в голосе Два Че слышались раздражение, разочарование и... нотки ревности?
– Я её боюсь, – честно признался я.
Тут Два Че споткнулась на ровном месте и мне пришлось её ловить. В результате мы стояли лицом к лицу, я держал её за талию, а она положила здоровую руку мне на плечо.
– Это шиза, круче чем у Шурика. Но ты колдун и сейчас говоришь серьёзно. Значит знаешь что-то такое, чего никто не знает.
В ответ я кивнул и спросил:
– Где бы посидеть, чтобы никто не мешался?
– А пошли на лодочную станцию!
Услышав это я вздрогнул. Алиса рассмеялась:
– Да брось ты! Всё уже прошло. А там действительно здорово.
Я слегка наклонился к ней и коснулся губ. Она ответила и это было совсем не так, как после карточного турнира.
И вот мы сидим в тени на дебаркадере, свесив ноги в воду. Тень здесь будет всю вторую половину дня, а конкретно эта сторона пристани повёрнута так, что вся суета лодочной станции и пионерского лагеря осталась за спиной и нас окружает тишина и покой.
– Ну и? – настойчиво вопрошает Два Че. – Я понимаю, Лена не сахар, но не настолько же!
– Ещё хуже, – говорю я. – Ты уже поняла, что "Совёнок" это не нормальный пионерский лагерь?
– Да уж! Колдуны всякие, тайные общества, инопланетяне... Не удивлюсь если мы вообще не на Земле...
– На Земле, не волнуйся. Только от этой Земли существует один только этот "Совёнок"...
– То есть как?!!!
– Потом объясню. Сейчас важно другое. Я боюсь за тебя.
– А я-то тут при чём? И какое это вообще имеет отношение к Ленке?
– Здесь действуют очень могущественные силы. И одной из этих сил необходимо взять меня под контроль. А Лена – инструмент этой силы.
– Короче, она сейчас из кожи вон полезет, чтобы отбить тебя у меня. Но ведь тут всё зависит от тебя, не так ли?
– А знаешь какой самый надёжный способ отбить парня у лучшей подруги? Утешать этого самого парня на похоронах этой самой подруги.
– Ленка? Нет! Она...
– Даже в нормальных условиях я бы за неё не поручился. А здесь всё совсем ненормальное.
– Ну хорошо. И что же делать?
– Во-первых, будь очень осторожна. Во-вторых, постарайся больше не злить Лену...
– Щаз! Если она себе что-то втемяшила, то будет за тобой по пятам ходить, над душой стоять, но проследит, чтобы я сделала по её. Нет, тут можно только отшить, резко и грубо. Пообижается сколько-то, и успокоится.
– Это было бы в нормальных условиях, а здесь...
– Все не нормально, я понимаю.
– Вот если бы как-то заставить её подумать, что я не тот кто ей нужен...
– Даже не думай! – сказала Два Че очень резко.
– О чём? – удивился я.
– Ты понял. О том, о чём говорили утром.
– Я даже и не думал! – возмутился я совершенно искренне.
– А ну ка, посмотри мне в глаза!
– Я тебе обещал, – ответил я очень серьёзно. – Но если ты мне не веришь, то знай, если я применю это заклинание, эта сила побеждает. Хотя бы потому, что в конечном итоге получится то, что я видел в своём видении.
Алиса сначала потупилась, потом встряхнулась и решительно заявила:
– Я тебе верю! Но и ты поверь мне. Я поняла всё что ты сказал и сама разберусь с Леной.
– Хорошо, но я всё равно буду рядом и буду приглядывать. Страховать тебя на всякий случай.
На этом нас ловит Виола и пинками выпроваживает на солнышко, напутствуя рассуждениями о малолетних обормотах, которые даже в жаркий день найдут где простудиться. Ну, на солнышко, так на солнышко. Заходим ко мне, где я беру бумагу с карандашами и возвращаемся на лодочную станцию. Я до ужина рисую, а Два Че молча сидит рядом и наблюдает за этим процессом. Идиллия. Интересно, а она согласится позировать мне в образе нимфы?
Ближе к ужину к нам припрыгивает Пакость. Какое-то время она наблюдает, как я рисую, но ей это быстро надоедает и она начинает вываливать нам лагерные новости. Оказывается, пока мы тут предавались безделью, Лена развила бурную деятельность. Она успела перегрызться с Мико, с вожатой и даже со Славяной. Но в последнем эпизоде получила такой отлуп, что птичкой улетела в библиотеку, где Женя её утешает. А ещё, оказывается, всю вторую половину дня девочки таскали какие-то мешки. Значит торт таки будет. Таки надо держать Пакость на коротком поводке. Не хочу чтобы её наказывали. Ибо что-то подсказывает мне, что награда за правильное поведение исправит её намного лучше, чем самое суровое наказание.
Подходим к столовой. На ближних подступах из засады выскакивает Лена и вцепляется в Алису как клещ в... нежную кожу. У врат Рая, в смысле, столовой, неусыпным стражем стоит Ольга Дмитриевна. Она смотрит на нас укоризненным взором, но поделать ничего не может и мы свободно вступаем в этот храм общественного питания, находящийся под временным управлением мастеров Дворца Сияющего Принца.
