Читаем без скачивания Анна, где ты? - Вентворт Патриция

Анна сверлила его глазами.

— Тогда кто же грабитель? Я одна знаю, и я говорю, что это ты!

— Только что вы говорили, что это Питер Брэндон, — напомнил ей инспектор Джексон.

— О, я пошутила. Я отплатила ему за то, как он смотрел на меня, когда мы с ним и с Томазиной ходили гулять — как будто я не стою даже того, чтобы на меня взглянуть, как будто я презренное существо, которое следовало утопить еще в детстве! И ему жаль, что об этом никто не позаботился! Так, Питер?

Фрэнк Эбботт посмотрел на нее тяжелым взглядом.

— А что вы имеете против мистера Вернея? Вам не нравилось то, как он на вас смотрел, или то, что он на вас вообще не смотрел?

Она покраснела до корней волос, краснота пробилась сквозь толстый слой пудры. Она почти закричала:

— Конечно смотрел! Еще как смотрел! Он был моим любовником! Говорю вам, он — мистер Сандроу! Он ограбил банк! Он убил Певерила! Одна я это знаю, и я говорю, что это он — мистер Сандроу, мистер Верней Робинсон Сандроу! Если не он, то кто? Кто, я вас спра… — она замерла на полуслове, увидев, что открывается дверь.

На этот раз вошел Августус Ремингтон в сопровождении констебля. На лице у него было написано раздражение, он кутался в шалеподобный плащ, который тут же снял с себя. Под плащом оказался фиолетовый халат и черные вельветовые штаны. Он огляделся, увидел труп Крэддока и прикрыл глаза рукой.

— Нет… это чересчур! Что случилось? Он мертв? Какой кошмар, я в шоке! Вы должны были предупредить меня. У меня аллергия к любого рода потрясениям — безнадежно нарушаются вибрации. Дайте воды… — Он плюхнулся на ближайший стул и закрыл глаза.

Джексон резко сказал:

— Воды нет. Возьмите себя в руки, мистер Ремингтон! Вы уверены, что это для вас такой уж кошмарный шок?

Сквозь сомкнутые губы послышалось: «Ужас!» Фиолетовый халат вздымался от тяжких вздохов.

Констебль подошел и что-то положил на стол.

— Он их жег, — кратко сказал он и отошел.

На обитой зеленой кожей столешнице стола лежала пара обгоревших перчаток. Оба инспектора, наклонившись, стали их разглядывать. Остальные тоже глядели на них. Анна, вся оцепенев, так и сидела с полуоткрытым ртом, застыв на последнем слове.

Фрэнк Эбботт поднял перчатку с левой руки. Она слегка обгорела и пахла паленой кожей. Сгорела половина мизинца. Между первым и вторым пальцами был небольшой треугольный разрыв по линиям швов. Над дырой завис обрывок нитки.

Он сказал: «Мисс Силвер», и она подошла и встала между ним и инспектором Джексоном.

— Вы что-нибудь узнаете?

— Да. — Она посмотрела на перчатки.

— Можете повторить это под присягой?

— Да. — Она вернулась на свое место. Всеобщее напряжение — как в тот момент, когда все смотрели только на нее и на замшевую перчатку, — спало. Когда больше ничего вокруг не видели. Теперь же все как по команде повернулись к человеку, который хотел сжечь эту перчатку.

Его не было.

Только что он задыхался в кресле, стоящем возле двери, — и вот его уже нет. Исчез фиолетовый халат, а с ним и Августус Ремингтон, и никто не заметил, как он ушел. Была ли дверь открытой раньше или нет, неизвестно, но теперь она стояла приоткрытой, а его не было.

Глава 39

Мисс Силвер не участвовала в поисках. Она осталась в кабинете вместе с Томазиной и сержантом, охранявшим Анну Бол. Опять потянулось ужасное время ожидания.

Анна не шевелилась. Глядя на ее жесткое лицо, мисс Силвер почувствовала укол жалости. Искалеченное существо, охваченное болью. А все из-за отравляющей душу зависти и ревности. Как важно уберечь детей от этих чувств, вовремя направить их развитие в нужное русло! Сколько несчастий, сколько преступлений совершается из-за этих губительных страстей!

Томазина тоже думала об Анне. Она многое припомнила. Она всегда старалась проявлять доброту к Анне. Значит, недостаточно такой доброты, которая идет не от самого сердца. Она не достигает цели. Томазине было стыдно. Как она была довольна собой! Она явно переоценила Томазину Эллиот! Если когда-нибудь еще ею овладеет гордыня, она тут же вспомнит Анну Бол.

Время шло. На деле его прошло не так уж много, когда вернулся Фрэнк Эбботт с Питером Брэндоном.

— Сбежал. На ее машине. Мы вышли из гаража и успели увидеть, как хвостовые огни скрылись в северном направлении. Джексон и Томас погнались за ним в машине Крэддока. Долго объезжали вокруг дома и упустили его.

Анна глубоко, облегченно вздохнула и сказала:

— Он ушел! Он ушел! Он для вас слишком умен! Он всегда был умнее вас — и будет! — Ее торжество иссякло как-то сразу. Дрогнувшим голосом она сказала: — Он ушел…

Она затравленно огляделась, вцепилась руками в колени и замолчала.

В кабинете началось движение; приехала санитарная машина, и труп увезли. Сержант засел за телефон. Всем участкам было роздано описание Августуса Ремингтона. Номер и марка машины оставались неизвестными. Спросили Анну — отмалчивалась. Она неотрывно смотрела на свои пальцы, впившиеся в колени. Наконец ее увезли — вместе с санитарной машиной из Ледлингтона приехала женщина-полицейский.

Питер проводил Томазину до дома сестер Тремлет. Мисс Силвер вернулась в крыло Крэддоков. В кабинете остались два дежурных констебля.

Томазина и Питер молча шли через парк. Когда хочешь сказать слишком много, лучше помолчать. Они молчали.

Томазина осталась жива, но запросто могла умереть. И сейчас санитарная машина везла бы в Ледлингтон два трупа. Как ни гнал Питер от себя эту мысль, она неуклонно возвращалась.

Сама же Томазина думала не о том, что была на волосок от смерти, а об Анне Бол. О вцепившихся в колени пальцах, о боли, прорвавшейся в ее голосе, когда она сказала «Он ушел…»

Приход к сестрам был похож на возврат в другой мир. Они плакали, они тараторили, они требовали деталей, они приставали к ней с чаем. Когда чай был заварен во второй раз, они уже твердо уверовали, что всегда чувствовали: Ремингтон — темная лошадка.

Мистер Джон Верней, перед тем как удалиться в свою берлогу, подошел к мисс Силвер.

— Вы скажете Эмилии?

— О смерти мистера Крэддока — да. Но что касается вас, мистер Верней, она знает, что вы — это вы, потому и упала в обморок. Вы очень хорошо все придумали — неряшливая одежда, борода, провинциальный выговор — все это отличная маскировка. Но когда говорил мистер Крэддок, вы, не удержавшись, засмеялись совершенно натурально. Она узнала ваш смех.

— Этого бедолагу так распирало от собственного величия…

— Для нее это было страшное потрясение. — В голосе мисс Силвер зазвучало легкое осуждение. — У миссис Верней — слабое здоровье. О ней необходимо заботиться.

— Знаю, знаю. Я был никудышным мужем. Вот почему… я хотел увериться… Вы все сделаете как надо, правда? — Он взял ее ладонь, крепко сжал и резко выпустил.

Они разошлись — каждый пошел в свое крыло.

Глава 40

Августуса Ремингтона выдал фиолетовый халат; не помог ни темный плащ, ни темный парик, которым он прикрыл свои белые как лен волосы. Ему пришлось остановиться, чтобы набрать бензина, потому что Анна этого не сделала, хотя он ей велел. Самой ей ехать было недалеко, и она то ли забыла, то ли не посчитала нужным. Когда стрелка на приборе почти достигла нулевой отметки, ему пришлось остановиться у первой же ночной бензозаправки. И когда он про тянул руку, чтобы расплатиться, из-под рукава плаща вылез широкий обшлаг халата и повис. Так как персонал всех бензозаправок был предупрежден, этого сказалось достаточно. На заправке дежурил мускулистый парень, он взял Августуса за руку и сказал: «Минуточку, сэр»; это был конец. У него не было никакого шанса воспользоваться револьвером, обнаруженным позже в кармане плаща.

Несколько дней спустя Фрэнк Эбботт заскочил к мисс Силвер.

— Он не собирался удирать, иначе бы не вырядился как павлин, проверил бы свой бензобак. Исчезнуть должна была Анна Бол, но ей ехать было недалеко, и она не беспокоилась. Он взял ее с собой в Дип-Энд на случай, если сорвется спектакль с самоубийством Крэддока. Не знаю, что между ним и Крэддоком произошло, но он, без сомнения, стал чем-то опасен, и его следовало устранить. Очаровательный монолог Анны в гараже показал это со всей определенностью, и если бы Августусу не удалось инсценировать самоубийство, они бы посадили мертвого Крэддока в машину, отогнали ее в каменоломню и уничтожили все улики. Августус один не смог бы поднять тело, Анна должна была ему помочь, она девица крепкая. А когда бы все закончилось, Августус опять бы стал корпеть над своим вышиванием, а Анна жила бы себе неподалеку. Похоже, он ей полностью доверял. В машине были сложены все деньги, украденные в Ледлингтоне, и половина — из Эндерби-Грина. Тайники были за передними крыльями машины и в багажнике. Там же нашли парик Анны, тот, что с золотыми локонами. И еще рыжий парик и бороду, который Августус надевал в Эндерби-Грине и после, когда решил поддержать россказни своей подружки про Сандроу. Помните, они демонстративно прокатились перед очами мисс Гвинет? В Эндерби-Грине за рулем тоже была Анна. Она тогда изображала парня. Мы нашли весь наряд.