* * *
Джейсон никогда не любил костюмы и галстуки, но Ежегодный Рождественский бал пожарных был официальным приемом. Кроме того, из-за Кристен ему хотелось выглядеть лучше всех. Всю прошлую неделю она была в ужасном стрессе.
Хотя перед комитетом она пряталась под маской уверенности, он видел, как она эмоционально разваливается, понемножку за раз. Он не мог ее винить. Ее преследовали потрясения одно за другим. Вселенная определенно устроила заговор против нее. Он делал все возможное, чтобы устранять эти беды, и от приложенных усилий был невероятно вымотан.
Но оно того стоило. Он оглядел зал. Он был очень красивым. Ею созданный дизайн идеально подходил для этого помещения. Повсюду все сверкало. Все люди, окружавшие его, болтали и улыбались, и это всегда было хорошим знаком.
Но он нигде не мог ее найти.
— Счастливого Рождества, — сказал низкий голос позади него.
Он повернулся и увидел стоящего Санту. По крайней мере, того Санту, которого нанял комитет, чтобы фотографироваться с гостями.
— Счастливого Рождества, — ответил Джейсон.
Старик стоял, уставившись на него, и Джейсон почувствовал себя неуютно.
— Что-то не так? — спросил Джейсон.
— О нет. Насколько я понял, в этом году вы очень хорошо себя вели, поэтому получите именно то, чего хотите. Ваше рождественское проклятие будет снято.
Джейсон рассмеялся.
— Так значит, вы говорили с моим начальником. Вы, конечно, меня простите, Санта, но то, что я хочу в этом году получить, даже вы не можете мне дать.
— Хо-хо-хо! — старик рассмеялся. — Ну, я на счет этого не стал бы зарекаться. Просто продолжайте делать то, что делаете. А если у вас появиться шанс потанцевать, воспользуйтесь им.
Джейсон понятия не имел, о чем говорил этот человек. Он надеялся, что с гостями он будет более логичным.
— А-а, мне уже пора занять мое место. — Санта помахал рукой на прощание и направился к трону, установленном в Волшебной зимней стране, которую создала Кристен.
Когда Джейсон повернулся обратно к залу, у него перехватило дыхание.
Кристен шла через зал в золистом платье и была похожа на принцессу из сказки. Она вернула волосам свой обычный цвет и собрала их на макушке, уложив их в массу роскошных кудряшек.
Нет, не на принцессу, а богиню.
«Успокойся, парень».
Он сделал глубокий вздох, пытаясь успокоить свое тело. Каждую ночь он горел от страсти к ней. Всю неделю каждый раз, когда он видел ее, ему требовалось вся сила его воли, чтобы не протянуть к ней руку и не прикоснуться. Во время последнего заседания комитета она облизала губы, и он чуть не застонал у всех на виду. Он понятия не имел, сколько еще его разум и тело сможет выдержать.
Заиграла музыка, и ему в голову возникла идея. Он должен пригласить ее на танец.
Пересекая зал, он двигался, словно тигр на охоте, выслеживающий свою добычу.
* * *
Этот мужчина, одетый в смокинг похож на мужчину-топ-модель. Это несправедливо, решила Кристен, наблюдая, как головы практически всех женщин и нескольких мужчин в зале поворачиваются в его сторону.
«Черт тебя дери, Джейсон Тернер! Ну почему ты должен быть таким сексуальным и неотразимым?»
Он направлялся к ней. Она хотела бежать, но ее ноги не слушались.
— Какая же ты дурочка, — сказала ее подруга Кэлли. — Если этому мужчине вздумалось бы прыгнуть ко мне в постель, я бы набросилась на него, как медведь на мед. Если он тебе не нужен, я его заберу. Жду не дождусь лизнуть...
— Прикоснешься к нему и умрешь, — процедила Кристен сквозь зубы, улыбаясь некоторым из проходивших мимо гостей.
Кэлли засмеялась.
— О нет, дорогая, ты не можешь получить и то, и другое. Ты либо отказываешься от него, чтобы остальные могли бы с ним развлечься, либо забираешь его себе.
«О, я забираю его себе».
У нее перехватило дыхание, когда он приблизился.
— Давай протанцуем, — сказал он, протягивая руку. Он не приглашал, он приказывал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ей это понравилось.
Когда они вышли на танцпол, она услышала смех своей подруги.
— Этот прием имеет огромный успех, — сказал он, обнимая ее за талию. — Говорят, что ты собрала более чем достаточно денег, чтобы начать ремонт, и пожертвования все еще поступают.
Реакция ее тела потрясла ее. Тепло от его прикосновения распространилось по ее телу, как лесной пожар. Если бы он не держал ее так крепко, она бы споткнулась.
— Ты имеешь немалое к этому отношение, — сказала она. Ее голос прозвучал намного громче, чем она ожидала.
— Не понимаю, о чем ты. Я всего лишь помог комитету.
Кончиками пальцев она коснулась его щеки.
— Ты сделал гораздо больше. Агнес рассказала мне о елке и люстрах... и про сегодня, что это ты обеспечил всю эту еду. Но как тебе это удалось?
Он повернул ее на танцполе.
— Я подергал за ниточки своих друзей. А ребята в пожарной части — отличные повара, как и большинство их жен.
— Еда просто идеальная. Я думала, ты позвонил профессиональному поставщику, обеспечивающему доставку еды.
— И на будущее, когда дело доходит до еды, тебе не найти более строго торговца, чем пожарный, по крайней мере, на нашей станции. Ребята постоянно пытаются превзойти друг друга. И они умеют наготовить пищу для большой толпы.
— Огромное тебе спасибо, — сказала она. Ее рука сжала ту, которую он держал. — Я без тебя бы не справилась.
— Что за чушь? У тебя все уже было организовано. Не вмешайся я, ты бы нашли способ решить свои проблемы.
Она нахмурилась.
— Почему? После всего, что я тебе неделю назад наговорила. Почему ты мне помогаешь?
Джейсон улыбнулся.
— Ну..., если ты еще сама догадалась, вряд ли я смогу помочь
Она покачала головой.
— Я не понимаю, — честно призналась она. — Я знаю, что ты невероятный человек. Но и у тебя должен быть предел, когда дело касается глупцов. Я не уверена, что смогла бы простить, окажись ситуация наоборот.
— Кристен, — прошептал Джейсон ей на ухо. — Я не альтруист. Верь мне, когда говорю, что у меня были корыстные побуждения.
— Правда?
Музыка сменилась на более медленную.
Он прижал ее к себе посильнее.
— Да, правда. Я люблю тебя.
Он любит ее. Это было намного больше, чем она могла надеяться.
— Я тоже люблю тебя. Прости, я была такой идиоткой, — сказала она. — И трустшкой.
Он приподнял бровь.
— Никогда больше не называй себя идиоткой. Ты умная, красивая и успешная женщина.
— Не такой уж умной я была, когда дело касалось тебя. Но все изменилось. То есть, если сможешь меня простить. Я хочу быть с тобой. Ты все, что я...
Губы Джейсона накрыли ее, прежде чем она смогла сказать еще хоть слово. Она погрузилась в его поцелуй, и почти не слышала свист и аплодисменты, раздающиеся вокруг них.
— Нам нужно уединиться в тихом местечке, — настоятельно сказал Джейсон ей в губы.
— Тут есть отличная небольшая кладовка, в которой мы хранили некоторые аукционные подарки.
— Возьми меня, — прошептал он.
Она так и сделала — и не единожды.
* * *
Близился конец приема. Это была потрясающая ночь. Джейсон обрел женщину своей мечты и не собирался ее отпускать.
— Как скоро мы сможем уехать? — спросил он.
— Мне нужно проверить, что уборщики и волонтеры готовы приступить к работе, и тогда, наверное, можем идти.
Она оставила его, чтобы все устроить. Она хотела остаться и помочь, но он убедил добровольцев заставить ее уйти. Она и так много сделала для города и для него. Он знал, что уже несколько дней она не высыпалась. Он хотел, чтобы она была дома, в постели, в его объятиях. Она была лучшим рождественским подарком на свете. Он почувствовал себя Гринчем в конце мультфильма, где его сердце горело и было готово разорваться от счастья. Он понятия не имел, что способен так сильно любить другого человека.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
