так много имён, что царь наконец прервал меня, сказав: “Да, это ты, несомненно, знаешь”»[371].
Именно великокняжеская резиденция Дюльбер, оборудованная как настоящая военная крепость, позволила после революции 1917 года великим князьям Александру Михайловичу, Николаю Николаевичу, Петру Николаевичу и императрице Марии Фёдоровне вместе с их семьями переждать атаки местных большевиков и банд анархистов. В апреле 1919 года на крейсере «Мальборо» многие представители дома Романовых навсегда покинули родной берег. Среди пассажиров был князь Роман Петрович. Позднее его старший сын, Николай Романович, рассказывал: «Отцу было 22 года, когда, расставаясь с Крымом, он взял с собой в эмиграцию горсть земли. Он не смог вернуться, но наполненная в Крыму русской землёй бутылка оставалась с ним всюду, куда бы ни переезжал».
Для самого Николая Романовича Крым всегда оставался исключительно местом, овеянным историей своей семьи.
К сожалению, Николаю Романовичу при жизни не удалось посетить Крым и увидеть легендарный дворец своей семьи. Хотя он досконально знал расположение каждой комнаты в Дюльбере, знал где стояла мебель, закупленная ещё его бабушкой. Мог рассказать, какая картина висела на стене и где его отец играл со своими сёстрами и друзьями.
В августе 2015 года Крым с официальным визитом посетит князь Димитрий Романович, ставший после смерти брата главой семьи. «Крым – это большой момент в моей жизни. Это дань памяти моей семье. Из всех дорогих мест мой отец Роман Петрович больше всего любил Крым, и вот сейчас я, его сын, могу приехать в наш Крым», – говорил Димитрий Романович журналистам. Димитрий Романович посетил Ливадию, летнюю резиденцию императорской семьи, где сказал: «В Крыму я не чувствую себя туристом, здесь я как дома»[372]. Думаю, такая же реакция была бы и у Николая Романовича, если бы судьба позволила ему побывать в Крыму.
Конечно же, князь Димитрий Романович посетил родовое имение Дюльбер, где вспомнил своего покойного брата, а потом признался: «Мой отец в эмиграции всегда вспоминал Дюльбер. Тогда, в апреле 1919 года, он долго оставался на палубе крейсера, вглядываясь в крымский берег. Ему было не суждено вернуться в Крым, и моя поездка – дань памяти старшим поколениям нашей семьи, всем родным. Для меня Дюльбер, этот дом – живая история нашей семьи»[373].
Чувство исполненного долга
В последние время Николай Романович большую часть времени проводил в итальянском городке Болгери, недалеко от Тосканы и буквально на берегу Тирренского моря. Земли близ городка когда-то принадлежали семье его жены. Если ехать из Пизы в сторону Болгери, то ваш путь будет проходить через удивительно красивую дорогу, по бокам которой стоят вековые кипарисы, воспетые в стихах великого итальянского поэта Джозуэ Кардуччи.
Князь Николай Романович как-то рассказал, почему он выбрал именно Болгери, купив небольшой дом, который в шутку называл «Зимним дворцом»: «Здесь очень хороший воздух, современные и образованные люди, которые без труда могут прочесть вам наизусть всю “Божественную комедию”. Мне нравится здешняя жизнь»[374].
Николай Романович любил прогуливаться по тихим и старинным улочкам городка, зайти в любимое кафе, где встретив давних друзей, он мог рассказать пару историй из своей удивительной жизни.
Летом 2014 года состояние здоровье главы рода Романовых резко ухудшилось. Незадолго до смерти Николай Романович посетил святыню православного мира гору Афон. Это была его четырнадцатая поездка на святую гору и, как оказалось, последняя. Он чувствовал, что слабеет. Когда Николай Романович вернулся в Италию, в городок Болгери, где он жил обычно в летний период, его здоровье стало ухудшаться. Утром 15 сентября 2014 года князь почувствовал себя плохо и умер на руках у жены, с которой прожил 62 года. О смерти главы рода Романовых миру поведал его младший брат Димитрий Романович, ставший новым главой семьи. «Это огромная потеря для нас», – скажет журналистам князь[375].
Действительно, семья Романовых потеряла одного из самых талантливых и незаурядных представителей. Ушёл человек, который не только досконально изучал историю семьи, был фактически историографом рода, но и являлся вдохновителем и душой всех идей соединявших современных Романовых и Россию.
Однажды журналисты спросили Николая Романовича где он хотел бы быть похоронен. В ответ он сказал: «Хотел ли бы я быть похороненным в России? Моя жизнь сложилась за рубежом. Это было бы что-то фальшивое»[376]. Николай Романович считал, что ничего великого не сделал для своей Родины и поэтому не заслуживает быть погребённым в России. Конечно же, он был не прав. Его дела, помощь и поддержка – стали символом поколения Романовых, не потерявших своей любви к утраченной Родине.
Гроб с телом русского князя был выставлен для прощания в городском соборе Болгери. Маленький итальянский городок два дня прощался с русским князем. Всё было просто и сдержанно. Небольшая помещение для прощания очень быстро наполнилось цветами и венками – от соседей, друзей, администрации и жителей города. У подножия гроба лежал самый главный венок цвета российского флага. Белые герберы, синие фиалки и красные розы – это был последний подарок жены княгини Звевы.
17 сентября по благословению руководителя Управления Московской патриархии по зарубежным учреждениям, архиепископа Егорьевского Марка (Головина), настоятель Николаевского храма в Риме протоиерей Вячеслав Бачин совершил чин отпевания князя. В церемонии приняли участие родственники, представители Российской Федерации и городских властей. Отпевание прошло в церкви святых Якова и Христофора, построенной в 1902 году. Из Дании на похороны прилетел князь Димитрий Романович с супругой княгиней Доррит.
Соболезнования Президента России Владимира Путина передал семье усопшего посол России при Ватикане Александр Авдеев. Он же вручил телеграмму сочувствия, подписанную спикером Государственной думы России Сергеем Нарышкиным[377]. В истории современной России это был первый случай, когда глава российского государства выразил соболезнования в связи с кончиной главы оода Романовых. Это было признание со стороны властей современной России заслуг Николая Романовича перед его Родиной, открывшейся для него лишь на восьмом десятке жизни. Своим поступком Президент дал понять, что Россия приняла князя, считая его своим. Об этом же сказала после отпевания и внучка Николая Романовича, известная итальянская актриса Николетта Романова: «Он был кусочком живой истории России и потому, кроме того, что его будет не хватать как дедушки, мы чувствуем, что с ним ушла часть истории, которую он олицетворял и символизировал»[378].
Под колокольный звон гроб был вынесен из церкви и на машине доставлен в Пизу. Там на следующий день,
18 сентября, по желанию вдовы и дочерей, Николай Романович был похоронен в склепе графов делла Герардесок,
