На следующее утро в отделении я была ни свет ни заря. В первую очередь я решила заняться собственными синяками, дабы как можно скорее избавиться от этой проблемы. Найденная в ящике стола мазь начала мгновенно действовать и убирать огромный кровоподтек с живота. Сейчас минут десять продержу и вообще следа не останется. Подтянув рукава, я уже приготовилась нанести мазь на кисти, когда в моей кабинет ворвался Мэрк, уткнувшийся в какие-то бумаги. Поспешно кинув тюбик с мазью на стол и резко опустив рукава я уставилась на Мэрка, все еще поглощенного бумагами.
— Привет, Айра. Ты Грэгори или Стрелу не видела? — наконец поднял взгляд он.
— Нет, а что ты не интересуешься как операция вчера прошла? — спросила я.
— Да я и так все знаю вот результаты анализа твоего Рига Бледного пришли. — помахал бумагами подполковник.
— Что-нибудь интересное?
— Пока не уверен, я еще не дочитал. Твой экземпляр минут через тридцать будет.
— Ну, ладно, иди тогда. — рано обрадовалась я, ибо взгляд мужчины зацепился за мазь на столе.
— Айра, а что это у тебя за тюбик? — подозрительно поинтересовался он.
— Мазь от синяков. — будничным тоном сообщила я. Иногда полуправда лучше откровенной лжи: меньше деталей выдумывать.
— И зачем она тебе? — напрягся Мэрк.
— Да вчера упала. Сам понимаешь, на каблуках с непривычки тяжело ходить. — пожала я плечами.
— Ладно, тогда пошел я. — вновь посвятил свое внимание отчёту Мэрк. «Ну, хоть от одной неприятности, кажется избавилась», — раздумывала я, наблюдая как синяки и на кистях пропадают. Недолго радовалась, как выяснилось. Где — то спустя минут сорок в мой кабинет ворвался подполковник с перекошенным лицом.
— Дин! — прорычал подполкивник. — Я понимаю твое нежелание вести расследования самостоятельно, но идиотскую затею скрыть от меня настоящий ход операции я понять не могу! — с каждым словом он говорил все громче и громче, а в конце так вообще рычал, нависнув над моим столом. Здраво решив, что сейчас лучше промолчать, я опустила глаза и принялась рассматривать паку, зажатую у Мэрка в левой руке «Отчет о расшифровке ПАС» — гласила надпись на ней. Лысый пилот! Все то мы, великая тройца руководителей учли, а что поверхностный анализ сознания фиксирует последние тридцать минут, забыли. Черт побери!
— Да ты что вообще себе думала, когда решила скрыть, что тебя этот уголовничек избил?!Захотелось по больницам полжизни лежать?! — орал подполковник, в завершение хлопнув папкой по столу.
— Вот поэтому я ничего и не сказала. — хмуро сообщила я.
— Почему «поэтому»? — вкрадчиво осведомилась его светлость.
— Потому что я знала, что реакция у тебя будет в высшей степени неадекватной. — мрачно ответила я.
— А по-твоему я должен был молча кивнуть увидев слова «удар в челюсть», «заехал в солнышко» и прочие описания. — взорвался Мэрк, окончательно выйдя из себя.
— Ну, знаешь ли, — начала было я, но мужчина меня перебил: — Не знаю и знать не хочу! — процедил он, а потом добавил, что то прикинув в уме. — Сама виновата. — Как дверь посте такого удара не слетела с петель оставалось только удивляться.
Итак, я думала, что на этом мои неприятности закончились? Так вот, я ошибалась. Глубоко и плачевно! Ибо как только я углубилась в статистику раскрываемости за текущий месяц, голос секретаря полковника из динамика сообщил, что меня желает видеть начальство.
— Да что ж это за день-то такой! — не хуже Мэрка стукнула я бумагами по столу.
В приемной полковника секретаря не оказалось (он всегда или прячется или куда-то сбегает, когда меня Нир вызывает на ковер), так что самостоятельно постучавшись и дождавшись приглашения войти, я вошла.
Дааа, полковнику с его очень-скорбным-лицом для полного антуража не хватало только венков с надписью «Любим, помним, скорбим» (или «Скатертью- дорога!», тут уж на вкус и цвет…). Лицо у Зария было мрачное, скорбное и напряженное, что, однозначно, предвещало новые проблемы для меня. Обычно с таким видом мне сообщается об отсутствии премии или уже которой отклоненной заявке на еще одного следователя в мой отдел. В этот раз, как выяснилось, все было еще хуже…
— Присаживайся, Айра. Как работа? Что по последним делам? — начал издалека полковник. Меня эти расшаркивания, призванные Ниром, по-видимому, поберечь и подготовить мою нервную систему, не вдохновляли.
— Давайте сразу к теме, товарищ полковник. — оборвала я, нахмурившись.
— К теме так к теме… — вздохнул Нир и вновь замолчал.
— Товарищ полковник! — это я его ласково позвала, а не рявкнула.
— Ах да, — словно очнулся он и, наконец, разродился новостью. — Айра, мне жаль тебе это говорить, но ты отстранена от проводимой совместно с Центром операцией по приказу подполковника Мэрка.
— Что? — осипшим голосом переспросила я. — Не смешная шутка, товарищ полковник.
— А это и не шутка. — мрачно подтвердил мои худшие опасения Зарий.
— Черт побери! — я слетела с кресла и принялась нервно расхаживать по кабинету. В конце концов, справившись с собой, я поинтересовалась. — И как он это аргументировал?
— Подполковник сказал, что следователей у них в штате достаточно, а нашему следственному отделу порекомендовал заниматься своими делами, которые нераскрытые пачками лежат. — явно процитировал полковник, пожимая плечами.
— Сволочь! — прошипела я. Ну все, он меня довел, сейчас пойду и просто набью ему морду! Да если бы не я, мои информаторы, мой план, мои усилия, он было сих пор на пустом месте топтался вместе со всеми своими следователями! Пень неблагодарный! Штурман трезвый! Пилот лысый!..
— Айра, а ну, сядь! — заметил мое явно не спокойное состояние начальник. Я послушно упала в кресло. — Ты сейчас выйдешь из моего кабинета тихо, даже дверью не хлопнешь. Потом пойдешь к себе и будешь вместе с твоим стажером заниматься любыми делами, кроме того, которым занимается подполковник. И ты ему слова не скажешь, и даже улыбаться будешь, а когда он тебя будет пытаться спровоцировать ты спокойно улыбнешься ему в лицо и уйдешь. И знаешь почему? — все тем же спокойным тоном поинтересовался полковник. Я немного завороженно покачала головой. — Да потому что личное и рабочее сливают воедино только халтурщики, а не профессионалы! — рявкнул полковник, хлопнув рукой по столу. Похоже, его вся эта ситуация тоже расстраивает. Что ж, совет вполне дельный и я ему даже последую по-своему…
— Разрешите идти, товарищ полковник? — спокойно спросила я.
— Иди и без глупостей мне. — все так же мрачно разрешил начальник.
