голову и всмотрелась.
На бревенчатые перила опирался мужчина. Мне был виден лишь его силуэт да огонëк от сигареты в его зубах. Он спокойно наблюдал за мной, даже будучи замеченным. И смотрел свысока не только потому, что я дрожала от холода внизу. Мне почему-то сразу подумалось, что это Иман. Захотелось развернуться и уйти. Его внимательный взгляд пугал. Я не находила сил выдавить из себя ни слова.
Шторка, на моë счастье, колыхнулась. В окне показалась знакомая фигурка и быстро скрылась. Распахнулась входная дверь, выпуская свет на меня. Я сощурилась, а Янина выскочила на улицу и подбежала ко мне. Она развернулась к балкону и подтвердила мои мысли.
– Иман, это Дафна. О которой я говорила, – оповестила подруга мужчину.
Тот выбросил сигарету, рукой подал знак входить и скрылся.
– Он немой? – тихо спросила я, не припоминая, чтобы Янина писала что-то подобное.
– С чего бы? – удивилась девушка.
Я отвернулась, скрывая неловкость.
Зайдя в дом, Янина сразу направилась в ту комнату, откуда лился свет. Это был камин. Блики от огня танцевали по картинам, развешанным на кроваво-красных стенах. Пешки, которые сидели там, с интересом разглядывали меня. Я видела и тех двоих, что были с Яниной на арене в нашу прошлую встречу. Ещë в комнате в сторонке сидела другая девушка, она, казалось, дремала, развалившись в кресле и перекинув ноги через один из подлокотников. Ближе всех к камину, прямо на протëртом ковре, сидел юноша с короткой стрижкой. Он единственный не выбрил голову по бокам. Я знала, что его зовут Фадей, потому что Янина писала, что парень относительно новенький. Он единственный, кто присоединился к Пешкам после неë. Фадей ещë не удостоился чести носить такую же стрижку, как остальные в отряде. Янина подсела к нему и хлопнула ладошкой по ковру.
– Это Дафна. Иди сюда и грейся.
Я послушно села рядом с ней и услышала, как за спиной скрипит половицами лестница. Вход в комнату оказался у меня за спиной. И я не знала, будет ли нормально обернуться или остаться лицом к камину. На всякий случай я села вполоборота. Как бы глядя на подругу, но в то же время видя и вход в комнату.
Иман молча спустился на первый этаж и вошëл в комнату. Он прошëл мимо, как бы не замечая меня, и сел в свободное кресло возле невысокого столика. Взял кувшин и налил из него в чашку какой-то красноватый напиток. Встал и подошëл к нам с Яниной. Протянул чашку мне.
– Угощайся, – произнëс Иман хриплым низким голосом.
Янина ткнула меня в бок, и я, после короткой заминки, взяла протянутую чашку обеими руками. Не отводя взгляда, я поблагодарила мужчину и поднесла чашку к губам. Однако уловив алкогольный аромат, я отняла чашку и лаконично сообщила, что не пью. Янина шëпотом назвала меня дурой. Иман сощурился, а потом рассмеялся.
– И верно, – он забрал у меня чашку и выпил еë содержимое сам. – Лекарь должен быть всегда готов к работе. Иди за мной девочка, познакомимся. Янина, ты куда зашебуршилась? Тебя не звал.
Он внимательно смотрел за моей подругой, которая ещë мгновение назад была готова подняться на ноги вместе со мной. Иман поманил меня за собой и вышел. Мы поднялись на мансарду и вышли на балкон. Там, закурив новую сигарету, он для начала поинтересовался, маг ли я. Сразу после посыпались другие вопросы. Мужчина перескакивал с тематики о лекарстве, на личную. Его интересовало, что я умею, сколько мне лет, с какими ранениями сталкивалась. Он никак не выказывал, доволен ли моими познаниями, опыт-то маленький. Иман не давал возможности отдохнуть или задуматься над ответом. Едва я заканчивала отвечать, как мужчина задавал следующий вопрос. Он давно докурил, а я успела озябнуть, но мы стояли на балконе. Он выпытывал всë, а я не сразу поняла, когда же вопросы о лекарских способностях почти исчезли, когда же их вытеснили вопросы обо мне. Как давно знакома с Яниной? Нравилось ли в приюте? Каких друзей оставила в академии? Я только после поняла, что и без настойчивой просьбы подруги отвечать лишь правду, выложила всë как есть.
– Поделишь комнату с Дафной, – велел Иман Янине, а та довольно кивала. – Пусть отдохнëт. И не будите завтра.
Едва мужчина ушëл, оставив меня наедине с подругой, как она подскочила ко мне и обняла.
– Я же говорила, ты ему понравишься!
Глава 21
Я смотрела на нож в моих руках. Контраст невероятен. Руки темнее обычного, на них будто сажа осела. Даже не так. Я вымазалась в ней достаточно сильно, чтобы покрыть кисти рук чëрной маской. И поверх этой тьмы блестел светом серебристый клинок тонкого короткого кинжала. На остром кончике его росла вязкая капля. Она напоминала осень, такая же бурая и яркая. Я внимательно смотрела за ней, не решаясь поднять взгляд выше. Янина звала меня. Она спрашивала меня, но я не понимала, о чëм. Кажется, обвиняла. Я всë смотрела на кровь, стекающую с кинжала в моих руках.
– Дафна, – Янина потрясла меня за плечо и потянула за руку. – Вставай уже, ты так весь день проспишь.
Я недовольно распахнула глаза. Надо мной был бревенчатый потолок, такие же стены. Узкое окно занавешено тëмной тряпкой, но сквозь еë дыры в комнату пробивался свет. Комната. Я хмыкнула и села на матрасе. Он валялся прямо на полу, а вокруг горы из одежды ношеной и чистой. На подоконнике пряталась пепельница. Ещë вчера, увидев еë, я захотела поговорить с подругой о вреде курения, но слишком устала.
Фадей тогда притащил для меня подушку и пропахшее пылью одеяло. Он попрощался. Едва за юношей закрылась дверь, Янина без стеснения стянула с себя одежду и легла на матрас. Я устроилась рядом с ней. Если бы не одеяла, мы бы прижимались друг к другу. Так мало места. Меня всë отвлекала и баюкала одинокая лампа, висящая под потолком. Масло в ней почти догорело. Мы не торопились подняться на ноги и затушить свет. Янина заснула при нëм. Я же лежала на спине и всë глядела, думала, гадала. Правильно ли я поступила, что пришла сюда?
– Ну, чего зависла? – подруга швырнула в меня скрученной в рулетик одеждой. – Бери это и пошли.
Сейчас лампа не горела. Я развернула рубаху и штаны. Янина пообещала показать мне ванну. Она сказала, что все разошлись. Остались только мы и Фадей. Он новенький, его с собой не возьмут. Какая-то важная встреча. Одного в доме его тоже оставить не могут. Потому по очереди кто-то остаëтся с парнем. И раз уж я тоже новенькая да ещë и подруга Янины, то пришла еë очередь оставаться за старшую.
Мы спустились на первый
