На другом листке я выписывала:
«Я, офицер Ночной стражи Юрао Найтес, клянусь не вмешиваться в личную жизнь партнера по конторе частного сыска «ДэЮре» Дэи Риате».
Юр прочел, хмыкнул, на моем листке приписал:
«Мы, дроу, клятв даже на смертном одре не даем».
Я прочла, глянула на него, потом приписала на его листке:
«Мы, адептки, брачных контрактов не заключаем!»
Теперь мы оба друг на друга смотрели, в итоге на моем листке Юр написал:
«Ты мне бланк испортила!»
С мученическим видом взял другой лист, тяжело вздохнул и опять начал строчить про брачный договор, от моего лица сообщая, что: «Свадебные подарки, а также иные подарки, полученные Супругами или одним из них во время брака, предназначенные для личного пользования одного из Супругов, как в период брака, так и в случае его расторжения, являются собственностью того из Супругов, кому они были подарены».
– В смысле все артефакты тебе останутся, – пояснил для меня гном ушастый! – И это колечко тоже.
Просто возмущенно на него смотрю! Подошел магистр, взял исписанный Юрао лист, вчитался. Забрал у дроу перо и приписал что-то, затем протянул обратно.
Естественно, я тоже приобщилась к чтению.
«Имущество, принадлежавшее каждому из Супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное в дар одним из Супругов во время брака, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам является его собственностью».
Потрясенно взглянула на Риана, тот с коварной ухмылкой взирает на дроу, Юрао недовольно скривился и пробурчал:
– Так нечестно!
– Ну почему же, стандартный пункт договора, вносимый в брачные контракты при заключении супружеского союза между гномами, – ответил Риан, вот только сказано это было так… что сразу понимаешь, что-то тут не ладно.
– Угу, – подтвердил Юрао, – только у гномов во время брачного обряда не используется формулировка «прими в дар мою любовь, мое сердце и мою душу»! Так что из контракта следует исключить слова: «имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар».
Риан улыбнулся шире и теперь просто насмешливо смотрел на дроу. Юр призадумался, перечитал собственные строки и, глухо выругавшись, сказал:
– Вот Бездна… Так это получается, что Дэя все равно попадает под пункт «свадебные подарки, а также иные подарки, полученные Супругами или одним из них во время брака, предназначенные для личного пользования одного из Супругов, как в период брака, так и в случае его расторжения, являются собственностью того из Супругов, кому они были подарены»?
Магистр посмотрел на обескураженное лицо дроу и просто расхохотался. Мне было не до смеха, так как формулировка «предназначенные для личного пользования одного из Супругов» мне совсем не нравилась.
– Иди ты в Бездну со своими контрактами! – прошипела злая я.
Юр посмотрел на контракт, на меня, и до него дошло!
– Дэй, да я артефакты имел в виду…
А все вокруг, несмотря на занятость, едва сдерживали смех.
Внезапно над нашими головами раздалось:
– Лорд Тьер, леди Тьер просит вас обратить внимание на время.
Я посмотрела на часы Юрао. Часы показывали одиннадцать вечера. Над головой прозвучало:
– Лорд Тьер, леди Тьер просила передать, что не знает, что с вами сделает, но вам это не понравится. И также вам сообщение: «Ребенок сегодня хоть что-то ел или только за преступностью гонялся? И я имею в виду Дэю, ты-то уже взрослый».
– Точно, мы же у вампиров поесть не успели, – вспомнил Юрао.
– Да, зря отказались. – И сразу так есть захотелось.
– Всем по домам, – скомандовал лорд-директор. – Нейс, Ан, Гил, встречаемся здесь в полночь.
– А я? – вдруг спросил Юрао.
– Воплотишь в реальность план с кронпринцем? – издеваясь, поинтересовался морф.
Он вообще самый зловредный в команде оказался.
Но разгорающийся спор оборвал Риан холодным:
– Мои распоряжения не обсуждаются.
И даже морф умолк.
* * *
Я буквально засыпала за столом. Глаза закрывались сами, есть уже не хотелось. На примерку платья мы не пошли – слишком устали оба, правда, у Риана хватило сил сосредоточенно и быстро поужинать, а мне казалось, что я вечернюю трапезу завершу в салате… и это при том, что не выпила ни капли.
– Вина? – неожиданно предложил магистр.
– Можно, – согласилась полусонная я.
Риан поднялся и вышел. Это несколько удивило, потому как помимо истории с ужинами в его директорском домике, в остальных случаях вино приносили слуги. А тут сам лорд-директор. Но значения особого я сему факту не придала.
Магистр вернулся с бутылкой и двумя бокалами на длинной, обвитой золотой лозой ножке. Золотое искрящееся вино, с какой-то мрачной решимостью налитое им, смотрелось в таких бокалах изумительно красиво.
Опустившись на одно колено, Риан протянул бокал мне и тихо попросил:
– Попробуй, пожалуйста.
И я вдруг поняла, что меня напрягло в ситуации – это было то самое золотое эльфийское вино, и бутылка, которую мы не допили в ту ночь. И сразу появилось так много вопросов, но… но я смотрю в черные чуть мерцающие глаза магистра, а в них столько ожидания и… надежды.
Молча взяла протянутый бокал. Вдохнула аромат – чуть мускусный, с необыкновенным запахом, в котором было так много оттенков… счастья. Сделала первый глоток… И кажется, что я пью маленькими глотками солнечный свет – теплый, сладкий, бесконечно сладкий и ничуть не приторный… И этот удивительный вкус, который я продолжала пить, наслаждаясь каждым глотком, ощущая, как тепло разливается по телу… И ведь понимаю, что неприлично девушке выпивать весь бокал до дна, но я так и не смогла остановиться, пока не выпила все…
Риан мягко забрал пустой бокал, поставил его на стол, потянулся и нежно поцеловал… И ощущение такое, словно я вновь пью вино, но на этот раз ярче вкус, а тепло превращается в огонь, который бежит по венам…
– Помнишь, что я сказал, когда мы пили его в первый раз? – прервав поцелуй, спросил магистр.
Судорожно вздохнув, я постаралась вспомнить.
– Что такого больше ни у кого в Ардаме нет? – Кажется, именно эти слова прозвучали тогда.
Улыбнувшись, магистр прикоснулся к моей щеке, почти лаская прикосновением, отрицательно качнул головой и тихо ответил:
– Я сказал, что не зря ждал столько лет, родная. – Он прикоснулся к моим губам, осторожно, едва-едва, и сообщил: – Это не просто вино, любимая, это эльфийский Свадебный нектар.
Слушаю, задержав дыхание.
– Капля лунного света, примесь кровной магии, свет надежды и толика ожиданий – все это позволяет создать Золотой напиток. Для каждого мужчины его можно изготовить лишь раз… – легкая улыбка и тихое: – Свадебный нектар эльфы Вечного леса пьют лишь после свадьбы. Испить его до бракосочетания – преступление, за которое в Лесах карают смертью…
Я вздрогнула, Риан, чуть склонив голову к левому плечу, пристально наблюдал за моей реакцией. Заметив, что я вновь внимательно слушаю, продолжил:
– Ты моя первая и единственная любимая, родная, и наливая в ту ночь твой бокал до верха, я знал, что иду на преступление, знал, что не имею права связывать наши жизни… Знал, но остановиться не мог. И я ждал твоего первого глотка как приговора или помилования… Но вот, ты закрываешь глаза, вдыхаешь аромат, и на твоих губах заиграла легкая, едва заметная улыбка… Глоток, ты остановилась, чтобы распробовать вкус… а мое сердце перестало биться… Но глоток… еще… и еще… И одним махом я выпил свой бокал. До дна. Как и ты. С этого момента наши судьбы были связаны, Дэя, и в тот миг почернел камень в обручальном кольце.
И взгляд, внимательный взгляд черных, как само Темное Искусство, глаз. Он не просил прощения, он не искал оправданий, он рассказал правду, и интересовала магистра исключительно моя реакция на услышанное… А я не знала, что сказать… Я не знала, что думать… Я вспоминала ту ночь, гоблина в открывшемся портале, меня, испуганно бросившуюся к лорду-директору, и его – обнявшего так нежно и осторожно… Я просто не знала, что сказать…
Он сказал все сам:
– Я темный лорд, Дэя. Я – темный. Я не буду искать оправданий. И я не хочу тебе лгать. Ты моя. Ты моя вся без остатка. И для тебя нет пути назад, любимая, потому что если ты отступишь на шаг, я стану ближе на два.
Мне вдруг стало страшно. Очень. Ощущение, что я в западне и выхода из нее нет, потому что лорд Риан Тьер находится и впереди, и сзади, и со всех сторон тоже он. И куда бы я ни убежала, попаду в его объятия. В его нежные, ласковые, осторожные объятия… А самое страшное заключалось в том, что скажи он мне все это раньше – я бы отступила, не на шаг – на сотню шагов. Я бы испугалась, действительно испугалась… А сейчас… сейчас единственное, что действительно могло меня испугать, это страшная мысль о том, что я могу его потерять.
И все же.
– Это коварно, – едва слышно прошептала адептка Академии Проклятий.
– Что именно? – легкая, с привкусом победы улыбка на четко очерченных губах.
