Темные воины сражались в нижних свободных рубахах, что стало явным преимуществом перед утяжеленными металлом людьми. Мечи, кинжалы и кирасы не спасали рыцарей от смерти.
Затаив дыхание, я следила, как мой муж, взмахнув огромными, темными, словно из горячего воздуха сотканными крыльями, взмыл на пару метров над землей и — мощным ударом хвоста буквально размозжил голову драку, который напал на него с мечом. Затем плавно приземлился за спиной у другого нападающего, пытавшегося третьим вступить в бой к одному из наших защитников. Резкое, почти неуловимое движение руки — и из глотки врага брызжет кровь.
Ноэль, упав на колени рядом со мной, согнувшись в три погибели, содрогалась в конвульсиях. Безусловно — зрелище не для слабонервных девочек, вот ее и тошнило. Ройван резким ударом удлинившихся когтей пропорол «броню» и живот воину, вынимая его содержимое наружу. Я похолодела, непроизвольно закрывая свой живот руками, а во рту стало горько от подкатываемой желчи.
Светлые с ревом гурьбой кидались на абсолютно безмолвных темных. И от этого еще больше стыла моя кровь.
Брызги крови и ошметки плоти разлетались в стороны, а я не в силах пошевелиться, таращилась на творившийся перед глазами кошмар из фильма ужасов.
Ноэль, обхватив мои колени и, уткнувшись в них лбом, как заведенная причитала: «Нас убьют. Их слишком много, нас всех убьют. Драканов — здесь! А нас… как обещал Хасин, сожгут на костре… потом…»
Но моя до смерти перепуганная молоденькая кузина не видела того, что сейчас происходило перед нами. Наверняка, к лучшему для нее же.
Сэбиан вновь подпрыгнул, взлетел, затем огромной черной птицей метнулся на здоровенного драка, который пытался подобраться к нам. Повалив того на спину, «острыми» коленями рухнул на его бедра, отчего соперник дико заорал. А я потрясенно смотрела, как дракан, согнув руки в локтях и выпустив длинные шипы, резко проткнул грудь поверженного драка.
Вот так — шипами, когтями и хвостами — драканы уложили добрую половину нападавших!
Внезапно мимо меня, мгновенно выводя из ступора, «вжикнула» стрела и застряла в плотной ткани палатки. Летучая смерть! Сообразив, что стреляют из леса, отодрала от себя Ноэль и втолкнула в палатку, приказав, чтобы в шкуры залезла. А сама рванула к «столику», оставленному с ужина и, подхватив крепкую дубленую кожу, растянула в руках перед собой, создав импровизированный щит. Данкеро прикрывал брата, но оба не видели лучника, забравшегося на дерево и стрелявшего по нам. Встав спиной к своим защитникам, подняла кожу, закрыв их от стрел. Дрогнула на мгновение, когда острый наконечник очередной стрелы пробил щит и застрял в нем у меня перед носом, но поняла, что поступаю правильно и изо всех сил натянула кожу перед собой, а на край наступила ногой. Проклятая рана болела от напряжения неимоверно, но я молилась и крепко держала щит. Стрелы летели в нас, злыми осами впиваясь в полотно. Что‑то ужалило меня в плечо, но я словно окаменела — стояла намертво…
Бой закончился неожиданно, словно по мановению руки. Оставшиеся в живых люди и драки поняли, что терпят поражение, спешно отступили и скрылись в лесу, бросив раненых.
Мне казалось, время текло бесконечно долго. Я оглянулась, да так и застыла с разинутым ртом. Керо присел на корточки возле одного из нападавших. Наклонив голову, бесстрастно осмотрел, потом, заметив, что раненый судорожно вдохнул, не раздумывая, вонзил в него когти. Из ран воина «потекла» темная загадочная субстанция, похожая на облачко, которая впитывалась в пальцы дракана.
Наконец Сэбиан впитал в себя черноту до последней капельки, вытер руки о куртку убитого и, повернувшись, увидел меня.
В его глазах словно клубилась Тьма, заставившая меня дрогнуть, и в ужасе отступить назад. Теперь щитом я скорее закрывалась от собственного мужа.
— Я — темный, маг смерти! — спокойно произнес он. — Они — моя добыча! — увидев, что я замотала головой, не в силах произнести хоть слово, будто оправдался. — Мы не нападали первыми.
Дрожа от озноба, — нервы сдали — я смотрела, как приближается мой чудовищно опасный муж. Черная длинная рубаха, чуть приподнятая сзади мощным хвостом, льнула к ногам. Сейчас в нем не было ничего знакомого, «своего». Это жуткое и опаснейшее создание — дракан в боевой ипостаси с хвостом и призрачными крыльями за спиной, питающийся эманациями смерти, убивающий мастерски и хладнокровно.
— Сэбиан, твоя девочка нам спину прикрывала. Можно сказать, спасала от смерти… — раздался за спиной веселый, но уважительный голос Ройвана.
Вздрогнув от неожиданности, я выронила щит, который, упав на землю, повис на древках стрел.
— Я видел, — мрачно ответствовал Керо, и грубо добавил для меня лично: — Лучше бы вместе с Ноэль в палатке сидела. Ведь это не в нас, а в тебя стреляли, глупая…
Мне стало обидно до слез.
— На всех нас амулеты, Сафира, — тихонько пояснил Данкеро. — защита от стрел тоже есть. А ты — без, с кожей против стрел…
Слезы разочарования и обиды за себя и на себя хлынули из моих глаз, искажая картину происходящего вокруг. Не в силах сдвинуться с места — все тело ломило, а душа болела — в каком‑то трансе я наблюдала, как драканы — победители, не обращая на меня внимания, ходили между тел «питаясь» Тьмой.
Сэбиан подошел вплотную и я, глотая слезы, посмотрела ему в глаза, которые, к моему невероятному облечению, опять стали прежними.
— Ты хотела защитить… нас? — спросил он в недоумении.
Кажется, темный маг сам не верил ни в то что видел, ни в то о чем говорил.
— Да, — стараясь не зарыдать в голос, всхлипнула я, мысленно содрогаясь: в какой ад меня занесло?
— Только о себе забыла… — почти мягко, но с укоризной, заметил Керо, потянувшись к моему плечу, из которого… торчала стрела.
Он обломал оперение, а я, увидев свою кровь на его руках, поражено ахнула, теряя сознание:
— Кажется, меня убили… снова.
Глава 18. Выбор
Ваше время ограничено, поэтому не позволяйте шуму чужих мнений перебивать ваш внутренний голос. Имейте храбрость следовать сердцу и интуиции.
Стив Джобс
— …Сафи, ну что же ты, Сафи… — назойливо продирался жалобный женский голосок сквозь туман, царивший у меня в голове.
Знакомые печальные нотки отзывались в моей душе сочувствием и желанием успокоить. И мало — помалу заставили туман, мешавший думать, ощущать, рассеяться. Медленно открыла глаза и увидела склонившуюся надо мной озабоченную кузину, которая, заметив, что я пришла в себя, от радости будто вспыхнула светом. И эти чувства ответным теплом разлились у меня внутри. А потом вернулись воспоминания о недавней бойне, смерти, собравшей щедрую жатву, и… стреле… вонзившейся в мое тело.
