— Говорю тебе, это рождественское проклятие. Я думал об этом по дороге сюда. Она самое дорогое, что есть в моей жизни, а она меня не хочет. Даже несмотря на то, что я ей не безразличен.
Начальник стукнул кулаком по столу.
— Парень, это проклятие — чушь собачья. Конечно, во время праздников тебе приходилось не сладко. Как и многим другим людям. Но они не позволяют этому мешать добиваться им того, чего хотят. Ты, что, правда отпустишь эту женщину, потому что боишься какое-то проклятие?
Джейсон ощетинился.
— Я ничего не боюсь. Ты... Я не боюсь.
— Ну... раз ты так говоришь. — Начальник, приподняв бровь, барабанил пальцами по столу.
Но это было вранье чистой воды. Он боялся потерять Кристен. Всякий раз, когда он думал об этом, это терзало его сердце.
Джейсон покорно откинулись в кресле.
— Просто скажи мне, что делать.
Начальник нахмурился.
— Она отвечает за эту большую вечеринку. Убедись, что все идет по плану. Что бы ей ни понадобилось, ты поможешь ей, но без давления. Ты достаточно побывал на этих сборищах, чтобы знать, в чем заключаются сильные и слабые стороны. Планируй вперед, парень. Тебе просто нужно пошевелить мозгами.
Джейсона бесило, когда старик был прав, а он всегда был прав.
* * *
— Грипп? — Кристен вскрикнула. Она села на один из обтянутых шелком стульев в бальном зале. Вокруг нее кипела активность, так как работы, связанные с украшением, продолжались. Центральные элементы в виде хрустальных снежинок были размещены на своих местах, а к ним добавлены остролист и плющ. Середину центральных элементов снежинок заполняли хаос карамельных тросточек с изобилием красно-белых хризантем, как обещание весны, развившейся в ледяную зиму. Над головой между люстрами рабочие протянули последнюю нить нежно — белых мерцающих гирлянд. Каждая нить украшена серебряной мишурой, ниспадающей сверкающим снегопадом, которые расходились от центральной точки величественной елки. Волшебная зимняя страна в соответствующей цветовой гамме морозного узора. Но теперь даже праздничная отделка не могла ее утешить. Она сморгнула слезы, сжимая в руке телефон.
— Почти вся моя команда слегла, — сказал представитель ресторана, обеспечивающего доставку еды. — Заказ частично мы выполнили, но ничего из закусок и канапе. Кондитер и его помощник работают в другом здании, и с ними все в порядке. Они закончили с десертом и выпечкой. Мясо приготовлено, осталось только его поставить в духовку. А вот остальное нужно было приготовить и приготовить сегодня. Простите, но этого мы не можем выполнить.
Он закашлялся, и казалось, будто у него была чума.
«Что мне теперь делать?» В последнее время Вселенная решила поиграть с ней в дьявольские игры. Кристен была готова опустить руки.
— Мой шеф-кондитер Джозеф уже в пути с тем, что мы приготовили. Никто из них не заразился.
Этого не может быть. Основы правил организации праздников заключались в том, что угощение должно быть восхитительным и его должно быть более чем достаточно.
— Прошу прощения, — сказал он. — Ничего подобного раньше не случалось, но эта дрянь свалила весь мой персонал за один день. Двое из них даже попали в больницу с обезвоживанием.
Люди легли в больницу, а все, о чем она переживает, — как прокормить двести человек без закусок? Несмотря на то, что это не та вечеринка, где вполне хватило бы чипсов и соуса. Был сочельник, люди наряжались, стирали пыль со своих чековых книжек. Они рассчитывали, что их хорошо накормят.
— Нет, это я прошу прощения, — сказала она с искренним раскаянием. — Позаботьтесь о себе. Мы справимся с этим.
Она поблагодарила поставщика и нажала кнопку отключения.
Она хорошо готовила, но не думала, что смогла бы справиться с готовкой такого количества еды за какие-то шесть часов. Ее тело погрузилось в какое-то оцепенение. Она готовилась ко всякого рода срывам, за исключением этого. Был канун Рождества, рестораны в городе закрывались рано, и они не смогли бы выполнить такой заказ.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что случилось? — этот глубокий голос, который превращал ее внутренности в кашу, вторгся в ее мысли.
— Все в порядке, Джейсон. Я что-нибудь придумаю. — Она бросила взгляд на его лицо. Это была большая ошибка. Каждый раз, когда она смотрела на этого мужчину, ее сердце разрывалось, и слышался голос, который скандировал «дура, дура, дура». Она люто ненавидела этот голос.
— Что случилось? — спросил он снова.
— Команда ресторана, обеспечивающего доставку еды, слегла с гриппом. У меня нет закусок и канапе, — объяснила она.
— Я позабочусь об этом, — сказал он, доставая телефон.
— Джейсон, ты не понимаешь. Это еда для двухсот человек, сейчас никто нам не может помочь.
Всю неделю он приходил ей на помощь, хотя она даже не осознавала этого до сегодняшнего утра.
В начале недели пять из четырнадцати люстр, которые должны были повесить в бальном зале, оказались повреждены. Она обзвонила каждую компанию осветительных приборов в радиусе пятисот миль, но ни у кого их не было. Позже в тот же вечер прибыли пять люстр. Они идеально подходили для того, что ей было нужно. Когда она расспрашивала окружающих, никто не знал, кто их прислал.
Доставка большой рождественской елки, которая должна была стать основным средоточием внимания, была задержана из-за погоды. Но, прежде чем она смогла добраться до места, в тот же день она получила сообщение от одного из членов комитета, что ее ждет большая, уже красиво украшенная, елка.
Мисс Агнес узнала от начальника, что за всеми этими «спасениями в последнюю минуту» стоял Джейсон. Она нечаянно проболталась, когда они тем утром зашли в закусочную выпить ранний кофе.
— Этот парень творит чудеса, как никто из моих знакомых, — сказала пожилая женщина. — Я слышала, ему пришлось проделать долгий путь до самого города, чтобы достать эти люстры. И что они даже использовали пожарную машину, чтобы перевезти елку, которую они нашли. Он славный парень.
Да, он очень славный парень.
И всегда был неподалеку от нее.
— Я сказал, что позабочусь об этом, — резким тоном настаивал он. Затем он ушел со своим телефоном. На прошлой неделе они были вежливы друг с другом. Не раз она думала о том, чтобы извиниться. Она хотела сказать ему, что все это было большой ошибкой и что она была дурой. Но ей не хватило смелости.
— Странная штука. — Рядом с ней сел старик с седой бородой и большим животом. — Мы не всегда можем разглядеть то, что лучшее для нас.
— Не уверена, что понимаю, — сказала она.
Кто этот человек?
— Я должен был начать с того, чтоб представиться, — сказал он, как будто прочитал ее мысли. — Я Крис Клэюзн, Санта, которого вы наняли на этот вечер.
Он протянул руку, и она пожала ее.
Теперь она вспомнила. Его посадили в тюрьму и обвинили в поджоге Особняка Прайса, но его адвокат добился снятия с него всех обвинений. Это мисс Агнес предложила нанять его. Так как это меньшее, что город мог сделать за все те неприятности, через которые пришлось пройти этому бедному человеку.
Было что-то такое в нем, из-за чего она чувствовала себя спокойнее. Она была рада, что мисс Агнес высказала это предложение.
— И я пытался сказать, что иногда то, что лучшее для нас, оказывается у нас прямо перед глазами, — продолжил мистер Клэюзн. — Но мы этого не видим из-за препятствий, которые мы же и создаем.
Он немного передвинул свой стул, и ее взору предстала спина Джейсона. Конечно, старик не мог говорить о ее любимом пожарном.
— Уверена, вы правы. — Она не знала, что еще сказать. Она взглянула на свой телефон. — Мне надо идти. Еще столько всего нужно сделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он легонько коснулся ее руки.
— Это будет красивая вечеринка — волшебная, я уверен.
Он улыбнулся, и она не могла не сделать того же.
— Благодарю вас.
Джейсон все еще разговаривал по телефону.
Да, им понадобится немало волшебства, чтобы пережить эту ночь.
