильные решения и грамотно составила стратегию битвы.
Я смущенно улыбнулась, вспоминая себя из прошлой жизни: сижу за кассой в продуктовом магазине, обслуживаю клиентов, спрашиваю их про пакеты и способ оплаты; нервничаю, когда очередная бабушка обвиняет меня в неправильной сдаче, хотя я посчитала всё правильно, объясняю ей, но тщетно; радуюсь перерывам, во время которых я ела свои бутерброды, а параллельно в заметках писала отрывки книг.
И могла я подумать, что однажды выиграю в схватке людей и полудемонов?..
Даже не знаю, что мне помогло. Удача? Случай? Плохой план врагов? А может, это просто я поступила хитро и правильно? Не зря ведь проходила обучение. Командиры учили не только боевым искусствам, была и теория, мы разбирали разные случаи… Может у меня талант? Или «опыт», помню, рисовала на бумаге целые карты государств, которые придумывала для книг, а потом описывала сражения.
Писатель — человек разносторонний: он и психолог, и менеджер, и маркетолог, а паройи… военный стратег.
Размышляя, я погрузилась в горячую воду по шею и прикрыла устало глаза. После сложного дня хотелось отдохнуть.
Просторная купель. Качающиеся на воде лепестки цветущего персика. В воздухе парит цветочный, сладковатый аромат. Тишина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я медленно приподнимаю руку к свету, вода ласково гладит кожу, рассматриваю ладони, пальцы, ногти. Замечаю небольшой шрамик на указательном пальце, с любопытством рассматриваю его, понимая: он получен не мной, а настоящей Ян Янлин.
Настоящая Ян Янлин…Для меня что оскорбление, это имя резало слух. Я завидовала незнакомой девушке только потому, что она родилась в Поднебесной. Её время не утекло как моё, будто песок, который разносит ветер. Она — героиня на шелестящих книжных страницах, рисованный персонаж на обложке, момент в жизни читателя. И я завидовала ей, ведь, когда выберусь, от меня в истории ничего не останется, а Янлинбудет.
Набрав в ладони воду, умыла ею лицо, сделала глубокий вдох, запрокидывая голову. Пальцами провела по мокрым волосам, перевела их на шею, сглатывая болезненный комок, подкативший к горлу.
Перед глазами стоял образ Ли Шена. Хочется коснуться его, тяну руку, но вдруг иглы по сердцу, и понимаю: он плод моего воображения, иллюзия. Образ демона разлетается на множество частиц, кружащих вокруг меня черными лепестками роз. Я опустила голову, прижала к себе колени, обхватила их руками.
Интересно, когда я вернусь домой, вернется ли настоящая Янлин? Вдруг её подсознание освободится от оков небытия и возвратится в тело, она очнется словно ото сна и, как в недалеком прошлом я, не будет ничего понимать. Откажется ли от Ли Шена, или… примет?!
Иногда я признавалась себе, что не хочу возвращаться в серый реальный мир, в свою скучную жизнь… Не хочу терять Ли Шена, не хочу терять себя новую. Чувство, схожее со временем, проведенное за чтением, когда книга — как маленькая вселенная, цветущий сад, гуляя по которому не хочется возвращаться в земное бытие.
Я набирала воду в ладони и обливала себя, больше, быстрее… Дыхание было прерывистым, коротким. Горло сжималось от подступившего чувства горести. Я медленно выдыхала, пытаясь освободить голову от мыслей, потому что чем большее размышляла о будущем, тем становилось болезненнее в области сердца.
— Мы победили, — прошептала, пытаясь себя развеселить хорошей новостью, даже улыбалась, но… грустно.
Я резко встала. Вода с шумом и брызгами разошлась тревожными волнами. Капли скользили по телу. Лепестки цветущего персика качались на водной глади.
Я ступила на мраморную ступень, взяла рядом лежащий парчовый халат цвета камелии и надела, пояс завязала на талии. Волосы вытерла полотенцем и, всплеснув ими по воздуху, запрокинула назад, потом я направилась в спальню.
Там меня ждала «служанка» с очень знакомыми, цвета неба, глазами — Муз. Он подмигнул и учтиво поклонился:
— Госпожа Ян.
Я усмехнулась.
— Что ты здесь делаешь? — спросила и прошла к невысокому столику, села за него, взяла зеркальце и посмотрела на себя в отражении.
— Пришел навестить, — тихо ответил Муз и подошел ближе, вставая позади, взял со столика кедровый гребень и им начал неспешно расчесывать мои волосы. — А ещё поздравить с победой, — его отражение в зеркале ласково улыбнулось.
— Да, — печально выдохнула я, — победа за нами…
Муз вскинул бровь, поинтересовался:
— Ты не рада?! — он смешно надул губы, продолжая расчесывать мои волосы.
— Конечно, рада, но…
— Но-о? — подхватил вопросительно Муз.
Я отложила зеркало и сложила руки на столе, вдумчиво глядя перед собой.
— Меня не покидает чувство, что скоро вернусь домой…
Муз радостно улыбнулся:
— Это ведь хорошо!
— Да, наверное… — мрачно процедила я.
Поставщик вдохновения перекинул на перед несколько прядей, и начал тщательно прочесывать следующие.
— Почему мне кажется, что ты не хочешь возвращаться?!
— Я сама себя не понимаю, — честно призналась. — Просто… — голос задрожал, и я шмыгнула носом, — я сильно влюблена в Ли Шена, но… он ведь, — покачала головой, —ненастоящий.Любовь к нему — это крик в пустоту. Наши чувства обречены. Забвение неизбежно.
