бы ты золото собрался с рудников вынести…, — подколол солдата Эрнис.
Вокруг засмеялись и стали вспоминать различные «золотые» байки.
— Говорят, одного капитана гарнизона с приисков повесили. Во время аудиенции с королем он все время молчал, боялся, что король заметит в его рту золотой запас.
— Жена моего брата выпрашивала у него золотого ретривера, а когда он спросил ее, почему именно такой пес, дуреха ответила, что он золото будет искать.
— А меня жена на рыбалку не пускала, каждый раз скандал. Так я в окунька пойманного колечко золотое запихнул. Жена рыбину ту разделывала, да колечко и обнаружила. С тех пор моя благоверная рыбалку полюбила и ни словечка супротив.
Герцог не слишком вслушивался в солдатскую болтовню. Он пристально следил за окрестностями и думал о Бригитте, время от времени поглаживая небольшой шрам от укуса. След остался между большим и указательным пальцами, куда девчонка укусила его, когда он вез ее в распределитель к скаженным.
Чарон Волфуорт переживал. Как-то она там? Довольна ли, что он убрался из леса? А даже если и так, все равно графиня будет его, никому не достанется больше. Он не позволит. Воспроизводил ее образ в голове вновь и вновь. Все в этой девушке было так гармонично, так ладно. Уникальная девочка. Та самая, единственная. Герцог готов был ради нее свернуть горы, оградить от всех напастей, отдать все свое состояние, умолчать о виденном дереве иллюзий.
Стоп. Генерал остановился, прислушался, и войско замерло вслед за ним.
— Олень. Просто олень, — успокоился Чарон.
Крупное, красивое животное смотрело настороженно. Но люди не тронули. Прошли мимо. Они здесь не ради охоты.
— Туча идет, — заметил Эрнис. — Мы успеем?
— До замка не так далеко. Думаю, скоро увидим его башни, — сверился Чарон с часами, встроенными в компас. — Двадцать-тридцать минут.
— А ты уверен, что он там еще стоит?
— Леопольд уверял, что стоит.
Друзья говорили о заброшенном замке предшественника короля Леопольда. Бастион одинокой постройкой располагался среди гор в лесу. Прежний государь любил проводить здесь время либо в уединении, либо приглашал большую компанию поохотиться. Леопольд такие глухие места не жаловал, и старый замок начал постепенно ветшать. Чарон планировал разместить там войско на ночлег.
Предыдущую ночь они провели в палатках и спальных мешках. Но предыдущая ночь выдалась тихой и безветренной. А сегодняшняя тяжелая туча предвещала дождь со снегом и сильный ветер. Поэтому укрыться за толстыми стенами было бы не лишним.
Первыми показались флюгеры на башнях, а затем перед солдатами вырос и сам замок. Унылый, грязный серо-белый цвет его стен как нельзя лучше гармонировал с точно таким же грязным серо-белым пейзажем, характерным для смены времен года.
Когда-то бастион окружал деревянный частокол, но от него мало что осталось. Местами он повалился, местами был уничтожен дикими животными, кое-где еще кое-как держался, опасно накренившись.
На кованой двери чертога висел проржавевший замок. Нижние окна располагались на такой высоте, что забраться внутрь через них не представлялось возможным.
— Будем выбивать дверь? — предположил Эрнис. — Без тарана не обойтись.
— Зачем нам такие сложности? — извлек генерал Волфуорт из кармана военного бушлата массивный металлический ключ и вставил его в замочную скважину.
— И правда, зачем лишние сложности? — хмыкнул Лаварэнц.
Ключ, переданный Чарону Леопольдом, провернулся не с первого раза, но все же провернулся, и пятьсот мужчин заполонили заброшенный, уединенный дом королевской династии, вполне способный приютить на ночлег такое количество человек.
Успели до начала непогоды. Только выставили караул и распределили провизию, как от шквала ветра, дождя и снега заскрипели вековые деревья, шапки снега, сбиваемые бураном, повалились на землю со всех веток разом. Дождь, мешаясь с градом, молотил по окнам, заколоченным досками. А гул дикой пляски ветра проникал во все уголки старого замка.
— Как думаешь, в Скаженном лесу такая же свистопляска? — обеспокоенно спросил Эрнис.
— Надеюсь, что нет, — на самом деле не был уверен наверняка Чарон. — Пока я там жил, сильный ветер ни разу не поднимался. Он не стал говорить другу о дереве иллюзий, которое скорее всего искажало нежелательные для обитателей леса погодные стихии.
Еще в начале своего правления Леопольд приказал вывезти все более-менее ценное из спрятанного в глуши замка. Никаких картин, дорогой посуды или напольных ваз здесь давно не было. А вот мебель оставалась на своих местах. Постельного белья в комодах не нашли, но при наличии спальных мешков, это было не так уж и важно. Выстуженные стены замка, влажность и плесень вызывали озноб. Но все лучше, чем на улице в ненастье. Зажгли поленья в тех каминах, где они имелись, и распределились группами поближе к огню. Хоть как-то согреться.
Часовые расположились в специальных дозорных вышках и должны были меняться каждые два часа.
Всю поклажу войско несло на себе. Никаких телег и лошадей. Слишком много троп, по которым повозкам не проехать. А лошади своим ржанием могли выдать их присутствие противнику. Так что волноваться за оставленных на дворе животных не приходилось. По той же причине — возможности быть обнаруженными раньше времени — генерал не отправил почтового голубя в гарнизон охраны золотых приисков. Там не знали о подходе подкрепления.
Волфуорт и Лаварэнц выбрали для себя небольшую спальную комнату с двумя диванами. На войне надо уметь быстро засыпать и также быстро просыпаться. Чарон спал уже через пару минут после того, как застегнул молнию спальника. И проснулся в ту же секунду, как до его плеча дотронулись пальцы караульного.
— Милорд, кто-то идет к замку. Отряд. Полсотни. И они что-то тащат с собой. Что-то черное.
Герцог выбрался из спального мешка, разбудил Эрниса и поспешил за часовым к дозорной вышке.
Солдаты спали, ветер за окнами унялся. Потрескивание огня на догоравших поленьях — единственный звук, сопровождавший быстрые шаги Волфуорта.
— Одеты в болотные ватники и такие же штаны, — опустил он бинокль. — Северяне. Это их одежда. Видимо, решили окружить рудники. Этот отряд собирается зайти гарнизону охране приисков с тыла.
— А что они тащат? — взял бинокль Лаварэнц.
— Предполагаю, пушку, — не нравилось Чарону данное предположение. Если есть одна пушка, могут быть и другие.
— Но…, — начал было Эрнис.
— Значит, изобрели, — остановил его герцог.
Над созданием орудия, стреляющего ядрами, трудились во всех королевствах. Из последних сводок Волфуорт знал, что пока попытки не приносили должных результатов. И вот, пожалуйста. Северянам удалось не только опередить, но и скрыть сей факт от других. Понятно теперь, отчего они нацелились на прииски именно сейчас и готовы нарушить мирный договор. Против такого оружия мечи и сабли бессильны.
— Надо
