Свадьба… Чаще всего именно ею заканчиваются любовные романы. Торжество любви, надежда на то, что, пройдя все тяготы и испытания, герои наконец-то обрели счастье. «Жили долго и счастливо» — беспроигрышный вариант, как правильно закончить книгу, ведь что может быть после прочтения лучше приятного послевкусия?!
Я сделала тяжелый вдох.
Каждую секунду на свадьбе есть риск расступиться завесе миров и меня перенесет обратно домой. Думая об этом, подрагивают пальцы, и я сжимаю ткань белого халата, проглатывая болезненные всхлипы, затем запрокидываю голову, сдерживая слёзы.
— Плач, — скрипучим, равнодушным голосом разрешила управляющая Лю. — По традициям невесты всегда плачут, прощаясь с семьей.
Одну слезу я всё же проронила, но быстро смахнула рукавом.
— Но она ведь не прощается с семьей, — с упрямым видом заметила Ксифенг.
Управляющая Лю сложила веер и им легонько стукнула прислужницу по плечу.
— Какая же болтливая! — женщина встряхнула головой, нервно выдохнула и снова раскрыла веер.
Ксифенг надула губы.
Расчесывая кедровым гребнем мои волосы, прислужница Юи нежно улыбнулась, словно лепестки пиона, и тонким голосом произнесла:
— Невесты не всегда плачут из-за грусти, многие, дорогая Ксифенг, плачут от счастья.
Молча слушая разговор девушек, я ощутила изучающий взгляд своей личной прислужницы, которая, коротко вздохнув, выпалила:
— Вы не знаете мою госпожу, как хорошо знаю её я. Госпожа чем-то расстроена! — договорив, она ну совсем по-детски притопнула ногой.
— Ксифенг! — строго окликнула я.
Прислужница сплела пальцы, размещая руки перед собой и виновато опустила голову. Я продолжила:
— Ты просто сильно переживаешь за меня и видишь того, чего нет. Я в порядке. Юи права, меня просто переполняет счастье, поэтому я плачу.
— Не порть радостный день своими плохими мыслями, — фыркнула управляющая Лю, — спугнешь удачу!
Ксифенг нахмурилась, но подчинилась:
— Хорошо, госпожа Ян, — ответила мне, глядя в глаза. — Если вы так говорите, я поверю, — затем прислужница взяла пудру и мягкой подушечкой начала наносить мне на лицо.
Управляющая Лю снова сложила веер и пару раз им легонько ударила Ксифенг по плечу.
— И улыбнись. Удача любит улыбчивых людей.
Смерив управляющую взглядом, прислужница полностью расслабила лицо, чтобы в следующую секунду широко и наигранно улыбнуться. Управляющая Лю закатила надменно глаза, нагоняя на себя воздух веером.
..Я решила последовать примеру Кисфенг и тоже постаралась выдавить из себя улыбку, ведь, разумеется, если после бракосочетания вернусь домой, мне будет невыносимо грустно, но я не хочу помнить свадьбу с Ли Шеном, как нечто печальное, омытое слезами, поэтому я приосанилась и ещё раз улыбнулась, глядя в отражение. На это раз улыбка получилась лучше.
Ли Шен не должен лицезреть моё унылое лицо, наоборот, пусть видит, как я безумно счастлива стать его женой. Ведь эта книга — для меня обычная история, а для него — целая жизнь.
— Что ты делаешь? — недовольно спросила управляющая Лю у Юи, которая выравнивала мокрым гребнем пряди моих волос.
— Подготавливаю волосы госпожи для прически, — с растерянным видом ответила прислужница.
— Оставь, — проворчала управляющая. — Распусти волосы и только пару колосков пусти от висков.
Юи возразила:
— Но, управляющая Лю, это ведь девичья прическа, её нельзя использовать в прическе невесты. По традициям, госпоже Ян нужно сделать пучок со шпильками, который носят все замужние женщины.
— Госпожа Ян Янлин собирается стать женой не обычного человека, а демона! — воскликнула управляющая. — И господин очень любит её длинные шелковистые волосы, поэтому делай, как я сказала.
Юи пожала плечами, но согласилась:
— Ладно…
— Ну куда столько пудры? — Теперь управляющая Лю была недовольна работой Ксифенг.
— А что не так?! — не понимала та.
— Ох, — вздохнула женщина, взмахнув веером, — у госпожи от природы прекрасный, светлый цвет кожи, поэтому достаточно пудры, приступай к глазам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ксифенг кивнула, взяла баночку с черной краской и принялась подводить мне глаза тонкой кисточкой, совсем чуть-чуть. После прислужница приступила к губам. По традиции губы невесты красились ярким красным цветом.
Ещё немного секретов красоты женщин Поднебесной, и скоро управляющая Лю восхищенно ахнула:
— Вы прекрасны, госпожа.
— Благодарю…
Дальше следовало одевание. Мой свадебный наряд состоял из двух частей: небольшого сюртука-халата и самого платья. Платье было насыщенного алого цвета, расшитое драконами. Красный в Поднебесной — цвет благополучия. На голову прислужницы надели мне большое украшение в виде проволочного каркаса с висящими элементами, отделанный перьями и золотыми медальонами. Завершала облик красная вуаль, которая скрыло лицо.
Управляющая Лю тихо произнесла:
— Вы готовы, госпожа Ян.
— Паланкин! — радостно выкрикнула прислужница у окна. — Паланкин прибыл, — повторила она и ринулась к дверям. За ней поспешили другие.
— Отлично, — шепнула мне управляющая Лю, — вовремя.
Женщина взяла меня за руку и отвела к большому стулу, украшенный цветами и камнями.
Я чувствовала, как начинала нервничать, как учащался мой пульс, когда воины заходили одним за другим, выставляя передо мной дары — сундуки с золотом и шелками. За это управляющая угощала мужчин чаем и сладостями.
Мне есть было запрещено, впрочем, как и говорить, и смотреть… По традиции, опять же, невеста должна молчать и плакать по своей прошлой жизни.И я плакала, потому что уже сейчас скучала по Поднебесной…
Скоро меня вынесли на золотом стуле и пересадили в паланкин — обычай такой, мол, чтобы невеста не ходила по грязной земле и не приносила её и ссору в свой новый дом — в моем случаедворец.Провожая меня, слуги зажигали огни.
Теперь следовала долгая процессия, когда паланкин проносили по улицам ближайших городов. Люди жадно выглядывали, пытались хоть как-то узреть лицо жены своего господина, они кидали монеты и тоже зажигали наудачу множество огней.
Свадебный кортеж, минуя ворота, заехал во дворец. Я приподняла алую шторку, рассматривая свадебные убранства: флаги, фонарики, цветы. На груди у каждого стража изображение иероглифа «Си», что означало «счастье».
Паланкин занесли в большой зал, выбраться из него мне помогли две служанки.
— Прошу сюда, госпожа, — шепнула мне одна из них, помогая переступать и не упасть, потому что из-за красного покрывала, которое лежало поверх сложного украшения на голове, я не могла видеть. — Вот так, — тихо произнесла она же и отпустила.
..Я услышала приближающиеся твердые, уверенные шаги.
Ли Шен…
Сладкой карамелью по венам прошлась волна предвкушения, сердце ускорило ритм.
Длинные мужские пальцы взяли вуаль по краям, мягким облачком она опустилась на спину — и я подняла взгляд. Ли Шен в красных одеяниях, очень красивый, словно произведение искусства. В его пленительных глазах переливалась вселенная, мерцали созвездия. Солнце было в его улыбке. Он казался таким нереальным в силу своей идеальности… И таким далеким для меня, неуловимым, как кометы в космосе.
— Ты очень красивая, Янлин, — прошептал мне в губы.
Я улыбнулась.
Взяв за руку, Ли Шен повел меня к алтарю для проведения свадебного обряда.
Мы сели друг напротив друга. Я с тоской и болью на сердце наблюдала, как демон зажигает благовония и свечи, ставит их, а потом сводит руки, как при мольбе. Я повторила за ним. Мы поклонились небу и земле, потом фамильным дощечкам родителей, а потом и друг другу, проявляя уважение и преданность.
Поклялись быть вместе навсегда...И в знак этогоЛи Шен потянулся за красной лентой…Глядя на неё, у меня в душе что-то кольнуло.
Демон взял моё запястье и легким узлом, как красивым рубиновым браслетом, повязал красную ленту, а второй конец вручил мне и приподнял свою руку. Я дрожала, глядя на белую кожу господина, медлила.
