Среди служителей Каолита кипел ожесточенный спор. Удивляюсь, как до рукоприкладства не дошло, настолько горячими были взаимные возражения. Маги обвиняли в невнимательности хранителей, те, в свою очередь, пеняли примерно на то же самое магам.
Я стоял на палубе, опершись локтями о борт. Тонкая тканевая повязка на глазах приятно холодила веки. Зрение вернулось полностью, но монашки из городского монастыря строго наказали не снимать повязку двое суток, делая исключения лишь на время сна. Хорошо еще, что ткань оказалась тонкой, почти прозрачной.
Мы стали заложниками стихии. Шторм не на шутку разбушевался, отрезав пути отступления. Что поразительно - в бухте вода была спокойной.
Два дня провели в каютах. Мастера запрещали выходить даже на пирс, а о визитах в город можно было забыть сразу. Изредка тревожные вести приносил Шэд - измученный, донельзя усталый. Поиски особых результатов не давали.
Выручили маги.
- По зданию ударили Ледяным Взрывом, - рассказывал подмастерье, склонившись над тарелкой с кашей. - Заклинание не самое сложное, но под завязку накачанное силой, что во много раз увеличивало наши шансы превратиться в фарш. Мастер Этли уверен, что в подготовке удара участвовало больше трех человек... эх, нам бы ведуна сюда хорошего! Местный умелец тремя днями ранее преставился, а замену прислать не успели... вот ведь, мать их так, скверное дельце! Ведун остыть не успел, а у нас уже полгорода магией раздолбали... Нет, не чисто тут.
Здесь стоит заметить, что маги не проявили к нам должного уважения - не раскрыли истиной природы удара. Много позже мне удалось выяснить, что на острове был применен один из самых страшных подвидов магии: Насыщение. Магам Каолита разрешено пользоваться им лишь в случаях крайней нужды, и только на поле боя. Насыщенное заклинание убивает не десятки, а сотни, тысячи человек разом. Хотя, если не ошибаюсь, сейчас Насыщение запретили вовсе. Ведь мертвые пустоши Мискарелля - наглядная картина последствий таких ударов. Черная Некромантия, Насыщение, Наделение - то, против чего бились наши предки во времена Бури. Не думал, что доведется увидеть это.
Утром третьего дня я вновь стоял на палубе и глядел на изуродованный город. Зрачки вновь защипало, пальцы зло сжали резные перильца. Время от времени боль возвращалась, но влажная повязка и капли, взятые в монастыре, помогали.
- Ну, как ты? - За моей спиной выросли Леор и Клэвис.
- Лучше не бывает.
- Чего такой хмурый? - усмехнулся Клэвис.
- Слезы водопадом хлещут. Повязка просто бесит, царапины и порезы саднят, будто солью натерли. Вроде бы и есть хочу, а кусок в горло не лезет. Как, по-твоему, я должен себя чувствовать? Да еще и от вопросов голова вот-вот лопнет...
- Ну, вопросы не только тебя заставляют ворочаться по ночам, - проворчал Леор. - Мне вот тоже непонятно - когда мы, наконец, вернемся в университет?
- Университет? - прыснул Клэвис. - На нас напялили одежду, превращающую плоть в гниль, неизвестные маги разнесли в пух и прах треть острова, а двадцать три гвардейца погибли во время облавы на ублюдков. А ты хочешь вернуться в замок?
- Да.
- Меня больше волнует, - сказал я, - кто хотел нас пришлепнуть.
- Пусть над этим Совет голову ломает, - проворчал Леор. - Наше дело учиться и мечами размахивать, а вопросами магии должны заниматься маги.
- Ладно, хватит болтать попусту, - глаза Клэвиса опасно заблестели. - Лучше послушай, что нам Эйту рассказал! Оказывается, наш бастард прошлым вечером с корабля сбежал. Шэд его полночи разыскивал с хранителями, а под утро вернулись ни с чем.
Не могу сказать, что такой фортель меня удивил. Вокруг Лестера Неста всегда вились загадки и тайны. Он сам был тайной. Непонятные слова на пирсе, нелюдимость, показная холодность к окружающим.
- Эйту какое-то время следил за ним, - продолжил Клэвис.
- Мать вашу, да вы - два самых больших проходимца, встречавшихся мне после Ромбада! - Парни меня удивляли не меньше Лестера. - И я вас понимаю. Что может быть заманчивее тайн?
- Все, что угодно, - насупился Леор.
- Ой, вот только не надо снова ныть! - отмахнулся Клэвис. - Не хочешь - не иди. Можешь сидеть в каюте и пускать ветры...
- А я не отказываюсь, - зануда перешел в наступление. - Да и как вы Лестера без меня найдете? Медальон-то здесь...
Он снял с шеи удивительную вещицу. Гладко отполированный камень серого цвета на золотой цепочке. На поверхности камня, сильно походившего на мрамор, едва заметно сверкала багровая, чуть изогнутая стрелка.
- Что за чудо?
- Поисковый медальон, - пояснил всезнающий Леор. - Читал о них дома. Во времена Бури их было пруд пруди, да вот с годами подрастеряли. Одно из немногих изобретений Колдунов, которое удалось обратить во благо.
- А где его взял ты? - мне уже надоело удивляться тем утром.
- Свистнул у мастера Этли! - Клэвис самодовольно улыбнулся. - Не я, а Леор. Еще тут из себя святошу корчит...
- Ничего я не крал! - зануда ощутимо толкнул приятеля в грудь. - Просто, когда мы бежали к кораблю, мастер обронил медальон... а я поднял.
- Как им пользоваться? - Я осторожно снял чудо с его ладони. Камень был холодным, легким, в нем пульсировала сила, - чувствовал ее кожей.
- Не знаю, - пожал плечами Леор. - Он уже был настроен, когда попал ко мне. Нужно только следовать за стрелочкой, и когда Лестер окажется рядом - она загорится зеленым огнем.
- Настроен? Хочешь сказать, маг следил за Нестом?
- Верно! - Клэвис хохотнул. - Наш бастардик - диковинный зверь, раз его так опекают.
- Вы не задумывались, что Нест важен для ордена? - Такие мысли у меня и раньше появлялись, но теперь деталей в мозаике стало больше. - Может, лучше вернуть медальон мастеру Этли?
- Ты веришь в людей, Моркос, - очень странный тон был у Леора, когда он произнес это. - Будто и не в трущобах вырос, где каждый готов соседу в глотку вцепиться. Это удивительно.
- Не понял.
- Нас хотели прихлопнуть магией? - Клэвис тоже подрастерял веселый настрой. - Этли кто? Правильно, маг. А что, если пляшет он не по нашу сторону залы?
- Он был с нами в трактире, - напомнил я. - Сидел за соседним столом. Разгадай неприятель маневр Шэда, и от мага осталась бы кучка пепла.
- Тоже верно, - согласился зануда. - Ну, как с корабля бежать-то будем?
Через час после отбоя мы уже прятались за пустыми бочками и мешками с песком на пирсе. Зачем я пошел за Лестером? Он был мне интересен. Но это лишь повод для рискованного поступка. Причина глубже и проще - хотелось заполучить почтового голубя дочери креатура...
Отполированная сотнями подошв брусчатка освещалась редким, слабым светом. После погрома, учиненного в городе, люди опасались появляться на улице в ночное время. Фонарщики не были исключением, и хранители порядка собственноручно зажигали фитили и подливали жир в лампадки. Нам неразбериха была на руку, так как освещались теперь только пандус и несколько самых оживленных переулков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
